Страница 52 из 115
– Должен? – Арону показалось, что над ним сейчас совершается какое-то насилие. – Почему? – спросил он. – А если я не хочу?
Крим и Клик переглянулись.
– Идём вместе! – предложил Крим. – Мне там понравилось, и я бы ещё раз посидел у камина.
Арон кинул взгляд на Тима. Тот весь вечер жался в углу, стараясь быть как можно более незаметным.
– Тогда пусть и Тим идёт с нами! – выпалил мальчик, затем хмуро взглянул на Клика. – Ты найдёшь, чем их покормить?
– Да, маленький господин! – кивнул гном.
– И… – Арон вздохнул. Если уж прощать этих странных созданий, так нужно прощать совсем. – И зови меня Арон. Я же просил!
– Да, Арон! – радостно подпрыгнул Клик.
– Арон! – подойдя к нему практически вплотную, тихо позвал Крим, стараясь, чтобы никто, кроме Арона его не услышал. – Ты хочешь, чтобы Тим присутствовал при твоей трапезе?
– Я могу поесть и в другом месте, или после того, как вы оба заснёте. Это не проблема, Крим! – ответил Арон.
– А брат Марк и Вилон? Как быть с ними? Они вернутся, а нас здесь нет, – Крим покачал головой. – Это будет нехорошо.
Арон задумался. Крим был прав, это будет совсем нехорошо.
– Ступай! – велел он гному.
– Но… – попытался возразить Клик.
– Иди же! – угрожающе двинулся на гнома избранный, и тот моментально скрылся под полом, который так же быстро встал на своё место.
– Господин… Арон, – нерешительно пробормотал Крим. – Тебе нужно…
– Крим! Крим! Крим! Стоп! – Арон взял Крима за руки, стараясь не задевать повреждённое место. – Я не умру с голоду. Я уже сказал, что у меня сейчас нет настроения есть. Прошу тебя, оставь это.
Крим, покачав головой, сел на принесённую гномом шкуру. На некоторое время в комнате воцарилось молчание. Арон стоял посреди комнаты, словно изваяние, а Крим и Тим беззвучно сидели на своих топчанах. Арону показалось, что он здесь лишний, чужой. Мальчику захотелось срочно уйти, выйти наружу, испариться из жизни тех, кому он сейчас доставлял столько неудобств. Но Арон не мог этого сделать, пока Крим не вернётся домой. Приехал он сюда только за этим, и без Крима этот храм он не оставит!
Дверь отворилась, и вошли брат Марк и Вилон.
– Арон! – с радостью в голосе произнёс брат Марк. – Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался он.
А Вилон подпрыгнул на месте и счастливо разулыбался. В руках он нёс огромный поднос с едой, предназначенной друзьям, и поэтому в настоящий момент кинуться к Арону не смог, но выражение глаз выдавало его желание.
– Как я себя чувствую? – Арон грустно улыбнулся. – Хорошо…
Брат Марк подозрительно посмотрел на ученика. Такой потерянности в его взгляде он раньше не замечал.
– Что произошло? – радость мигом испарилась с его лица. – Что здесь случилось?
– Ничего, брат Марк, – Арон взглянул в глаза учителю. – Я могу с тобой поговорить с глазу на глаз?
– Конечно! – пожал плечами борат Марк. – Мы можем выйти в коридор. Он ещё пуст.
Арон повернулся, обошёл стоящего в дверях Вилона, и вышел из комнаты. Философ последовал за ним.
– Что ты хотел мне сказать? – заинтересованно спросил брат Марк, как только дверь их комнаты плотно закрылась.
Арон опустил взгляд, не желая выдавать волнения, которое поселилось в его душе. Сейчас ему было плохо, очень плохо. Арон чувствовал себя чужим и очень одиноким в этот момент. И именно этого мальчик не хотел показывать брату Марку.
– Я хочу, чтобы ты не позволял Криму работать до того момента, пока он полностью не поправится, – в словах Арона не было просьбы, тон мальчика звучал, как распоряжение.
– Боюсь, брат Вир мне не позволит, – возразил философ.
– Брата Вира я возьму на себя, – пообещал Арон. – И ещё… – Арон ненадолго замялся – ему очень не хотелось покидать друзей, – но потом, вспомнив о неловком молчании, установившимся в комнате в его присутствии, сказал: – Сейчас я уйду. Когда я вернусь, не знаю. Не подпускай Крима к брату Виру. Сейчас ему как никогда нужен отдых.
– Хорошо! – кивнул брат Марк. Чувствуя настроение ученика, он не решился возразить ему, хотя сказать мог бы очень многое.
– Я сильно его покалечил? – внезапно спросил Арон.
– Не очень! – брат Марк решил не кривить душой и сказать всю правду. – Могло быть намного хуже.
– Что я сделал? – продолжил допрос Арон.
– Порез на руке сделал он сам. Порез нехороший, и это самое неприятное, но он заживёт. Несколько синяков и треснутое ребро.
Арон кивнул, показывая, что всё понял.
– Пусть боги будут благосклонны к тебе! – и только сказав это, Арон с ужасом понял, что в голосе его звучали слёзы. А вот это было абсолютно недопустимым!
Мальчик быстро повернулся, не дожидаясь ответа, и стрелой побежал прочь, к выходу из храма.
Брат Марк медленно повернулся, открыл комнату и уставился на поедающих свой ужин послушников.
– Что здесь произошло? – угроза, звучащая в голосе брата Марка, заставила всех посмотреть на философа.
Внезапно Крим вспомнил стоящую неподвижно маленькую фигуру в балахоне послушника, и словно со стороны увидел себя и Тима, жмущихся в углах своих топчанов.
– Где Арон? – Крим отложил поднос и вскочил на ноги.
– Ушёл! – с горечью ответил философ. – И неизвестно, когда вернётся.
– Я пойду за ним! – поднялся Крим.
– Нет! – безапелляционно отрезал брат Марк. – Это приказ!
– Приказ? – Крим медленно опустился на свою постель. Он понял, от кого именно исходил приказ. – Но… – Крим поднял голову, взглянув в глаза жреца. – Брат Вир…
– Брата Вира Арон возьмёт на себя!
Произнесённая философом фраза чуть не заставила Крима задохнуться.
– Что-о-о? – он вскочил на ноги. – О боги, нет! – Крим кинулся к брату Марку, схватив его за рукав. – Он не должен делать этого! Ему нельзя идти к брату Виру! Брат Вир слишком скор на расправу, а Арон слишком независим!
– Поздно, – слова философа разили Крима больнее стрелы, пущенной в грудь. – Арон уже принял решение!
Вилон и Тим, ничего не понимая, переводили взгляд с Крима на брата Марка и обратно. А те, тем временем, продолжали свой разговор.
– Завтра с утра я постараюсь остановить это! – вздохнув, покачал головой Крим.
Но вновь в ответ ему прозвучало то же слово:
– Нет!
– Нет? – удивился Крим.