Страница 28 из 71
- Конечно, Леви. Теперь это лишь вопрос времени.
Боже правый, он звучал как похотливый старик.
Как нельзя более кстати.
Леви поспешил к стационарному телефону в коридоре, а Бредфорд вернулся в комнату Никки. Кровать была пуста, и свет в ванной горел.
- Никки?
Не получив ответа, он направился через комнату, примерно на полпути к двери поняв, что слышно шум льющейся воды в душе. Он на мгновение замешкался, пытаясь решить, лучше уйти сейчас или просто заглянуть и спросить, не нужно ли мальчику что-нибудь. Мучительный звук, за которым последовал тяжелый всхлип, заставил его принять решение.
- Мальчик? - Он ворвался в ванную, готовый в любой момент броситься на помощь: брови нахмурены, слух напряжен, чтобы уловить всхлипывания, доносящиеся из-за занавески душа. От густого пара стало трудно дышать, и он тут же покрылся потом.
- Никки.
Никки не ответил, он просто продолжал стонать и плакать, пока ванная комната наполнялась паром.
- Черт возьми. - Выругался он себе под нос и потянулся к душевой занавеске, одним плавным движением отдернув ее.
Мальчик повернулся к Бредфорду. Его волосы были мокрыми и лезли в глаза, плечи сгорблены и дрожали, а на лице застыло выражение полного отчаяния и сломленности. Он повернулся к Бредфорду, медленно подался вперед и зарыдал, уткнувшись ему в грудь.
- Ох. - Бредфорд обхватил Никки за шею и прижал к своему плечу. Мокрая голова мальчика и вода из душа мгновенно промочили рубашку и брюки; вода была такой горячей, что обжигала кожу. - Боже, Никки! Что ты творишь? - Он попытался дотянуться до кранов, чтобы выключить воду, но не смог. - Выходи. Давай, выходи. Живо, мальчик.
Никки послушался, выйдя из душа, и только тогда он увидел, насколько покраснела кожа мальчика. Наверняка было очень больно.
Наконец, он смог дотянуться до кранов и выключить воду, после чего снял полотенце с вешалки и завернул в него Никки. Трудно было понять, продолжает ли мальчик рыдать или его бьет дрожь от соприкосновения разгоряченной кожи с прохладным воздухом.
- Постой, мальчик. Дай мне просто… - Он на мгновение расстегнул и снял мокрую рубашку. Заодно сбросил обувь и брюки на пол. Он подошел к двери ванной и взял висевший там толстый халат, завернувшись в его мягкость со вздохом. - Так. Теперь я осмотрю твою кожу, мальчик. - Он потянулся к полотенцу, убрал его, а затем внимательно осмотрел и ощупал кожу Никки, чтобы убедиться, что мальчик не пострадал.
Никки не издал ни звука и не сопротивлялся.
- Ну, твоя кожа очень горячая на ощупь, мальчик, но, похоже, ты себе не навредил. - Бредфорд вытер волосы и ноги Никки полотенцем, стараясь сохранять сугубо деловой, отстраненный тон, чтобы не поддаться искушению и не залюбоваться гладкой, почти лишенной волос кожей с легкой россыпью веснушек и внушительным размером вялого члена Никки.
Бредфорд отвел Никки в спальню, надел на него трусы и уложил обратно в постель.
Он замер на краю кровати, сомневаясь в собственных инстинктах.
- О, ради бога. - Бредфорд покачал головой. Мальчику не обязательно было быть сабом, чтобы оценить его заботу. Он забрался в постель к Никки и обнял его.
Никки, казалось, немного пришел в себя и прижался к нему, положив голову на плечо и руку на грудь.
- Говори, мальчик.
- Прости.
- Все в порядке. Расскажи мне, что случилось - не только сейчас, мы к этому еще вернемся. Расскажи, что произошло на кресте.
Никки глубоко вздохнул, и Бредфорд почувствовал, как мальчик вздрогнул.
- Я тебе поверил.
Бредфорд медленно кивнул. Он думал, что понимает, к чему клонит Никки, но ему хотелось узнать, почему.
- Ты почувствовал себя защищенным?
Никки кивнул, прижавшись к его груди.
- Мои руки и ноги были прикованы к кресту, я не мог пошевелиться, не мог ничего сделать сам. Но ты сказал, что со мной ничего не случится, что ты позаботишься обо мне, и я просто... так сильно этого хотел. Я так сильно этого хочу.
- Чтобы кто-то другой взял на себя ответственность?
- Да.
- Чтобы кто-то позаботился о тебе. - Позаботился о твоих потребностях, помог познать себя. Дом.
- Да. Чтобы исчезли сомнения. Чтобы тревога ушла.
- Тревога.
- О том, что останусь один. О том, что никогда не найду...
- Семью. - Он не хотел вкладывать слова в уста мальчика, но он знал. Он точно знал, о чем говорит ему Никки.
- Да.
- Когда кто-то говорит тебе, что ты - свой.
О, Боже.
Никки не просто напоминал ему того юношу, каким он сам был когда-то - мальчишку из приюта, которого много лет назад спас его наставник. Никки, по сути, и был тем самым юношей.
- Да. - Никки сел и посмотрел на Бредфорда, в его сапфировых глазах читалось удивление.
- Кто-то, кому ты доверяешь.
- Я доверяю тебе.
- Спасибо, мальчик. - Внутри он ликовал. - Значит, в тот момент ты поверил, что я позабочусь о тебе, что я буду оберегать тебя.
- Я понял, что у меня нет выбора, поэтому я просто… и это было так… я почувствовал себя таким легким. Я был привязан к кресту, но чувствовал себя таким свободным. - Никки вздохнул и снова приник светлой головой к его груди. - Ты заставил меня почувствовать себя свободным.
Он был совершенно прав, и в то же время немного ошибался насчет этого мальчика. Несмотря на все свои тщательные размышления, он так и не приблизился к пониманию Никки. Крест не оказался для мальчика непосильным испытанием. Совсем нет. Напротив, он стал трамплином к более глубокому самопознанию. Никки был способен на такую покорность, суть которой только начинал постигать, и Бредфорд не мог дождаться, чтобы погрузиться в это глубже.
- А душ?
Никки покачал головой.