Страница 139 из 176
– Алексей Дмитриевич! – он окликнул меня. – Я приехал посмотреть на ваш потолок. И поговорить.
Я остановился, внимательно посмотрел на него и понял: прямо сейчас лезть в бутылку просто не имело смысла.
– Поднимайтесь, – я кивнул на подъезд.
В лифте мы молчали. Он смотрел на меня сверху вниз и что‑то себе там придумывал. Когда я пропустил его в квартиру, он осмотрелся… долго и упорно что‑то строчил в своём телефоне, глядя на провисший потолок, на дыру, заклеенную скотчем.
– Признаю, неприятная картина, – он поморщился. – Но ведь вы понимаете, что мы не можем признать вину. Это скажется на репутации.
«Да что ты такое говоришь… ха!»
– Ваша репутация меня не волнует, – я говорил прямо и честно. – Меня волнует мой ремонт.
– А если мы сделаем его за свой счёт? Нам же и акт для этого не нужен! Мы можем, – он улыбался… противно так… – всё сделать без акта!
– Нет. Мне нужен официальный документ, по которому вы признаёте брак. Я снимаю квартиру, и она не моя.
– Мы можем договориться с владельцем…
– Нет! – я нахмурился. – Мне нужен, – я начал дублировать свои же слова, – официальный документ! Иначе завтра потечёт у кого‑то ещё, и вы снова скажете, что это «неправильная эксплуатация». Надо честно работать, Виктор Анатольевич. Честно!
Мужчина начал злиться…
– Вы не понимаете… если я подпишу такой акт, страховая не выплатит мне деньги! Какой мне смысл…
– Это ваши проблемы, – я перебил его. – Я дам вам ровно один день. Либо вы присылаете мне проект акта с правильной формулировкой и смету на ремонт от вашей подрядной организации, либо собственник получает от меня готовый иск, и мы идём в суд. И поверьте, я знаю, как это сделать.
Он смотрел на меня, продолжал злиться, но не смел хамить. Хотя по его лицу было видно – очень хотел! И всё же, он подумал, затем медленно кивнул и чуть ли не прошипел:
– Хорошо, но я это запомню.
– Запоминайте, – я вышел в коридор и рукой указал на дверь. – Всего доброго.
Когда он ушёл, я вызвал лифт и спустился в кофейню. Софья была там. Она стояла у окна и смотрела на уезжающий «Мерседес».
– Застройщик же? – спросила она.
– Да, – я сел за стойку. – Он взял сутки на согласование правильного акта и сметы на ремонт.
– Ты шутишь? – она выгнула бровь. – Серьёзно?
– Абсолютно.
Она улыбнулась.
– Хорошо. Сегодня вечером заходи… я… дам тебе пирог, сама испеку! В… в благодарность…
– Договорились.
И в этот момент я осознал, что все мои проблемы начали просто отступать на задний план. Да и разве это проблемы? С квартирой теперь было понятно, что делать, дело Воронина двигалось так, как было нужно мне… но самое главное, Софья… а почему именно: «самое главное»?