Страница 37 из 46
Они немедленно спустились туда. С каждым шагом вниз воздух становился всё более удушающим. Стены здесь были покрыты толстым слоем белого налёта, который искрился в свете факелов. Саяна слышала стоны из-за массивных дверей камер. Десятки голосов сливались в единую симфонию страдания. И среди этого хора она различила один совсем слабый, надтреснутый, но такой знакомый. Это был голос Нюйры.
Саяна сорвалась с места, не обращая внимания на крики проводников. Она бежала по коридору, её ноги едва касались земли. Охранники выскакивали из постов, но она не останавливалась — рвала их на части на бегу, оставляя за собой кровавый след.
Дверь камеры 47 была заперта тяжёлым засовом. Саяна вцепилась в него и рванула с такой силой, что металл лопнул, как гнилая ветка. Внутри, на полу, лежала мадам Нюйра. Саяна замерла на пороге. Старуха выглядела не как человек, как скелет, обтянутый кожей. Её тело было покрыто белым налётом соли, кожа потрескалась, из трещин сочилась сукровица. Глаза были закрыты, а дыхание едва улавливалось.
— Нюйра, — Саяна опустилась на колени рядом с ней, и впервые за всё время после принятия старой крови в её голосе проскользнула человеческая боль. — Нюйра, это я. Саяна. Я пришла за тобой.
Старуха медленно приоткрыла глаза. Сначала в них был только страх, она видела существо с золотыми глазами, покрытое кровью врагов. Но потом что-то щёлкнуло в её затуманенном сознании.
— Саяна? — прохрипела она. — Девочка... глупая... зачем ты... пришла...
— Затем, что ты моя семья, — Саяна осторожно разорвала путы на её руках. Верёвки, пропитанные солью, оставили глубокие ожоги. — Затем, что я не оставляю своих.
— Ловушка... это ловушка, — Нюйра попыталась схватить её за руку. — Илиас... он знал... что ты придёшь...
В этот момент в коридоре раздался оглушительный рёв сирены. Красные огни вспыхнули под потолком, заливая всё кровавым светом.
— Внимание! Код чёрный! Объект Лакари в комплексе! Все подразделения к блоку 47!
Саяна подхватила Нюйру на руки, поражаясь тому, насколько лёгким стало её тело. Старуха весила не больше ребёнка.
— Крот! — рявкнула она, выбегая в коридор. — Взрывчатку! Сейчас!
Каторжники уже расставляли заряды вдоль опорных колонн. Их руки тряслись, пот лился ручьями, но они работали быстро. Страх перед Саяной был сильнее страха перед Орденом.
— Готово! — крикнул Крот. — Но нам нужно минимум пять минут, чтобы добраться до выхода!
— У вас есть три, — Саяна рванула к лестнице.
За их спинами, из глубины ям, уже доносился лёгкий топот бронированных сапог. Вершители неумолимо приближались, как машины смерти.
Саяна взлетела по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Нюйра в её руках тихо стонала, но держалась. Они ворвались в вентиляционную шахту, Крот и его люди карабкались следом, задыхаясь.
— Детонатор! — крикнул один из каторжников, протягивая Кроту небольшое устройство.
Крот нажал кнопку. Прозвучал оглушительный взрыв. Ударная волна прокатилась по шахте, швыряя их вперёд, как тряпичных кукол. Саяна инстинктивно прикрыла Нюйру своим телом, когда их выбросило из трубы прямо в лесной овраг в двух километрах от комплекса. За их спинами рушились Соляные ямы.
Гигантские столбы пламени взметнулись в ночное небо, окрашивая облака в кроваво-оранжевый цвет. Земля содрогнулась, как от землетрясения. Тысячи тонн известняка, бетона и стали обрушивались внутрь, погребая под собой камеры, коридоры, посты охраны. Из глубин карьера вырвался оглушительный рёв. Это кричали сотни заключённых, которых взрыв освободил из камер.
Саяна лежала на холодной земле, прижимая к себе Нюйру. Старуха дышала, слабо и прерывисто, но дышала. Крот и один из каторжников выползли из-под обломков, оглушённые, окровавленные, но живые. Второй каторжник остался в шахте, не успел выбраться.
— Мы... мы сделали это, — выдохнул Крот, глядя на пылающий ад позади. — Мы взорвали Соляные ямы...
Саяна поднялась на ноги, всё ещё держа Нюйру на руках. Её взгляд был прикован к горизонту, где над городом возвышались белые шпили Цитадели, залитые прожекторами.
Там сейчас в кандалах находился Амеран. Он ожидал рассвета, который должен был стать для него последним.
— Глоб ждёт в безопасном месте, — сказала Саяна, передавая Нюйру Кроту. Старуха слабо сжала её руку.
— Саяна... не ходи... — прохрипела Нюйра. — Ты и так... сделала достаточно...
Саяна наклонилась и поцеловала её в лоб. Этот жест стал единственным нежным за всю эту кровавую ночь.
— Я иду за тем, кто спас меня первым, — прошептала она. — Передай ему, если я не вернусь... передай, что я помню. Каждое слово. Каждый взгляд.
Она развернулась и шагнула в темноту леса. Крот смотрел ей вслед, пока её силуэт не растворился в ночи.
— Она не вернётся, — тихо сказал каторжник.
— Знаю, — Крот бережно поднял Нюйру. — Но если она доберётся до него... если она успеет... Илиас узнает, что бывает, когда отнимаешь у монстра последнее, что удерживает его человечность.
Над Эль-Даром бушевал хаос. Пламя в Соляных ямах было видно из каждого квартала. Сирены выли, люди бежали, не зная, куда. Орден метался между портами, где бушевало восстание, и ямами, откуда вырвались сотни озлобленных заключённых.
А сквозь этот ад, невидимая и неустрашимая, двигалась Саяна. Она шла к Цитадели. Шла к своему последнему бою. Шла к Амерану.