Страница 21 из 46
Глава 9. Рывок к счастью
Глава 9. Рывок к счастью
Я шла по коридору и чувствовала, как колотится сердце. Каждый шаг давался с трудом - ноги будто налились свинцом. Я остановилась перед дверью кабинета Романа и замерла.Рука, уже поднятая, чтобы постучать, дрожала.
- Ты чего? - спросила я себя шепотом. - Ты же решила. Ты же знаешь, что хочешь этого.
Но внутри всё сжималось от страха. Страха быть отвергнутой. Страха показаться глупой. Страха, что он скажет: «Нет, Лена, ты опоздала».
Я стояла так, наверное, минуту. Смотрела на дверь и не могла заставить себя постучать. В голове крутились мысли о серьгах в кармане пальто Руслана. О том, как я плакала ночью в подушку, чтобы он не слышал. О том, как я поняла, что больше не могу ждать. Не могу быть жертвой. Не могу жить с человеком, который дарит бриллианты другой женщине.
Я сделала глубокий вдох и постучала.
- Войдите, - раздался голос Романа.
Я открыла дверь и замерла на пороге.
Он сидел за столом, в белой рубашке с расстегнутым воротом, и смотрел на меня. Но рядом с ним стояла Оливия. Она наклонилась к нему, почти касаясь его плеча, и что-то говорила с улыбкой. Роман слушал её, и на его губах играла та же самая улыбка, которую я видела у кулера. Улыбка, предназначенная ей.
Меня словно облили ледяной водой.
- Лена, - сказал Роман, и в его голосе проскользнуло удивление. - Ты... что-то случилось?
Я сглотнула. Смотреть на них было больно. Но я заставила себя выпрямиться, поднять голову и улыбнуться.
- Роман Сергеевич, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, - мне нужно обсудить с вами один вопрос. Личный. Секретный. Это важно.
Я перевела взгляд на Оливию. Её глаза сузились. Она явно не хотела уходить, но я стояла и ждала.
- Оливия, мы закончим позже, - сказал Роман, и его голос стал холодным, официальным.
Оливия поджала губы, но, видимо, не нашла повода остаться. Она развернулась и вышла, бросив на меня уничтожающий взгляд. Дверь за ней закрылась.
Мы остались вдвоём.
Роман встал из-за стола и подошёл ко мне. Он был так близко, что я чувствовала запах туалетной воды.
Его глаза изучали моё лицо.
- Что случилось? - спросил он тихо. - Ты выглядишь... растерянной.
Я стояла перед ним, чувствуя, как краснеют щёки, как дрожат руки. Я не могла смотреть ему в глаза. Смотрела на его галстук, на пуговицы рубашки, на его руки - сильные, красивые, которые я так хотела почувствовать на своей коже.
- Я... - начала я, и голос предательски дрогнул. - Я хочу... я хочу провести с тобой ночь, Роман.
Я выпалила это и тут же пожалела. Слова повисли в воздухе, и мне стало так стыдно, что я хотела провалиться сквозь пол.
Роман замер. Он смотрел на меня, и в его глазах я увидела сначала удивление, недоверие, а потом - огонь. Тот самый огонь, который я уже видела у кулера, у лифта, в машине.
- Ты... - он взял паузу, словно переваривая услышанное. - Ты серьёзно? Лена, прошлый раз ты сказала «нет». Ты отказалась.
- Я передумала, - сказала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. - Я поняла, что совершила ошибку. Я... я хочу тебя, Роман. Я хочу этой ночи.
Он шагнул ближе. Я не отступила. Он взял меня за подбородок и приподнял моё лицо, заставляя смотреть на него.
- Ты уверена? - спросил он низко, почти шёпотом. - Потому что если ты снова скажешь «нет» в последний момент, я не выдержу. Я не смогу опять собраться.
- Я уверена, - прошептала я.
Он улыбнулся. Широко, искренне, счастливо. Эта улыбка заставила моё сердце биться быстрее.
- Хорошо, - сказал он, и голос его стал деловым, но в глазах горела страсть. - Сегодня вечером. В семь. У метро «Парк культуры». Я подхвачу тебя на машине. Поедем за город, в один отель. Там никто нас не увидит. Ни коллеги, ни твой муж. Только ты и я.
Я кивнула, чувствуя, как внутри всё трепещет.
- Я приду, - сказала я.
Он наклонился и поцеловал меня в лоб. Легко, почти невесомо.
- Я буду ждать, - прошептал он.
Я вышла из кабинета на ватных ногах. Сердце колотилось. В голове шумело. Я сделала это. Я сказала ему. Я решилась.
Всю дорогу до кабинета я чувствовала на себе взгляд - чей-то холодный, колючий. Я обернулась. Оливия стояла в конце коридора и смотрела на меня. Её лицо было непроницаемым, но в глазах горела злоба.
Я улыбнулась ей. Победно, вызывающе.
Пусть смотрит. Пусть знает. Это моя жизнь. И я решаю, что с ней делать.
Я не помнила, как дожила до вечера. Часы тянулись бесконечно, каждая минута растягивалась в вечность. Я сидела за своим столом, смотрела в монитор и ничего не видела. Перед глазами стоял только Роман -его улыбка, его глаза, его голос, сказавший: «Я буду ждать».
Ира что-то говорила, я кивала, но не слышала. Коллеги заходили, я отвечала, но слова вылетали из головы. Всё моё существо было сосредоточено на одном: семь часов вечера. Метро «Парк культуры». Он будет ждать.
Я несколько раз порывалась уйти пораньше, но останавливала себя. Нельзя. Нельзя показывать, что я спешу. Нельзя привлекать внимание. Я должна быть спокойной, собранной, непринуждённой.
На мне было чёрное платье. Плотное, облегающее, с глубоким вырезом на спине и длиной чуть выше колена. Под него я надела кружевное бельё -чёрный комплект, который купила неделю назад и ещё ни разу не надевала. Чулки с кружевной резинкой. Туфли на высоком каблуке.
Перед выходом, я зашла в дамский туалет и накрасилась тщательно, как на битву. Золотистые тени, стрелки, вишнёвая помада. Волосы распустила -они падали на плечи мягкой волной.
Посмотрела в зеркало и замерла. Красивая. Желанная. Смелая.
Я взяла пальто, сумку и вышла. На улице было свежо. Я села в метро и всю дорогу сжимала сумку в руках. Сердце колотилось так сильно, что я боялась -пассажиры услышат.
На «Парке культуры» я вышла и поднялась наверх. Небо затянуло тучами. Пахло дождём. Я остановилась у входа и начала ждать.
И тут полил дождь. Сначала мелкий, потом -настоящий ливень. Люди вокруг раскрывали зонты, прятались под козырьки. А я стояла без зонтика. Я не взяла его -в спешке забыла. И теперь стояла под холодными каплями, чувствуя, как пальто намокает, как волосы прилипают к лицу.
Я зябко поёжилась. Внутри всё дрожало -от холода, от волнения, от ожидания. Я смотрела на часы. Семь ноль пять. Семь десять. Семь пятнадцать.
Где он?
Я уже начала паниковать. Что, если он передумал? Что, если Оливия что-то узнала и помешала ему? Что, если это была ошибка?