Страница 36 из 74
— Пахнет сливом и разводом, мелкая, — сухо оборвал я её. Я поднялся из-за стола, поправляя воротник. — Слишком вовремя и слишком красиво расписано. Слив в закрытой ленте прямо в тот момент, когда мы закончили укреплять Логово и подключили Якорь. Медведевы и их подсосы не дураки. Они поняли, что в лоб нас не взять. И решили выманить на свою территорию. Под прицелы тяжелых орудий и Чистильщиков. Это капкан.
Дед Корней мрачно нахмурился, не опуская дробовика:
— И что с того, внучок? Если волка заманивают в капкан при помощи мяса его сородичей… волк всё равно идет. И рвет горло охотнику прямо вместе с капканом.
Я хищно осклабился, обнажая острые клыки.
— Именно, дед. Волк идет. Но не как послушная дичь, а как хищник. Мы не станем ломать лбом их ворота. Мы просто воспользуемся их гостеприимством. Валерия.
Я повернулся к виконтессе, которая всё это время молча наблюдала за нами с легкой, оценивающей улыбкой ученого.
— Паучиха. Что скажешь?
Я замолчал, ожидая ответа и задумчиво постукивая пальцами по столешнице. В башке лениво зашевелились шестеренки, оценивая расклад.
Неужели этот старый пёс Медведев действительно нашел способ вскрыть «Северный Ветер», над которым его лучшие умы бились пятнадцать лет, а сам потом вот так глупо слил важные сведения в закрытые беседы? Прямо перед тем, как мы планировали их зачистить?
Совпадение? Не думаю.
— Это подделка. Дешёвая, топорная уловка, — спокойно, даже лениво обронила Валерия.
Она даже не повернула головы в мою сторону. Нож в её руке двигался всё так же размеренно и четко, срезая очередной тонкий ломтик колбасы.
— С чего такая уверенность, Паучиха? — я прищурился, разглядывая её лицо вполоборота.
— Мой многоуважаемый папенька одержим безопасностью до крайности, — Валерия аккуратно отложила его на тарелку. — Последние пятнадцать лет он не показывается на людях. Вообще. Он живет в глубоком убежище под Разломом, очищает воздух от малейшей пыли и бактерий и до смерти боится любого покушения. Граф Медведев скорее согласится добровольно выпить яд, чем устроит показное зрелище с сожжением чьих-то костей. Ему попросту плевать на честное имя Волковых. Он трясется исключительно за собственную безопасность. Так что… показушный обряд совершенно не в его духе.
Я хмыкнул, катая на языке соленый привкус огурца. Картина мгновенно обрела четкие очертания. Два и два сложились с приятным щелчком.
— Значит, этот вброс слепили на коленке, — подытожил я, откидываясь на спинку стула. — И зачинщики нам хорошо известны. Либо Комитет, либо Златогоров и Арсеньев-старший. Возможно, Голубев.
— Именно, — кивнула виконтесса, наконец приостановив нарезку. — Ты знатно поломал им кости, а Ведомство в лице Воронина умыло руки. Они поняли, что по силой тебя не взять. И решили накинуть лисью шкуру.
— Хотят натравить бешеного Волка на неприступную крепость Медведева, — кровожадно оскалился дед Корней. — Хех. Старый как мир трюк. Ловля на живца.
— Да, — подтвердила Валерия, повернувшись ко мне. — Внутри Разлома «Северный Ветер» установлен сторожевой маяк КМН. Если во владения прорвется тварь высшего разряда — а тебя, Ярослав, они причисляют именно к этой категории, — маяк мгновенно отправит весть напрямую в Столицу, минуя КМН. Через час здесь будут отборные Истребители. Полагаю, заговорщики рассчитывают, что вы с моим отцом уничтожите друг друга в лобовом столкновении, а они просто посмотрят на это пепелище со стороны.
Мелкая Диана возмущенно топнула ногой, едва не пролив воду из своего стакана:
— Да плевать мне на их Истребителей! Ярик, они хотят сжечь кости мамы! Я не могу просто сидеть и жевать эту прозрачную колбасу, когда эти твари…
— Тихо, мелкая, — я осадил её коротким жестом.
Внутри меня Чёрный Желудок требовательно заурчал. Батя ясно дал понять: чтобы пробить завесу этого мира и вернуться домой, мне нужно набрать силу. Жрать ядра, сушить Разломы, качать уровень. «Северный Ветер» — самая жирная и сочная кормушка в этой глуши. Идти туда придется в любом случае.
Но переть в лоб через войско наемников, пулеметные гнезда и развернутые защитные купола? Глупо. Я, конечно, могу сожрать половину их снарядов, но лобовой натиск выжжет добрую половину моих запасов сил еще до того, как я доберусь до самого сладкого, до Ядра Разлома. Мне нужно зайти туда свежим.
Валерия медленно положила нож на доску, взяла полотенце и неторопливо вытерла свои испачканные жиром пальцы.
— Лобовой натиск — это слишком грубо, Ярослав. И бесполезно, — произнесла она, и в её глазах снова загорелся тот самый безумный исследовательский огонек. — Но у меня есть предложение получше. Как насчет спектакля «Троянский Волк»?
— Ну-ка, изложи задумку, Паучиха, — я заинтересованно подался вперед.
— Я знаю все коды доступа и слепые зоны внешнего рубежа, — Валерия оперлась руками о край стола, глядя на меня в упор. — Мы разыграем моё победное возвращение. Я сыграю роль блудной дочери, сумевшей хитростью усыпить грозную тварь Северогорска. Я принесу тебя и твою взбалмошную сестру моему отцу на блюдечке.
Она помедлила, и на её губах расцвела наглая, понимающая ухмылка:
— Чтобы всё выглядело взаправду, я закую тебя и Диану-Водичку в тяжелые блокирующие наручники КМН. Те самые, которые, как я уже успела убедиться, ты сжуешь как сухарики, едва придет время.
Диана на заднем плане испуганно пискнула. А потом подозрительно прищурилась, но промолчала.
— Мы пройдем мимо всей охраны, сквозь все пулеметные гнезда без единого выстрела, — тихо, вкрадчиво продолжала Валерия. — Нас проводят прямо в главный зал управления, к самому Медведеву. Ты окажешься в самом сердце его твердыни, свежий, полный сил и готовый к главному блюду. Без всякой предварительной мясорубки. Ну как тебе задумка, Вожак?
Я откинулся на спинку стула и во весь рот оскалился, демонстрируя острые клыки.
Троянский Волк, значит… Чрезвычайно нагло, коварно.
— А ты чертовски опасная девка, Валерия, — усмехнулся я, чувствуя, как Чёрный Желудок внутри довольно урчит в предвкушении великого пира. — Хочешь заковать Волка в кандалы КМН?
— Она сдаст вас, Яр! — дед Корней с такой силой припечатал ладонь к подлокотнику коляски, что металл жалобно звякнул. Единственный глаз старика сверлил Валерию с бешеной, застарелой злостью. — Поведет вас прямо в загон к забойщикам! Эти Медведевы — змеиное племя. Не верь ей!