Страница 88 из 104
— Ир, я все же, пожалуй, посижу оставшиеся десять дней на «Рыбке»: похоже, я на самом деле слишком сильно отвыкла от земной тяжести и тут я постоянно спать хочу. Причем что хочу, то и делаю, сплю по шестнадцать часов в сутки, а уроки когда делать? То есть я на самом деле очень рада, что в Барселоне побывала, и в следующий раз просто постараюсь заранее к тяжести подготовиться, а сейчас…
— А сейчас мы вернемся на «Рыбку» и ты героически продолжишь учебу. Мне тоже, откровенно говоря, на Земле тяжеловато показалось, а уроки — да, их-то делать обязательно надо. Тем более, что тебе Катя-то пока помогать не сможет, она на все две недели отпуск взяла. Но тут зато связь с Марсом хорошая, ты и переспросить своих учителей легко сможешь если что-то непонятным окажется.
— Да все уже понятно, сейчас у нас перед весенними каменами просто идет быстрое повторение основных тем, так что весь материал уже знакомый, а вычислитель на «Рыбке» все же помощнее, чем на школьных тренажерах.
— Это вещь, которую я никогда понять не могла: все же на планетах вычислители на несколько порядков более мощные, чем на кораблях…
— И у нас такой же, мы вообще подключены к основному информаторию Марса. Просто нас-то учат не просто какую-нибудь трассу посчитать, а головой подумать, что и как считать надо — а тут Катя в бортовой вычислитель успела столько очень интересных программ запихнуть, что теперь первое приближение вообще в реальном времени просчитывается. Но, гляжу, на кораблях вся навигационная система вообще устроена не так, как в планетных центрах навигации: там-то мы должны одновременно за всеми кораблями в своей хоне ответственности следить и одновременно сотнями их управлять, а корабельная система занимается управление только собственного корабля. И это с одной стороны гораздо проще, а с другой… я же, сидя в кресле навигатора, не знаю, как другие корабли себя поведут…
— Ну да, поэтому ты, сидя в кресле навигатора, на другие корабли и не отвлекаешься, и даже за своим не следишь: его Центр управления в зоне ответственности ведет. А твоя работа начинается, когда корабль эту зону покидает — но там других кораблей и нет почти. Ну, за весь полет встретишься ты с парочкой в лучшем случае, но тогда бортовые системы сами смогут договориться меж собой о взаимных маневрах…
— Ну… да. Слушай, а пока тут экипажа нет, можно я немного в рубке потренируюсь? Запущу завтра режим эмуляции какого-нибудь рейса, глазами посмотрю, как навигационные систему в пространстве друг с другом…
— Завтра… завтра с утра мне будут сдавать энергостанции, так что после обеда, в четырнадцать ноль ноль по бортовому времени жду тебя в рубке. А сегодня…
— А сегодня не выйдет: я же не имею права тебя одну в рубке оставлять при включенном пульте, а нам через полчаса привозят нижегородский медавтомат какой-то, его Вера очень просила.
— А чего она сама его не принимает?
— Вера, в отличие от тебя, не пять лет, а четырнадцать дома не была.
— Извини, это я так, просто спросила. Значит завтра в четырнадцать? Но все же жалко, что я не успела привыкнуть к земной тяжести…
— А что тебе медицина наша сказала?
— Если честно, они сказали, что я вообще дура… то есть это в нашем медцентре сказали, а Барселоне. Оказывается, есть специальная программа адаптации, она на три месяца рассчитала, и вот после нее даже пилоты танкеров после полугодовых рейсов полностью восстанавливаются.
— Но ты-то не в невесомости… в смысле, не при метре в секунду… но да, у нас-то как рас в самый период роста организмов… Ладно, я тогда в следующем году тебя заранее предупрежу и ты подготовиться успеешь.
— И где?
— У вас на «Ромашке»: там есть центрифуга с ускорением до одного g. Шестиуровневая, по метру в секунду на этаже, так что если мы тебе снова дистанционное устроим, то как раз подготовиться успеешь.
— Ну… а тебе разрешат еще один рейс к Земле через год?
— Не разрешат, а прикажут: у нас-то энергостанции новые, осмотр и дефектоскопия через год эксплуатации в обязательном порядке. И через два года, а я постараюсь и для других девчонок такие же каникулы организовать.
— Оставь надежду! Это я тебе как навигатор говорю: через год даже на такой трассе «Рыбка» до Земли будет минимум недели три ползти, нам же придется вообще мимо Солнца. А во-вторых, как недоделанный диспетчер наземного центра сообщаю: рейсы с пассажирами вне утвержденных трасс запрещены категорически, а ты не сможешь толпу девчонок в экипаж включить.
— Жалко…
— Сама знаешь, где это жалко и у кого… Все, у тебя уже время гостей встречать, не буду отвлекать…
Восемнадцатого мая в два часа Нурия «под руководством» Иры принялась осваивать бортовую систему навигации.
— Так, то есть на корабле все системы сделаны так же, как и в планетарных центрах… понятно. А программы расчета расхода рабочего тела… ага, понятно. Так, я почти готова, осталось разобраться с тем, как корабли при встрече…
— Посмотри инструкцию, Катя говорила, что информаторий корабельный их очень хорошо находит, сразу тебе нужные пункты выдаст.
— Действительно, все просто, эдак я при случае на самом деле смогу в навигаторы Флота податься. Надо будет, когда на Марс вернемся, заявку подать: а вдруг я и по здоровью пройду?
— Как это «вдруг»? Ты что, тесты на сертификаты не проходила?
— Это у вас в Империи все такие тесты проходят, а у нас в Союзе все просто: кто хочет — подает заявку и проходит все проверки, а кто не хочет — сидит и занимается чем угодно. Я раньше не хотела, а теперь… ты знаешь, мне на «Рыбке» понравилось! Вот закончу школу, не нужно будет мне все время на уроки тратить…
— Ага, но учти: экипажи на кораблях просто со скуки дохнут и сами постоянно всякое изучают. Вон, Валентина, почти прошла курсы корабельного медика, навигацию неплохо изучила, приступила к изучению программирования бортовых ремонтных роботов — а все от того, что даже на танкерах им почти ничего делать не нужно. Ты кресло Валентинино видела?
— Ну да, а при чем тут оно?
— А при том, что их делает со скуки один из операторов танкерного флота. Он их вообще вручную полностью. Делает, буквально ножиком из куска дерева вырезает!
— Ну… а я тоже еще что-нибудь учить буду. Или ты думаешь, что в центре навигации народ с утра до ночи веселится?