Страница 153 из 176
– А меня интересует, – отрезал я. – Потому что за этими стройматериалами стоит человек, который… – я замолчал. Я чуть не сказал «который убил меня». – Который стоит за серией мошенничеств. И даже если бы меня это не интересовало: принимать или отклонять мировое за Самойлова я не уполномочен. Направьте официальные условия Когану и клиенту. А ваше неофициальное требование к гражданскому соглашению отношения не имеет.
Официант принёс устрицы. Они лежали на колотом льду, с дольками лимона. Вера взяла одну, сбрызнула лимоном и поднесла к моим губам.
– Попробуйте, – её голос стал мягким. – И давайте на пять минут забудем о стройматериалах.
«Тогда какого чёрта я здесь?»
Я на мгновение растерялся… но съел. Не сказать, что я сильно любил устрицы и прочие морепродукты, но… Смирнов‑то явно такое не ел, а вот я… ой, как же всё это запутанно!
– Вкусно? – она улыбнулась.
– Очень, – я кивнул. – Но официальную часть предложения я всё равно передам Когану и Самойлову. Без вашего неофициального условия.
– Я так и думала, – она взяла бокал вина, покрутила его в пальцах. – Алексей, вы играете по правилам, которых не понимаете. Вы столкнулись с людьми, у которых нет ограничений. Знаете, к чему это может привести?
– Я понимаю правила лучше, чем вы думаете. – Я посмотрел ей прямо в глаза. – Итак, для чего эта встреча?
Она не ответила мне на этот вопрос, но вечер перетёк в другое русло. Мы говорили… как старые друзья: о законе, о Москве, о том, как город меняется и как люди в нём выживают. Вера рассказывала о своей работе в банке, о том, как устала быть жёсткой стервой в зале суда. Я слушал её голос, который с каждым бокалом вина становился всё мягче, но сам к вину не притронулся. И то и дело смотрел на виды за окном…
Понимал, что вечер, в некотором роде, просто приятный и идеальный: красивое место, интересный собеседник. И… мне всё равно становилось не по себе. Потому что я знал – в таких «любопытных» ситуациях всегда есть подвох.
Подвоха я по‑прежнему не видел. Это раздражало. Джаз играл, вокруг звенели приборы, а Вера всё откровеннее забывала о деловой дистанции.
Салфетку можно было положить рядом с тарелкой, но она передала её мне в руку и не сразу разжала пальцы. Потом рассмеялась над довольно посредственной шуткой. Всё было понятно и без юридической экспертизы.
Она допила вино, повертела пустой бокал за ножку.
– Алексей, откуда вы такой взялись? Районная консультация, старый костюм, а разговариваете с банкирами так, будто всю жизнь ими командовали. Иногда мне кажется, что за вашей спиной сидит целый юридический департамент.
– Никакого департамента. Я обычный юрист, который однажды оказался на самом дне и решил там не задерживаться.
Вера подалась ближе. Я уловил запах её духов – сладковатый, терпкий. Слишком близко, чтобы продолжать делать вид, будто это деловой ужин.
– Вот поэтому ты и опасный, Лёша. Не только для банка. Для всех, кто привык, что люди снизу молчат.
– Я никому не объявлял войну. Просто делаю то, за что мне платят.
– Нет. За такое обычно не платят.
Вера подозвала официанта и достала карту, но счёт оплатил я. Цифры кусались, хотя разорить меня уже не могли. Мы забрали вещи и вышли к лифтам. В лифте Вера взяла меня под локоть.
– До такси проводишь?
На улице оказалось холоднее, чем я ожидал. Палантин у неё был скорее для красоты; Вера сразу втянула голову в плечи. Я снял пальто и набросил ей на спину. Она поправила воротник, будто вещь давно принадлежала ей.
Такси подкатило быстро. Я открыл заднюю дверь, однако Вера задержалась на тротуаре. Смотрела секунду, не больше. Потом взяла меня ладонями за щёки и потянулась к губам.
Я успел чуть повернуть голову, и её поцелуй пришёлся в щёку. Со стороны – случайность. На деле – ровно туда, куда я позволил.
Вера замерла на долю секунды. Поняла? Наверняка. Но ничего не сказала. Только провела пальцем по моей щеке на прощание, села в машину и захлопнула дверь.
Такси уехало, а я остался у подъезда без пальто. Стоял и смотрел не вслед машине, а на своё отражение в тёмном стекле дверей.
Тут вспомнилась Софья и её: «Я уважаю твою границу» – и тот самый кофе, который мы ещё даже не выпили.
Границу я удержал. Но позволил Вере подойти к ней слишком близко. Я чувствовал, как медовая ловушку вокруг меня сходится и рано или поздно придётся сделать выбор. И теперь оставалось понять, чем для меня станет этот вечер: точкой, запятой или многоточием…