Спокойный Ваня 7

Глава 17

Мы втроём шли в сторону кремля. Пока капитан не улетел на своём боте, Степан крепился и не задавал вопросов. За время ожидания у костра я успел подробно рассказать, почему за мной устроили охоту, а сейчас задумался о том, как действовать дальше. Но терпение у Степана кончилось, и вопросы посыпались валом.

— Иван, может, объяснишь, до чего вы договорились с капитаном? А женщина зачем с нами идёт? Мне она не нравится.

— Не надо быть таким жадным. — Улыбнулся я. — Будут у тебя другие артефакты, много и всяких-разных. Аглая осталась в качестве заложника и потом проконтролирует, чтобы я капитана из стазиса достал. Она сама вызвалась.

— Ты же говорил, что это тебя хотели в стазис засунуть. А теперь капитан согласился. С чего вдруг?

— Потому что меня в стазис засовывать опасно. Я могу эту технику просто сломать. Капитан оказался таким же, как я. Почти. Но для помещения в стазис он подходит.

— То есть, она не улетает вместе со всеми? — Вернулся Степан к предыдущему вопросу об Аглае. — Зачем ей это? Любит капитана и не хочет оставлять одного? — Весьма странно вильнули его мысли.

— Честно говоря, её мотивы меня мало интересуют. Хочет побыть заложником — флаг ей в руки. Хочет остаться — горн в зубы и барабан на шею. Начнёт нам мешать — пустим поезд навстречу. — Вспомнил я старую поговорку про пионеров. — Как они к нам, так мы к ним.

Оглянувшись, убедился, что Аглая следует за нами. Её внимание было направлено куда-то в сторону. Проследил за взглядом женщины. Из окна первого этажа в нашу сторону смотрел мертвяк. Он был без тёплой одежды, но со шлемом на голове. Видимо, этот тот, кого раздели ради меня.

— Иван. Значит, капитан ложится в стазис, и магия исчезает. А с нами ничего не случится в этот момент?

Вопрос Степана касался напрямую небольшой кучки людей, уже получивших магические способности. Я думал об этом. Совсем недавно под действием излучения из пушки Аглаи я локально отключал магию вокруг себя и остался жив. Кровавый камень помог быстро вернуть потерянное, но все конструкты перестали работать. Думаю, если в момент отключения магии никто не будет использовать свои магические способности, то и пострадать не должен. Этим выводом я поделился со Степаном.

— А мертвяки? — Он кивнул в сторону окна. Мертвяка он тоже увидел.

— Кагье, конечно, будет недоволен. — Отмахнулся я. — Только плюсы от временного отключения магии перевешивают потерю нескольких мертвяков.

— И почему я не удивлён, что ты во всём способен найти плюсы. — Вздохнул Степан.

— Не вздыхай. Как только инопланетяне улетят, и магия вернётся, можно будет сразу возвращаться домой. — Успокоил я его. — Поэтому, чем раньше мы начнём готовиться, тем меньше здесь задержимся.

— И когда это случится?

— Капитан говорит, что магия исчезает мгновенно. Сколько времени нужно для её восстановления, он не знает. По своему опыту могу сказать, что много времени при достаточной мощности источника точно не потребуется. А то, что источник мощный, можешь мне поверить.

Пока разговаривали, дошли до стены кремля, я обернулся и протянул Аглае руку.

— Ты насквозь? — Спросил Степан.

— В обход долго, а стена не сильно толстая. Тебя провести?

— Нет. Я лучше через верх.

Прямо с места он подпрыгнул на добрых четыре метра и не останавливаясь начал подниматься. Своими когтями он крепко держался за кладку, а может, прилипал к стене, как муха. Надо будет узнать потом. Сделал я себе заметку.

Аглая, наблюдая за Степаном, тихо и при этом восхищённо матернулась.

— Идём. — Позвал я, продолжая держать вытянутую руку.

Женщина недоверчиво посмотрела на меня. Потом всё же вложила свою ладонь в мою. Подойдя к стене, я демонстративно погрузил руку в стену и жестом пригласил Аглаю сделать то же самое.

— Адский сатана! — Не удержалась Аглая, видя, как легко мутант прыгнул на стену и словно муха взобрался наверх.

Сумеречник протянул ей руку. Она сначала не поняла, зачем, но, когда он поводил рукой внутри стены, словно это была голопроекция, Аглая поняла, что сумеречник хочет сделать. Подтверждая её мысли, Иван демонстративно-глубоко задышал, вентилируя лёгкие и предлагая ей сделать то же самое.

Сквозь стену Аглая прошла не сильно напрягаясь, хотя делала так первый раз в жизни. Не попадались ей раньше добрые сумеречники. Вообще-то, она и Ивана не считала добрым. Скорее расчётливым.

Внутри огороженного периметра, к её удивлению, картина открылась ничуть не лучше, чем снаружи. Тот же снег и холод. Бетонные коробки зданий, только окна целые. Мутант стоял и следил за их появлением из стены. После стремительного броска через стену он даже не запыхался.

Что больше всего удивила Аглаю, так это запустение. Вроде и не было разрушений, как за стеной, но общее чувство заброшенности никуда не делось. Людей не видно, отсутствовали явные следы их деятельности. Лишь тропинки, протоптанные в снегу. Идеально ровные. Даже на поворотах. Люди так не ходят. Пусть они будут хоть насквозь военизированные.

Внутри здания, в которое они вошли, людей тоже было мало. Катастрофически мало для такого объекта. Ещё один мутант, но не большой, а наоборот карлик. Вполне нормальная голова взрослого человека находилась на теле ребёнка-подростка.

Вместе с ним их вышла встречать женщина. На взгляд Аглаи, она имела чересчур худой вид, словно долго заставляла себя голодать. Или долго болела. Внимательный взгляд встречающей сосредоточился не на лице Аглаи, а на её руках. Весьма необычное поведение женщины. Хотя культуры у них могут кардинально различаться, и то, что Аглае кажется необычным, здесь считается нормой.

— Стёпа, переходи в нормальное обличие и постарайся не сильно нас объедать. — Начал командовать я. — Миша, на тебе гостья. Раздеть, помыть, накормить. Короче, её надо чем-то занять, пока я буду готовиться.

— А сексом с ней заняться не надо? — Язвительно спросил карлик.

— Если сможешь её уболтать, ничего не имею против. Только она по-нашему не понимает и больно дерётся. — Улыбнулся я. Глядя на злящегося Михаила, было трудно удержаться. — Аглая. — Отвлёк я женщину от рассматривания Тинил. — Иди с ним. — Я указал на Михаила и легонько подтолкнул её в плечо. — Тинил, Кагье отрастил тебе ногу?

Я оставил гостью и подошёл Тинил. Еле удержался, чтобы не обнять. Она, видимо, прочитала порыв на моём лице и виновато улыбнулась.