Страница 38 из 74
Я лениво пожевал бушующую силу, чувствуя на зубах колючий холодок озона и жгучую кислинку высокого напряжения. Чёрный Желудок довольно уркнул, принимая легкую закуску перед обедом.
Я резко выдохнул, и перед замершими камерами из моего рта вылетело круглое сизое облачко дыма.
— Ну и кислятина. Конденсаторы у вас старые, — громко, чтобы микрофоны точно записали, сообщил я пустоте. — Слышь, охрана! Выходите давай. Я вам тут вашу Госпожу привез. Почти целую.
За воротами послышался топот берцев, и титановые створки с натужным гулом поползли в стороны.
Из тумана, ощетинившись стволами тяжелых излучателей, вывалился отряд личной гвардии Медведевых. Впереди вышагивал тот самый огромный наемник со сломанными ушами, о котором меня предупредила Валерия — Декстер, начальник безопасности. Глазел боец на меня так свирепо, словно лично готов был перегрызть мне горло.
— Оружие наизготовку! — рявкнул Декстер, останавливаясь в пяти метрах от меня под прикрытием тяжелых магических щитов. Его серые глаза впились в мою маску. — Волков. Ты совсем страх потерял, щенок? Явился прямо к нам? Где Виконтесса Валерия⁈
Я лениво зевнул, прикрыв рот ладонью.
— Да дома она у меня, в подвале сидит, картошку чистит под присмотром, — невозмутимо соврал я, качнувшись с пятки на носок. — Отлично справляется, кстати, даже жалко отдавать. Но мы можем договориться. Я парень не жадный, готов вернуть вашу блудную дочь в обмен на скромную плату за её постой. Да и официальный иммунитет от КМН мне тоже не помешает. Позовите Графа, обсудим размеры выкупа.
Златогоров и Арсеньев-старший, состряпавшие тот вброс в сеть, сейчас наверняка прилипли к мониторам, ожидая, что я начну выносить ворота головой (да, я был уверен, что эти хмыри наблюдают, хотя доказательств не было).
Хренушки вам, господа присяжные. Переговоры теперь наше всё.
Декстер нахмурился, его кулаки сжались с тихим хрустом.
— Граф не ведет переговоры с дикими собаками, — процедил наемник. — У тебя нет ничего, чем ты мог бы торговаться. Ты врешь, Волков. Докажи, что Валерия жива, или я открываю огонь. Мои парни превратят тебя в пепел за три секунды.
Я тихо, издевательски рассмеялся под своей серебряной маской.
— Доказать? Ну, как скажешь, Декстер. Изволь.
Я сделал глубокий вдох, заставив Чёрный Желудок вытолкнуть из своих глубин одну очень важную, недавно припрятанную добычу. Горло обожгло холодом. Я приоткрыл рот…
ПШ-Ш-Ш-Ш-ЧПОК!
Из моей глотки с тихим шипением вырвался густой фиолетово-черный туман. Он завис в воздухе прямо передо мной, стремительно сгущаясь и обретая плоть. И через секунду на глазах у онемевших гвардейцев я аккуратно поймал за волосы выскользнувшую из тумана… голову Валерии Медведевой.
Голова виконтессы, аккуратно отделенная пространственным разрезом от тела, висела у меня в руке. Срез на шее был совершенно гладким, мерцающим фиолетовым светом пустоты. Ни единой капли крови.
В рядах гвардейцев послышался дружный, испуганный вздох. Двое штурмовиков отшатнулись, едва не выронив щиты, а лицо Декстера мгновенно пошло серыми пятнами. Его рука сама собой легла на кобуру. Они были уверены, что я только что на их глазах достал из желудка труп их любимой Госпожи.
Но шоу только начиналось.
«Мертвая» голова Валерии в моей руке вдруг раздраженно моргнула. Она взглянула на растерянного начальника охраны, сдула со лба влажную прядь и процедила своим высокомерным голосом:
— Декстер, ради всего святого, опусти оружие. Ты позоришь наш Род своим разинутым ртом. У тебя сейчас туда муха залетит.
Наемник застыл соляным столпом. Его рука так и осталась лежать на кобуре.
Валерия тем временем медленно повернула голову вверх, сердито уставившись прямо в глазницы моей серебряной маски:
— И Ярослав… — её голос зазвенел кристаллами льда. — Там внутри у тебя, прямо по соседству с моим сердцем, болтается чья-то недопереваренная, жутко вонючая искра Дара. Это просто возмутительное, грязное соседство! Моя душенька этого не вынесет. Проглоти меня обратно, но немедленно пересади в другой отсек! Желательно с кондиционером и без этого вашего плебейского мусора!
Я ухмыльнулся, качнув головой.
— Капризная ты девка, Валерия. В следующий раз выделю тебе VIP-консерву в Желудке.
Я поправил лацканы своего безупречного смокинга. Повернулся к Декстеру и его гвардейцам. Их вытянутые бледные лица стоили каждого потраченного на эту клоунаду нерва.
Я небрежно взвесил в руке говорящую голову Валерии, словно прикидывал вес спелого арбуза.
— Видал, Декстер? — я осклабился во весь рот. — Способ сохранения свежести припасов от рода Волковых. Эксклюзивный патент. Покупай, пока дешево.
Наемник сглотнул. Желваки на его квадратной челюсти заходили ходуном, а рука на кобуре заметно дрогнула.
— Расклад простой, мужики, — я сделал шаг вперед, и гвардейцы инстинктивно попятились на полметра. — Если вы сейчас начнете палить, у меня с перепугу случится спазм Желудка. И ваша распрекрасная Виконтесса вмиг переварится в отличный, наваристый бульон. Прямо внутри меня. Хотите проверить скорость моего пищеварения?
Я сделал паузу, давая им пропотеть.
— Но если вы будете паиньками и спокойно отведете меня к Графу, чтобы потолковать с глазу на глаз, то я, так и быть, выплюну её обратно целиком и полностью. Живую, здоровую и даже почти не покусанную.
Для пущей важности я легким движением подбросил голову Валерии в воздух. Пока летела, виконтесса успела одарить меня взглядом, обещающим долгое и крайне болезненное вскрытие в её будущей лаборатории.
Над моим плечом вновь распахнулась Призрачная Пасть.
АМ.
Челюсти сомкнулись на лету. Я нарочито, с громким, смачным сглатыванием отправил голову обратно в пространственный карман Чёрного Желудка. После чего аккуратно погладил себя по животу.
— Ох, тяжеловато пошла, — вздохнул я. — Наверное, из-за её невыносимого характера. Изжога теперь будет, сто процентов.
Иллириэль рядом со мной едва заметно, но ехидно ухмыльнулась. Эльфийка явно смаковала то, в какой глухой тупик мы загнали всю эту местную верхушку охраны Медведевых. Ребята держали в руках оружие стоимостью в годовой бюджет целой области, но выглядели при этом так, будто прямо сейчас готовы были расплакаться и уйти на пенсию.
Декстер молчал секунд пять. Его кулаки сжались с тихим хрустом, но в итоге он медленно убрал руку от кобуры.