Страница 67 из 118
Но начальство утверждало, что всё это — сущие мелочи по сравнению с теми потоками, что вот-вот хлынут на север, в земли савроматов, сарматов, тавров и даже к дакам и гетам в междуречье Тираса и Истра
[4]
. Серьёзных войн не было уже четырнадцать лет, набегов тоже, а сытная жизнь позволяла двум детям из трёх доживать до детородного возраста. Куда-то же надо их девать⁈ Так почему не сюда?
* * *
[4]
Тирасом древние греки называли реку Днестр, а Истром — Дунай. Про частичную колонизацию берегов нынешней Кубани, Волги, Днепра и Днестра неоднократно упоминалось в предыдущих книгах цикла. Геты — фракийское племя, заселявшее в упомянутый период север Македонского царства, а также соседние земли, вплоть до берегов Дуная.
* * *
— Парни, степь только кажется бескрайней! — учил ополченцев знаменитый Йохан Длинный. — Кочевники привязаны к своему скоту, а он выедает траву и выбивает её копытами, животных нужно регулярно поить, а удобных мест не так уж и много. Стада не пройдут по лесу и оврагам, да и через реки переправиться с ними можно далеко не в любом месте. Поэтому здешние степи покрыты незримыми «дорогами», а все пастбища давно поделены. Вторжение любого племени на чужой участок тут же приведёт к кровопролитной войне, а на перекрёстках таких путей возникают постоянные поселения. Я сам ещё застал время, когда Ранхополис был всего лишь набором кибиток кочевников, окруженных деревянным частоколом. И единственная постоянным зданием здесь был храм Басту.
— А храм Попугаю, что рядом?
— А его построили в честь моего Пирата
[5]
. Я потому именно сюда с корабля и списался после ранения, что мы с попугаем тут — не чужие! — хохотнул отставной моряк. — Так вот, к чему я всё это говорил? Первое — тут полно мест, вполне подходящих для вырубки деревьев и распашки полей и огородов, но не особо нужных кочевникам. С ним можно договориться и поставить в таких местах новые сёла, деревни и даже, со временем, города. А второе, что важно для нас: незаметно совершить набег может только не особо большая группа, с которой Степной Патруль легко справится. А ваша задача, как ополченцев, поддержать их при нужде.
* * *
[5]
Эти события описаны в романе «Руса. Покоритель Вавилона».
* * *
— А если кочевники всё же решатся на большую войну? — спросил тогда Геворг.
— На этот случай я вас и учу. Скорее всего, они пойдут в набег не на горожан, а на соседние племена. Но от соблазна пограбить при этом не удержатся. И наша с вами задача — сначала отбить их, а потом — догнать и примерно наказать.
— Но их же будут многие тысячи⁈ — со страхом выкрикнул кто-то из задних рядов.
— Вы тоже не одни воевать будете! И оружие у вас намного лучше, доспех крепкий имеется, к тому же вы, в отличие от них, выучены действовать строем. Запомните, парни, крепкий строй даже тысячам диких всадников не сломать. А вот наши стрелки и пушкари знатно их проредят. И единственный ваш настоящий враг — это паника. Если сломаете строй и побежите, поубивают поодиночке. Пешему от конного не убежать, особенно — если он в доспехе.
* * *
И вот случилось всё, как Йохан предсказывал. Их войско догнало очередное племя сарматов, пришедших в эти земли с большим набегом. Ни один из городов кочевникам взять не удалось, но скота и пленников захватили немало, потому и уходили медленно.
— Парни! Повторяю, единственный ваш настоящий враг — паника. У нас с собой четыре миномёта и столько же лёгких картечниц, если эти несчастные попробуют атаковать нас плотным строем — умоются кровью! А станут налетать малыми группами — их перебьют наши стрелки. Так что стоите, держите строй, прикрываете товарищей от стрел и ждёте, когда они побегут. Что? Кто спросил «что тогда?» Подберём скот и пленников и вернём их союзным савроматам. Это — одна из наших обязанностей по договору, за это нам и дали землю под города и сёла.
Прочие обязанности включали в себя производство товаров, свободную торговлю со степняками, доступ в школы для детей вождей и услуги лекарей — для всех, кто мог их оплатить.
— Запомните! Трус умирает в каждом бою, а герои живы, пока их помнят!
Тут конная лава сорвалась и с дикими криками устремилась на их строй.
— Уахх! Уахх! Уахх! Уахх! — провыли их миномёты с интервалом в мгновение-другое. Через несколько мгновений послышались разрывы: — Бам! Бам! Бух! Бах!
— Стрелкам, приготовиться! Огонь без команды не открывать! Щитоносцы, не зевайте, сейчас стрелы полетят! — тут и там раздавались команды.
«Началось!» — подумал Жирайр, выцеливая одного из передовых всадников и стараясь успокоить предательскую дрожь в руках. — «Ничего, я справлюсь. Точнее, мы справимся! Все вместе!»
* * *
— Ополченцы и Степной Патруль примерно в шестиста стадиях к востоку от Ранхи разбили в сражении племя сарматов, отбили у них захваченных пленников и скот, господин наместник! — докладывал мне Александр. — Захвачено почти две тысячи пленных и множество лошадей. Согласно договору пятая часть выкупа за них или выручки от продажи пойдёт Нубийскому наместничеству за предоставленное оружие, пушкарей и боеприпасы. Микаэль говорит, что по этому году мы выйдем в плюс.
Останемся в прибыли? Ну и замечательно! И хватит об этом. Царь Геворг помогает нам и брату, присылая воинов и переселенцев, мы помогаем им с программой переселения, обучаем патрульных, поставляем доспехи, оружие, снаряды, мины, гранаты и патроны. Всем хорошо, а то, что это удаётся сделать без линей нагрузки на нашу казну — просто замечательно. Но ради всех здешних богов и общих предков, хватит об этом! У меня и так голова раскалывается, а времени даже на сон не хватает, не то, что на общение с семьёй.
Надо срочно налаживать работу нескольких
производственных потоков
, готовить выставку к поездке, разобраться с новым электродвигателем, придуманным нашим юным Левоном, интуитивным гением электротехники. Он отработал конструкцию, способную работать и как генератор и как двигатель постоянного тока, вот только она почему-то время от времени начинает гореть синим пламенем. Нет, это я фигурально, пламя обычное, коптящее горелым пластиком.