Страница 66 из 105
Я опускаю взгляд, чтобы узнать, о какой погоне речь, но Лола начинает читать
вслух. Медленно, с придыханием в нужных моментах и хрипотцой в особенно горячих сценах.
—
«Его тело прижало меня к стене заброшенного здания, и я даже не
успела вздохнуть, как он уже был слишком близко. Его ядовитые, но такие соблазнительные губы
сомкнулись на моем соске»
, — читает Лола, и ее голос становится ниже и интимнее,
будто каждая строчка проникает под кожу.
Я почти не слышу самих слов, а чувствую только женщину в моих руках. Чувствую,
как ее дыхание сбивается, как она чуть сильнее прижимается ко мне, будто забывает, где
заканчивается книга и начинается реальность.
—
«…я пыталась убежать, но он мне не позволил…»
—
продолжает она, и я невольно сжимаю пальцы на ее шее, там, где еще секунду назад поглаживал
пульс.
— Гарри… — выдыхает она, но не отводит взгляда от страницы.
Я наклоняюсь ближе, скользя губами от ее плеча к шее, и чувствую, как слова
начинают терять над ней власть.
—
«…его пальцы доводили меня до предела, лаская и…»
— она
запинается.
Я улыбаюсь в ее теплую кожу.
— Что там с его пальцами? — тихо спрашиваю я, проводя своими между ее пышных
грудей. Ее соски так напряглись, что видны даже через одежду.
Лола дергается, но не отстраняется.
— Ты мешаешь, — шепчет она, но голос выдает ее истинные желания.
— Я просто следую сюжету, — в моем голосе появляется грубый хрип.
Неожиданно Лола встает и поворачивается ко мне. Ее грудь вздымается так сильно,
что каждый выдох резко срывается с губ. Кожа на шее и щеках идет алыми пятнами, перекрывая
россыпь веснушек, которые я так хочу поцеловать.
— Если ты хочешь следовать за сюжетом, то догони меня, Гаррисон, — это признание
вырывается из Лолы резко и громко, как выстрел из ружья.
Она стоит передо мной с расширенными от возбуждения зрачками, с приоткрытыми
губами, на которых застывает ее полувызов-полупризнание, и в этот момент во мне что-то
окончательно щелкает.
Я больше не даю ей пространства, чтобы отступить. Не спрашиваю. Не тяну время. Я
делаю шаг вперед, и она невольно отступает, пока не спотыкается о какой-то пень.
Боже, да она убьется, пока будет убегать от меня.
— Ты уверена, что хочешь играть в это? — говорю я, проводя рукой по губам и
стараясь скрыть улыбку.
— Уверена, — ворчит она, обходя все преграды, о которые можно споткнуться. — Или
это ты не уверен? Боишься, что не сможешь меня поймать? — она поигрывает бровями.
— О, нет, детка, — растягиваю я, наступая на нее. — Беги, Шарлотта. Беги как
можно быстрее, потому что это последний чертов раз, когда я отпускаю тебя. Если я тебя
догоню, то меня будет не остановить.
Я сам удивляюсь, насколько правдиво звучат эти слова. Казалось бы, это должно
стать только ролью. Но нет. Все действительно так, как я сказал.
С меня достаточно. Если она хочет, чтобы ее поймали, то ее поймаю именно я. И
никогда не отпущу.
Я делаю вид, что собираюсь сорваться с места и даже рычу для большего эффекта.
Лола со звонким визгом срывается с места. Ее клубничные волосы разлетаются в
разные стороны, когда она огибает каждый ствол дерева на своем пути. Упругие бедра
приковывают к себе взгляд, и теперь я понимаю, почему все эти «похитители» не могут так
быстро догнать своих жертв. Они отвлекаются на их красоту.
На самом деле, я даже не стараюсь бежать, а просто иду широкими шагами, пока
Лола оглядывается на меня, как кролик, преследуемый волком. В ее глазах адреналин, смешанный
с похотью. Я чувствую, как какой-то странный, почти животный инстинкт просыпается внутри
меня.
Хочется повалить Лолу на эту землю с подушкой из мха и поклоняться ее телу до
тех пор, пока мое имя не станет единственным словом, которое она сможет произнести.
Когда между нами остается пара метров, Лола оттягивает ветку кустарника, и та
шлепает меня по лицу. Я стону, а она заливисто смеется, как какая-то ведьмочка, вызывая у
меня улыбку.
Боже, этот смех. Как с ней можно играть в какие-то ролевые игры, если Лола не
может играть ни одну роль, потому что слишком настоящая… слишком искренняя.
Я ускоряюсь, но неожиданно спотыкаюсь о какой-то камень. Возможно, мы с Лолой
похожи больше, чем кажется. А еще, все эти похитители в книгах явно бегают по пересеченной
местности лучше меня. Восстановив равновесие, бегу быстрее и смеюсь во весь голос вместе с
Лолой.
Я догоняю ее у деревьев, открывающих вид на поляну, усеянную маленькими
нежно-розовыми полевыми цветами. Мои руки перехватывают узкую талию и притягивают ее к себе.
Лола, дико хохоча, пытается вырваться, но, когда я прижимаю ее грудью к стволу
дерева, смех сменяется тихим стоном.
— Ты проиграла, — тихо говорю я, наклоняясь ближе к шее, где лихорадочно бьется
пульс. Моя ладонь упирается в шершавую кору рядом с ее головой, перекрывая путь.
— Может быть, я и не пыталась выиграть?
Ее соблазнительная задница упирается в мой пах. Она оглядывается через плечо и,
удерживая мой взгляд, вращает бедрами. С пухлых губ срывается сдавленный вдох, когда она
ощущает мой возбужденный член.
— В следующий раз, — тихо говорю я, наклоняясь к ее губам, — выбирай противника
осторожнее.
Она смотрит на меня почти стеклянными от возбуждения глазами.
— Я знала, кого выбираю, — отвечает она со сбитым дыханием. — И я выбираю тебя.
Черт возьми, это выбивает из меня остатки терпения. Я резко и окончательно
притягиваю ее ближе. Так, что между нами больше нет ни воздуха, ни пространства, ни
возможности сделать шаг назад.
И на этот раз, когда я целую ее — это уже не продолжение сцены из книги.
Это реальность, созданная только нами.