Страница 135 из 238
И представьте моё изумление, когда я ещё на подходе к дому заприметил Бориса. Тот нервно вышагивал по эту сторону калитки, явно поджидая меня.
– Валя, что я узнал! – начал он.
– Пошли к углу. Ты так кричишь, что я уже переживать стал.
Борис моментально перешёл на шёпот.
В двух словах всё было так. Занял мой друг позицию в половине седьмого утра. Расположился со всеми удобствами за тем самым забором, который я в свой первый визит на Дубинку штурмовал. Даже бутылку с водой и кусок хлеба не забыл.
Поскучал он пару часов. А после полицай вышел из дома и двинулся в сторону трамвая. Боря – за ним. Я ему велел взять кепку и берет, менять их при возможной слежке за объектом. Наверное, Борис умело маскировался и полицай, ничего не подозревая, довёл его до Всесвятского кладбища.
– Как ты велел не выделяться на природе. Всё в точности выполнил, – описывал Боря свою кепку, утыканную ветками.
Далее полицай встретился с несколькими подозрительными лицами. Разбив рассказ друга на понятные мне фрагменты, я примерно понял, что происходило. Некий барыга устроил Рябому встречу с каким‑то «колхозником», как описал Борис того зашуганного мужика. Он очень боялся, трясся и пришёл на встречу не один, а в сопровождении пары «гарных хлопчиков» крепкой комплекции.
Барыга тоже имел в сопровождении двух парней. И лишь полицай явился без охраны, с одним заплечным мешком.
– Он наши деньги потратил! – возмущался Боря, пересказывая увиденную сцену.
Барыга и охрана отошли в сторонку. Борису повезло, что они выбрали не ту сторону, где он прятался за деревом. Стоял он достаточно далеко, но рассмотрел, как Рябой и «колхозник» расположились за столом возле одной из могил. Колхозник написал в тетради, скорее всего, расписку. Далее Рябой стал выкладывать из мешка пачки денег, а мужик их пересчитывал.
– Долго считал, несколько раз сбивался, – дополнил друг.
Сколько именно, он сказать не мог: не рисковал наблюдать в открытую. Но там явно было несколько тысяч. Полицай что‑то купил. По словам Бори, кроме той тетради с распиской, у него ничего в руках не было.
Не особо доверяя деловым партнёрам, Рябой осторожно стал отходить в сторону. А после помчался в сторону улицы Северной. Боря отступил следом. Куда делись остальные, он не видел и за полицаем больше не следил. Вернулся домой и с тех пор места себе не находит, причитая:
– Мы опоздали. Он наши деньги потратил!
– Он что‑то купил, – напомнил я. – Но ты прав, кажется, он собирается куда‑то уехать.
– Сегодня идём? – с надеждой посмотрел на меня друг.
– Сегодня, – подтвердил я. – Сейчас скажем бабе Лизе, что вечером на подработку отправимся.
Как мы собирались «на дело» – это отдельное кино. Как говорится, и смех и грех.
Начнём с того, что никакого фонарика у нас не было. Ну так получилось. Для его покупки нужны деньги. А деньги эти нужно у полицая вначале отобрать. Потому к вопросу освещения подошли креативно, с моей точки зрения, взяв обычную керосиновую лампу, с которой я ездил в колхоз. Причём Борю этот вариант освещения ничуть не смутил.
Мы поужинали спокойно, ещё раз поздравили бабу Лизу, проверили, что берём с собой. Ни мою маму, ни бабушку эти сборы не заинтересовали. Единственное, бабушка крикнула мне через дверь, чтобы штормовку взял.
«Зачем?» – подумал я и тут сообразил, что на улице льёт как из ведра. Мы настолько увлеклись с Борисом просчётом наших действий и репетицией, что пропустили момент, когда дождь начался.
Из дома мы планировали выйти примерно в половине десятого. Мы же по легенде идём к Борису на работу. Обычно он в это время выходил. Дождь к тому времени не прекратился. Какие чуни на ноги? Какой тихий шаг?
Срочно переоделись в сапоги, нацепив штормовки. Кстати, так даже лучше: они же с капюшонами, фигуры со стороны станут ещё более безликими.
Наконец, взяв рюкзак и подготовленную ранее доску, мы двинулись на трамвайную остановку. Проторчали там не меньше часа. Я думал, что не дождёмся, но трамвай всё же приехал. После пересели на другой маршрут. Этот трамвай тоже прождали прилично. У солидного дядьки в трамвае уточнили время. Было без четверти одиннадцать, когда мы подъехали на Вишнякова.
Несмотря на долгие ожидания, по времени получалось даже лучше. Какая разница, где ждать? Раньше полуночи лезть к полицаю не стоит. По‑хорошему, бы ещё позже, да часов у нас тоже нет. Ну и, соответственно, денег на их покупку.
Дождь не прекращался. Всю местную шпану им смыло. По этой причине мы совершенно спокойно пошли в обход по тому маршруту, что разведал ещё я.
Насчёт «спокойно» я всё же пошутил. Темень там была такая, что хоть глаз выколи. Ни одного фонаря, и небо заволокло тучами.
Тот полуразрушенный дом, где я видел следы костра, мы не нашли бы. Да мы там и не прошли бы без фонаря. Пришлось лампу зажигать. Пробовали когда‑нибудь поджечь что‑то спичками во время дождя? Ещё и ни черта не видно!
Плюнув на всё, я снял штормовку. Изобразил из неё что‑то вроде навеса. Борис кое‑как смог зажечь лампу. Повезло, что этот коробок был у меня в кармане брюк. Борька свой сунул в штормовку, и спички там отсырели напрочь.
Далее представьте себе сцену. Два дурака впотьмах с керосиновой лампой в руках лезут по каким‑то ямам и мусору. Ну просто типичная такая картина «Как осуществить налёт». Нелёгкое это дело – бандитизмом заниматься. Правда, мы ещё не начали, но подготовка мне уже не нравилась.
После, наверное, не менее получаса бродили, решая, тот это забор или не тот. Повезло – дождь решил всё же стать грозой. В небе загрохотало, а потом начали периодически поблёскивать молнии. Вот в их свете я и рассмотрел голубятню. От неё двинулись направо, нашли угол, свернули, а дальше уже и без лампы могли сказать, что вышли куда надо: туалетом завоняло.
Далее по намеченному плану приставили доску к забору. Борис поднялся по этой лесенке, осмотрелся и попытался шёпотом что‑то мне рассказать. Куда там! Дождь и периодический гром заглушали всё вокруг. Чтобы он не орал, я передал ему лампу и полез сам смотреть.
Было бы на что. Во дворе темень, как и везде. Ни одного светящегося окна не просматривалось. Правда, тут почти у всех ставни, так что непонятно – спят хозяева или нет.
В любом случае время уже близилось к полуночи. Мокнуть дальше и мёрзнуть я не видел смысла. Лучше воспользоваться преимуществом: из‑за грозы наших действий никто не услышит.
– Полезли, – кивнул я Борису на забор.