Страница 21 из 74
Большинство будущих пассажиров общественного транспорта тоже с интересом поглядывали в сторону изображавших тевтонцев на Чудском озере крепких мужчин в похожих пиджаках. Оставалось лишь порадоваться, что коммуникаторы ныне доступны далеко не всем. А уж модели с камерой и возможностью видеосъёмки стоили и вовсе запредельных денег. Это давало шанс, что картинка нынче вечером не появится в новостях. А то Павлу было бы даже интересно, как именно не скрывавший лица Михаил Павлович будет объяснять Главе и воеводе нынешнее своё выступление.
«Свинья» до беглеца не дошла.
Контрразведчик поднял руку, явно призывая остановиться. Вторую же запустил под куртку.
«Стой, а то буду стрелять!» — перевёл про себя красноречивый жест клановец. Не в спикера Правления, конечно. Но любое открытие огня в общественном месте уже можно было бы приравнять к провалу операции для Михаила Павловича. Даже если ему каким-то образом после удастся объяснить случившееся людям государевым, у главы Волконских появится куча вопросов к родичу.
— Есть активность «третьих». Имею визуальное подтверждение, — доложил оператор наблюдательного комплекса.
— Кино, что ли, снимают? — чуть раздражённо протянула девица.
МОлодой человек сделал короткую паузу. Было непросто лавировать между собственным непрерывным анализом ситуации, докладами командиров нескольких групп и вопросами соседки.
— Наверняка, — кивнул своим мыслям Павел, про себя поражаясь логике отмороженной девчонки.
С другой стороны, понять ее можно. Волконский не был уверен, что полтора десятка «братков» в малиновых пиджаках с пудовыми золотыми цепями из печальной страницы истории империи здесь смотрелись бы более странно. Так что вывод где-то даже разумен.
Соседка же фыркнула и вновь с головой окончательно ушла в свой гаджет.
Волконский же принялся наблюдать за работой «однофамильца».
Он тем временем выступил вперед. Естественно, в сопровождении двух телохранителей, готовых в любую секунду телами закрыть господина. Впрочем, там и артефактов на спикере было повешено немало. Даже с этой позиции Павел видел несколько подвесок на шее.
Завязался разговор. Кажется, Михаил Павлович выступал в роли «вернись — я всё прощу». Беглец же сомневался в столь благополучном для себя исходе. Именно с этих позиций собеседники и принялись искать общий знаменатель. При этом контрразведчик не забывал грамотно следить за обстановкой. Несколько раз он мазнул лениво-профессиональным взглядом по клановцу. Однако тот пока никаких знаков не подавал. Так что торг с «однофамильцем» продолжался.
— Они на позициях, — наконец доложил оператор.
Следующий взгляд беглеца Павел «поймал» и, убедившись, что контрразведчик видит его, лениво кивнул, словно бы своим мыслям.
Вида беглец не подал, но стороны очень быстро пришли к соглашению.
— Конец ему, — прокомментировала вновь оторвавшаяся от экрана девица.
Павел с интересом глянул на соседку.
— Я бы с этими ни за что не пошла, — покачала головой та с видом любительнице хорроров, кричащей героине «Ну куда же ты прешь, дура⁈». — Брыкалась бы и орала, но в машину не села.
— Ну, может, у него выбора нет, — предположил Павел, наблюдая за тем, как закрывается дверь за беглецом.
Девушка пожала плечиками.
— Выбор есть всегда! — решила соседка с уверенностью человека, которому никто и никогда не приставлял срез ствола к затылку.
Парень промолчал.
— Не пойду на этот фильм, — заключила давно уже сформировавшаяся «школьница-скромняшка» и неожиданно протянула руку Павлу. — Меня Аля зовут.
— Минута для контакта, — вновь прозвучал голос оператора в ухе.
— А у меня совершенно нет возможности продолжить знакомство, — со вздохом признал Павел, виновато разведя руками.
Причём сделать это ему удалось таким образом, что девушка даже поверила в искренность его слов. Или просто характером обладала весьма специфическим.
— Очень жаль, — спокойно произнесла она и больше на бывшего соседа по лавочке внимания не обращала.
Волконский же поднялся на ноги и зашагал в сторону припаркованного неприметного автомобиля.
— Куда? — спокойно спросил Кроль, едва Павел захлопнул за собой дверь.
— Восемьсот пятьдесят метров прямо и сворачиваю на парковку к «Семёрочке», — потребовал Павел.
Всё произошло на его глазах. Передний внедорожник кортежа спикера буквально стал на месте. Дорогу ему преградил выезжающий с прилегающей к магазину территории грузовик. Остальные машины буквально скучились за ним.
— Зря, — протянул Павел, наблюдая за тем, как кортеж родича подпирают сразу несколько автомобилей.
Кто бы ни был третьей стороной, действовали они куда профессиональнее людей родича, явно не привыкших к уличным реалиям. Во всяком случае, здесь и сейчас.
Впрочем, люди Михаила Павловича тут же поспешили реабилитироваться: мгновенно покинули авто и сформировали периметр безопасности.
Наконец-то перед ними стояла понятная задача.
— Ну, хоть так, — прокомментировал Волконский. — Первое относительно осмысленное действие спецов спикера.
И винить их было нельзя — заточка явно не на работу в городе. Вот и ведут себя, с точки зрения оперативника, довольно странно. Это все равно, что топором пытаться стричь ногти.
Кортеж тем временем окружили десяток спецов в камуфляже. Никто не вскинул оружия, но оно было. В том числе и компактные стрелковые комплексы не самых простых систем.
— Хм, — оценил Волконский, приготовившись наблюдать за новым раундом «переговоров».
Спикер свою машину так и не покинул, вместо него в разговор вступил начальник охраны, ехавший в том же авто.
Не более минуты мужчина в пиджаке доказывал что-то подошедшему бойцу в тёмном камуфляже. Тот внимательно выслушал и предъявил какое-то удостоверение. Волконский не смог разглядеть, от какого именно ведомства использовал «зонтик» один из 'третьих, но оптика очередной группы наблюдателей всё-таки смогла дать ответ на этот вопрос.
— Удостоверение СИБ, — сообщил оператор.
«Они что, дебилы?» — мелькнула быстрая мысль в голове Волконского. Да будь ты хоть сто раз клановцем, подделывать верительные грамоты людей государевых — самоубийство без всякого преувеличения.