Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 106 из 115

Внезапно в голову Арона пришла мысль, что то, что он сам ничего не знает о том, куда попал, вовсе не должно означать, что и хранители ничего об этом не знают. Конечно, существовала вероятность того, что знания об этом мире хранители также содержат в секрете, как и остальные хранимые ими тайны, но вдруг…

– Что ты знаешь об этом мире? – спросил Крима Арон, впрочем, не ожидая, что тот что-то сможет ответить.

– Это Запретные земли! – внезапное знание Крима хотя бы того, куда они попали, заставило Арона замереть на месте. Оказывается, друг знал нечто, неизвестное ему самому, и это нечто можно было и не держать в тайне.

– Запретные земли? – Арон постарался, чтобы его интонации не выдавали заинтересованности. – Ты раньше ничего о них не говорил!

– А нечего говорить, – Крим, не ощущая напряжения Арона, как ни в чём не бывало наслаждался тёплой летней рекой. – Я знаю только название, а также то, что в эти места нет хода никому из Долины Хранителей. Это запретная территория. Она недоступна, отгорожена от всего мира. Это место как-то связано с зарождением духа. Но больше я ровным счётом ничего не знаю.

– Но ты знал, что мы попадём сюда? – Арон выдавил улыбку, хотя на его душе было совсем не весело.

– Нет! – откровенно ответил Крим. – Я даже не предполагал, что эта территория здесь. Узнал я её по говорящей зверюшке. Написано: «В Запретных землях говорящие зверьки по виду не похожи на разумных…»

– И где это написано? – на сердце у Арона отлегло. Он верил Криму, тот действительно не знал, что место, куда они с таким трудом переправились – вовсе не Внешние Королевства.

– В истории семи миров, – ответил Крим. – Я думал, ты читал!

– Я многого ещё не успел изучить, – вздохнул Арон. – Слишком многого. О семи мирах как-то упомянули гномы, но они толком не рассказывали, что это за миры. Ты сможешь просветить меня?

– Только о том, что знаю сам, – Крим встал на ноги и подал руку Арону, который поднялся вслед за ним. – Но не сегодня. Сегодня тебе всё-таки следует поспать. Ты слишком долго находишься на ногах, охраняя наше спокойствие. К тому же, ты сам сказал всем о том, что в эту ночь опасности нет. До рассвета несколько часов. Эти несколько часов ты можешь посвятить отдыху. А завтра по пути я расскажу тебе о семи мирах.

Эта ночь была для Арона беспокойной. Во сне он видел огромных странных птиц с горящими зелёным пламенем глазами, желающих пообедать им. А сам он был беспомощен, словно младенец. Он не чувствовал ни их приближения, ни их дум, он не чувствовал ничего. Арону казалось, что он ослеп. Конечно, он знал, что видит сон, но Арон не торопился просыпаться, желая узнать хоть что-то, что сможет помочь ему в борьбе с этими пернатыми летучими созданиями, которые запугали все Запретные земли. И казалось, ничто не может ему помочь. Арон мчался по снежной пустыне, перекатываясь по белому покрывалу зимы в те моменты, когда птицы падали на него, и не было от них спасения. Но каждый раз Арону удавалось уворачиваться. И он бежал всё дальше и дальше. Огромный замок, окружённый высокими стенами, внутри которых выстроились рядами крестьянские домики. Затем вторая – внутренняя стена, за которой находилось сердце крепости, её дух. Арон бежал. Упирающаяся в небесный свод башня, вокруг которой сетью расположились маленькое башенки… Винтовая лестница, число ступеней которой не было сил сосчитать. Арон торопился. Он устал, но не замедлял бег. Он хотел… Внезапная мысль поразила Арона. Он понял, что именно он хотел, и ужаснулся. Он хотел вернуть свою душу!

Первый луч солнца, упавший на лицо Арона, заставил его открыть глаза. Крим уже не спал. Он сидел возле костра и готовил остальным овощную похлёбку из принесённых, по-видимому, Лиски, даров природы.

Зверёк подскочил к Арону, едва только поняв, что тот не спит.

– Это была ночь откровений! – прошептал Лиски. – Сны в такую ночь – особые. Ты видел что-нибудь?

– Я потерял душу, – ухмыльнулся Арон, понимая, что ничего хорошего в этом сне нет.

Глаза Лиски округлились так сильно, что стали похожи на блюдца.

– Ты пропал! – пропищал он тоненьким голоском. – Пропал! Совсем пропал! Твою душу заберут гвейны!