Вторая половина

Резко распахнувшаяся дверь бухнула об стену, самым нещадным образом выдёргивая меня из мира грёз. Вскочив на кровати, сижу и, ничего не понимая, озираюсь по сторонам. Кто я? Где я? И вдруг наконец-то прояснившееся зрение выделяет посреди комнаты явно запыхавшуюся, сгорбленную фигурку, в которой я с трудом различила Рози.

− Живы, − хрипло дыша, словно после длительной пробежки, произносит она и сгибается в приступе кашля, упираясь руками в собственные ноги.

− Рози?! − вмиг очутившись рядом, шепчу всё ещё сонным голосом. − Ты-то как здесь оказалась? − усаживая пожилую женщину на кровать, интересуюсь.

− Как-как? Во дворце переполох. Вы пропали. Артемилиан в темницу какого-то мужика бросил…

Вот вроде и не знаю никого при дворе, а так любопытно вдруг стало − кого ж это? О чём и спросила, но Рози в ответ лишь плечам повела.

− Кто ж его знает-то, коль тайна то за семью печатями, − всё ещё запыхавшимся голосом говорит. − Был бы муж жив, ведала б, а так… увы… То скорей всего вам с сестрицей ведомо. А я знаю только со слов того же императора, ко мне средь ночи заявившегося, что он к тебе сунулся, а там всё вверх дном, тебя нет и мужик какой-то.

Вот же демоны! Как накаркала тогда, что явится следом за Ренаром. Но всё истинно говорят − «нет худа без добра», так хоть от необходимости честь свою отстаивать убереглась. Вот только кто ж это такой ко мне вломиться-то посмел интересно.

Думы думами, а я тем временем водицы из графина налила да герцогине протянула стаканчик. Та выпила залпом и ещё взглядом попросила. И немного придя в себя, начала выговаривать:

− Вы бы хоть меня-то старую пожалели, а? Думаете, легко в моём-то возрасте петлять по давно уж позабытым подземельям, да лесами и болотами что есть сил бегать? Что на вас нашло? Почему сбежали? И кто это у вас в комнате был?

Что тут скажешь? Поведала, как оно дело-то было. Призадумалась герцогиня.

− Выходит, не так прост твой дружок, коль графским сынком оказался. И права ты, дурно попахивает вся эта история. Ох, не в ту сторону мой благоверный копал в своё время, ой не в ту. Ведь и вправду для мести больно уж сложно всё, да и убили бы тогда обеих, так нет же, тебе-то вот, оказывается, тоже жизнь сберегли. Никак в будущем подмену совершить хотели.

− А как думаешь, графского-то сына зачем выкрали? − озвучила я давно мучающий меня вопрос. − Неужто ради того, чтоб глаза отвести, он собственное дитя прочь погнал? Я к чему… граф − сволочь, конечно, но может и он пострадал тогда? Вдруг он Рена и приголубил, потому что тот сынку его ровесник?

− Ой, девонька… Благодаря смерти наследника, все подозрения с него тогда и сняли, да-а… Вот только не верится мне в то, что он хлопца приваживал да учителей нанимал из простого развлечения. Хлопотное это дело. Да и мало ли деток на селе? Ну пусть померли многие, но ведь графа не заинтересовали те, что постарше да помладше чуть.

− Это да… − признаю.

− Ага, а ещё на карету тогда в лесу он и его люди напали! − веско добавила Рози. − Ох… устала я. Поесть бы, да подумать.

Повела я её в кухоньку. Клавдии в доме не было, это я почему-то чувствовала. Но и без неё управилась. Благо наготовлено было впрок. А пока бабушка ела, я Клавины слова-то о родственной магии и передала, заодно об оставшихся кровницах поинтересовавшись.

− Матери моей да тётки давно уж на свете нет. Тётка старой девой померла, мужика так и не познав. А вот сестра моя − есть, да-а. Вот только где? И как её жизнь сложилась? Мне то неведомо.

− А зов-то… − напомнила я.

− Пропал он. Может оттого, что долго не виделись? Не знаю уж. Хотя вы вот вообще с утробы материнской почитай не встречались. Ан нет же! Почуяли друг друга. Нашли. А я лишь чувствую, что жива она. А где обретается − не ведаю. Кстати, а Даниэла-то где? Не видно что-то… − спохватилась она.

− Не знаю, − пожала плечами я. − Я рано спать ушла, а она тут с Клавдией сидела, может вместе и ушли куда. Но ты не волнуйся, иди отдыхать, я беды не чувствую, − успокоила я бабушку.

На том и разошлись. Благо комнат в доме было в избытке, всем места хватило.

И ведь как сглазила, беду накликав. Нет. В дом к нам никто не вломился, и зов испуганный, слава богам, я не услышала. Вот только снились мне до утра кошмары всякие. А когда глаза-то продрала с первыми лучами солнца, так и ощутила, что сосёт где-то под ложечкой, крутит всё внутри в недобром предчувствии.

Вышла на крылечко осмотреться. И рыська тут как тут. Да только, видать, ей тоже как-то неспокойно. Всё урркает, словно сказать что-то хочет, да вертится, будто места найти себе не может. Вот уж и Ренар вышел, а следом и Рози показалась.

Поделилась я своими странными ощущениями. Призадумались все. И даже сестрица как-то притихла.

− Всё одно ничего умного не придумаем, − нарушила затянувшееся молчание Рози. − Давайте-ка за стол, да в дорогу. Коли здесь беда какая случиться должна, так лучше бы уйти отсюда подобру-поздорову, пока не поздно.

− Куда уйти-то? − взглянула я на неё.

− А куда ноги поведут, − пожав плечами, отзывается. − Чай у вас дел мало в округе, что ерунду спрашиваешь?

Тут права бабуля, не поспоришь. Нам же до села ещё добраться надобно, да с Расселом общий язык найти. Выведать, где б лекаря разыскать, а вот что дальше делать, пока не ведомо. А ещё… ещё ой как хочется к мельничке-то сходить, да хоть краем глазика глянуть, как там мамка с братиками.

К селу подходили в начинающих сгущаться сумерках. И стоило нам из леса выйти, как откуда-то послышались крики заполошные, а потом, вдали, за верхушками деревьев да крыш − вскинулся ввысь огонь, и дым столбом повалил.

− Никак горит что-то, − встрепенулась Рози.

− Так… там же… − начал Ренар, да так и не договорив, бросился бежать.

Мы с рысей переглянулись. «Беги сестра, мне-то в селе показываться не с руки», − мысленно говорю. Рыська, как всегда уловившая мои мысли, рванула следом за ним. Ну а мы с бабушкой, пользуясь наступившей темнотой, по околице побрели. Хотя народу сейчас и не до нас было, но бережёного боги берегут.

А селяне из домов выскакивают. Перекрикиваются. Эка невидаль-то творится! Пожар! Те, кто подальше живёт, поглазеть на чужое горе побёг, а те, кто поближе, мечутся, потушить пытаясь, чтобы на их дома пламя, не дай боги, не перекинулось.

Дошли уже едва ль не до дальнего края села, когда до меня дошло:

− Так вроде ж это хлебопашца дом и горит…

− А ну-ка пошли, − тут же дёрнула меня за руку Рози и напрямки, огородами, как бык попёрла, дороги не разбирая.