Страница 20 из 176
Глава 5
Утро четверга я встретил на полу посреди комнаты. Нет, я не был пьян, не потерял сознание… Ну а что тут ещё можно предположить⁈ В общем, лежал я по одной простой причине: тело Смирнова, непривычное к физическим нагрузкам, решило, что двадцать отжиманий — это перебор. Хотя… это было понятно ещё на первых «десяти», но я хотел выжать из тела максимум.
Я лежал на полу, смотрел на потолок, где желтоватым пятном расплывался след от старой протечки, и ждал, пока пройдёт тремор в руках. Сердце колотилось так, словно я только что пробежал кросс, а не сделал жалкую разминку.
«Долго мне придётся мучиться с тобой, — обратился я как-то по-странному к самому себе. — Аль… Алексей, как тебя так угораздило запустить себя?»
В прошлой жизни я посещал тренажёрный зал три раза в неделю, у меня был личный инструктор, который следил за моим питанием и режимом. А сейчас мне достался организм, отравленный дешёвым пивом, никотином и хроническим недосыпом. Но я больше не воспринимал это тело как чужой, мешающий мне скафандр. Это был мой актив. Пусть запущенный, требующий срочной реструктуризации, но актив. И я приведу его в порядок.
К слову, у меня не было позывов к табаку. Что в моём теле, что в этом. Как будто, когда моя душа перенеслась сюда, она проигнорировала эту привычку. Помнится, был у меня один клиент, который пыхтел как паровоз и выкуривал по три пачки в день. Мне было тяжело с ним работать, и постоянно на всех встречах приходилось проветривать офис.
Занимательным фактом было то, что я порекомендовал ему одну книгу. Автора я, к сожалению, не помнил, но суть была проста: «Бросить курить легко!» Я советовал её не только «клиенту». Были и другие люди. Но, увы, из десяти бросили лишь трое, и я не раз слышал, что рекомендовал полную ерунду. Ради интереса я прочитал её и быстро отыскал логику в той книжке.
Там просто повторялась одна и та же фраза… на всех трёхстах страницах. Психосоматика? Да, пожалуй.
— Что-то меня не туда понесло, — пробубнил я, откладывая все мысли о никотине.
Я поднялся, стряхнул невидимую пыль с коленей и подошёл к чистому участку стены. Посмотрел на неё, подумал…
«Планшет бы на всю стену… А квартира-то съёмная… Ладно, поклеим новые обои!»
Взял маркер и вывел строку: «Долги».
Ниже — сами задолженности:
МФО № 1 — 45000.
МФО № 2 — 35000.
МФО № 3 — 60000.
Расписка — 10000.
Итого: 150000 рублей.
Дальше шёл мой мизерный оклад и обязательные расходы: проезд, базовая еда, мобильная связь, оплата части коммуналки… которую я, кстати, ещё должен был проверить. Оставалось не так уж и много…
Итог — крупная цифра «10» в самом низу. Что она означала? А то, что мне нужно было десять платных консультаций в месяц по полторы-две тысячи рублей каждая. Для того чтобы закрыть долги за полгода и начать дышать ровно.
Десять клиентов… казалось бы, пустяк для того, кто вёл сделки на миллионы…
Только вот я в Бутово. И эти десять человек из воздуха не появятся. Так что мне придётся самому их отыскать. Как? Хм… любопытный вопрос.
И пока я стоял и оценивал свой финансовый ликвидационный баланс, в дверь постучали. Я отложил маркер и пошёл открывать.
На пороге стояла Баба Зина — Зинаида Павловна, та самая соседка с первого этажа, что вчера приходила жаловаться на квитанции. Только вот она была не одна, а в сопровождении двух женщин того же возраста. Одна выделялась пуховым платком, а другая — клетчатым пальто, застёгнутым на все пуговицы. Зинаида Павловна держала в руках целую охапку квитанций, цветных бумажек и тетрадок.
— Лёшенька, — затараторила она, не дожидаясь приглашения и протискиваясь в коридор, — я тут Нине Николаевне рассказала, а Нина — Людмиле Фёдоровне. Они тоже с этими бумажками мучаются! Я им сказала, что у нас свой юрист, трезвый теперь, всё разберёт.
Её спутницы смотрели на меня с таким выражением лица, которое можно было описать то ли испугом, то ли недоверием. И тому была причина: думаю, репутация Лёши Смирнова в этом доме была… та ещё. Я посторонился, пропуская делегацию на кухню.
— Садитесь, — я указал на табуретки. — Зинаида Павловна, давайте ваши документы.
Я разложил квитанции на столе, и мой мозг мгновенно включил режим сканирования. Все бумаги были разные: за прошлый месяц, за позапрошлый… за декабрь. Я начал сравнивать.
— Так, Нина Николаевна, — я поднял глаза на женщину в платке, — вот смотрите, в этой квитанции за март у вас графа «Содержание жилья» стоит сто двадцать рублей. А в этой за апрель — уже двести сорок. Плюс появилась строка «Дополнительные услуги по уборке мест общего пользования» — сто пятьдесят рублей. И реквизиты получателя изменились. Раньше было ООО «УК Южное», а теперь ООО «Жилищник-Бутово».
— Да-да! — подала голос Людмила Фёдоровна. — И у меня то же самое! А в подъезде убираются раз в месяц, и то только на первом этаже. Я сама мою свой этаж!
Я продолжал изучать бумаги. Юридическое лицо сменилось, но ИНН прежней управляющей компании — той самой, которую я привлёк в качестве ответчика по делу Завьяловой, проступал в реквизитах нового ООО. Они просто создали дочернюю структуру или переоформили договор, чтобы размыть ответственность…
Любопытно… и много таких «дочерок» в обычных районах и городах?
— Тут нет актов выполненных работ, — я постучал пальцем по столу. — Ни единого. Они просто выставляют счета… и… — я задумчиво постучал себя указательным пальцем по подбородку. — Знаете, что это означает?
Женщины переглянулись, но ни одна из них не выдала какое-либо предположение.
— Это означает начисление за не оказанные услуги. Но прежде чем мы пойдём писать жалобы в жилищную инспекцию и прокуратуру, нам нужны факты.
Женщины переглянулись.
— Какие факты? — насторожилась Баба Зина.
— Во-первых, нам нужно составить акт о состоянии мест общего пользования. В том числе нужно зафиксировать, что подъезд не убирается. Для этого нужно вызвать представителя УК, а если он не придёт в течение двух дней… составить акт в одностороннем порядке с подписями минимум двух собственников. Вот вы трое и подпишете. Во-вторых, мне нужны копии всех квитанций за последний год от всех соседей, кого сможете собрать. И протоколы общих собраний собственников, если они вообще проводились.
— Но зачем? — удивилась Баба Зина. — Лёшенька, у нас времени-то…
Времени-то? Чего? Нет? Я сомневался в этом, если честно. Не хотел бы обидеть старушек и дедушек, но что ещё делать на пенсии?