Арена

Характер Александра сильно изменился за прошедшее время. Он видел столько всего: и смерти своих знакомых, и бойни, и миры, от которых остались одни руины. С каждым разом в нём что-то умирало, характер стал чёрствым, лицо уже не хотело показывать добрых чувств. Тут ещё и любимая стала в нём сомневаться. Александр, будучи на нервах, был сильно раздражён!

Исчезнувшая в тени девушка появилась в объятиях человека в чёрных доспехах. Он был по-настоящему рад их встрече. Как же долго он искал её и наконец нашёл, но сейчас, когда Карина уже была освобождена от рабской печати, Герой не обращал на её слова никакого внимания. Он смотрел на них.

Два ублюдка, что были реальной угрозой, и предатель, которому Александр доверял так сильно, что не замечал очевидных вещей.

В это время Адам уже развалился на куски: ведь прежде чем шагнуть к Карине, Александр ударил по нему своим адским мечом.

…

«Значит, Серафим оказался рабом, метка под его доспехами была настоящей. Это хорошо», так думал Александр. Парню очень не хотелось убивать своего товарища после всего, через что они вместе прошли.

Один из капитанов вышел вперёд, его злое лезвие в миг достигло шеи Александра, но тот, уже познакомившись с ним ранее, знал, что нужно было делать.

Меч падшего ангела танцевал под лучами искусственного солнца разрушенной земли.

Ни один удар капитана не задел лица Александра. Тот исчез во фрагментах солнечного ветра и, появившись перед восьмым, совершил удар. Капитан готовился к удару меча, все его инстинкты кричали о защите, но удар пришёл откуда не ждали. Ладонь в сиянии солнечной вспышки пробила бок десятого.

На землю разрушенного мира пролилась кровь. Капитан, исчезнув, ушёл назад, встав рядом со своим подельником восьмым, и с некоторым страхом посмотрел на Александра.

— Ты хотел сражения с этим демоном, мой дорогой друг, — во взгляде десятого на его товарища читалась обида. — Так что же ты встал как вкопанный? Помоги мне!

Восьмой лишь криво улыбнулся, глядя на Героя. Он не понимал, как же за столь короткий промежуток времени человек развился настолько сильно. Он уже понял, что Герой сдерживался, играя с ними в кошки-мышки, отчего и испытал удар.

— Я оценивал его способность, восьмой, и вижу, что наша разведка где-то ошиблась! — Взглянув на Серафима с явной досадой, капитан махнул рукой, и светлый маг, сам себя не контролируя, появился перед ним.

Рука восьмого устремилась к сердцу мага Серафима: тварь захотела его убить. Но в это мгновение взгляд Героя вспыхнул от гневного негодования. Убить его друга на его глазах? Непозволительно для этого отребья! Одно движение, и яркие фрагменты света уже появились сбоку от капитана. Взмах одержимого меча, и солнечное извержение прочертило дугу, оставляя яркое пятно остаточного света.

Восьмой лишился запястья, но тот будто и ждал этого: открыл свою зубастую пасть, выстреливая в лицо Героя острым, как пика, и быстрым, как звук, языком.

— Хватит, вы слишком жалки и не годитесь мне в оппоненты. — Хватая капитана за его длинный язык, обгоняя того по скорости вдвое, Александр потянул его на себя, не чувствуя сопротивления. Одержимый меч вошёл в живот капитана, а Александр холодно продолжил: — Сразись ты со мной до мира тёмного владыки, я, может быть, и дал бой, как жаждали вы, но сейчас пора бы вам умирать. Белая звезда! — Сквозь тёмные доспехи капитана был виден свет.

Это было яркое малое солнце, столь же горячее и опасное, что и то, что было в небе над головами. Восьмой капитан мгновенно сгорел.

— Остался только ты, Джонатан. Этот хоть и тварь каких поискать, пришелец, ублюдок, но он хотя бы не жалкий террорист, как ты! — Александр не знал, кто дал команду капитану уничтожить города в землях владыки, но то, что Джонатан до рабства был человеком, делало ему больно где-то глубоко в груди.

Почувствовав на себе давление, Джонатан явно испытал ужас. Вынув из кольца одну жемчужину с энергией типа хаоса, он резко проглотил её, покрываясь волей владыки. Сила хаоса, такая же, как жемчуг в мече падшего ангела. «Значит, командующий и этим даровал свою волю. Ну что же, можно стать посерьёзнее». Александр приготовился к очередному бою.

— Теперь ты сдохнешь, человечишка! — Меч в руках десятого покрылся силой его господина. Он думал, что теперь его силы будет достаточно, а Александр просто включил защиту хаоса и, покрывшись точно той же силой, что и капитан, побежал вперёд.

…

Десятый на удивление держался достойно: его мастерство владения мечом помогало держаться против яростных ударов Александра. Может, сила главнокомандующего так на него повлияла, может, он был сильнее восьмого, что маловероятно, но всё же даже он не выдержал минуты боя. Весь в порезах, со сломанной рукой и рёбрами, он с ужасом смотрел на возвышающегося над ним оппонента.

«Пощады», читалось у него на лице, а Александр и слушать ничего не желал, вгоняя меч в живот лежащего на земле десятого.

— После стольких боёв на арене вы даже близко не сравнитесь с силой того воина. — Александр вспомнил свой бой против чёрного воина и немножко взгрустнул. — Жри, его одержимый меч. Хищник!

В последний миг капитан попытался что-то сказать, а Александр, знающий чтение по губам, понял, что он говорит:

«Спасибо!» Да почему этот ублюдок благодарит его?

Дзинь!

Все характеристики повышены на 35.

Хаос повышается на 0,5.

Остаточная сила воли командующего была успешно поглощена!

— Вот и всё, это конец. — Смотря на Карину, стоящую чуть в стороне, Александр улыбнулся.

Серафим, получив свободу, с сожалением объяснял, как так получилось и что это ему стоило. Естественно, всё это время он не отправлял сообщения отцу, а сливил информацию по Герою гадким пришельцам. То-то и оно: Александр и тогда считал его общение с отцом чем-то странным, а сейчас наконец разобрался, в чём было дело.