Страница 26 из 58
Глава 14. Спокойной ночи
Глава 14. Спокойной ночи
Как-то вечером, когда я уже собираюсь ложиться, в спальню заходит Димка. Я удивлённо смотрю на него. И на подушку в его руках.
- Разговор есть, - говорит он.
- А подушка тебе зачем? – уточняю.
Он смотрит на место сбоку от меня, которое пустует вот уже вторую неделю.
- Ну… думал, а вдруг?
Я машу головой и демонстративно взбиваю свою подушку, уложив её аккурат посередине.
Димка подходит и садится на край кровати:
- Слушай, Ань! Я в общем… Короче, я записался к сексологу. Ну, это такой врач, который занимается расстройствами сексуального поведения. И всякими там проблемами интимной сферы.
Я одобряю:
- Молодец, так держать!
Но это не то, о чём он хотел рассказать, очевидно.
Димка, глядя на пододеяльник, где в стиле жаккард вышиты розы, добавляет немного стыдливо:
- А ты не могла бы пойти со мной?
Я усмехаюсь:
- Ты боишься один?
Он, сдерживая раздражение, закрывает глаза. Кадык ходит по шее вверх-вниз.
- Не бойся, Димочка, это не больно, - продолжаю стебаться, - Дядя доктор просто оценит твоё состояние по пятибалльной шкале. Где «один» - абсолютно нормальный, а «пять» - абсолютный извращенец. Интересно, каким будет твой результат?
Я задумчиво поднимаю глаза к потолку.
Слышу, как муж выдыхает:
- Ань! Прекрати.
Я опускаю глаза на него. Он взбешён. Но мучительно держит в себе это бешенство.
- Там просто нужно вдвоём с партнёром прийти, чтобы результат был достоверным, и лечение действенным.
- Да что ты? – удивляюсь притворно, - Ну, тогда позвони Людмиле. Она же твой партнёр, а не я.
Я принимаюсь разглаживать простынь и готовить себе лежбище. Всячески давая понять ему, что разговор закончен. Но это для меня он закончен. А для Димки нет…
- Я хотя бы что-то делаю, а что делаешь ты? – слышу.
И замираю:
- В смысле, что я делаю?
- В прямом, - цедит он, - Я хочу сохранить семью, сохранить наш брак. И я над этим работаю!
- Так усердно, - вздыхаю, всплеснув руками, - Уже целый год. Не устал?
Он сглатывает и вновь закрывает глаза. Хоть бы разок выплеснул свой гнев. Даже любопытно, увидеть мужа в гневе.
- Ты только издеваешься, и даже не пытаешься понять, - произносит с нажимом, - Ты разрушаешь всё своими руками, Аня!
- Я?! – недоумённо смотрю на него, - Это я разрушаю?
- А что ты, по-твоему, делаешь, если не разрушаешь? – входит он в раж, - Ты ссоришься с детьми, ты увольняешь Людмилу, ты напиваешься с каким-то отрепьем…
- Они не отрепье! Они нормальные люди! Не то, что ты, с лицом интеллигента, а в душе с гнильцой! – прерываю его на полуслове.
Почему-то обидно за Пашу и его друзей. Да, возможно, они не ездят на крутых джипах, и у них нет таких шикарных домов. Но это не делает их плохими людьми, недостойными, как минимум, уважения.
- Ты всё назло мне делаешь, - цедит Димка сквозь зубы, - Всё! Мне! Назло!
- Да кто ты такой, чтобы я на тебя злилась? – говорю я и злюсь.
- Я твой муж! – вырывается криком.
- Муж! – усмехаюсь, - Который спит с домработницей! И прикрывает свою измену длиной в целый год каким-то там расстройством…
Я не замечаю… Мы оба не замечаем, как переходим на крик. Позабыв обо всём. В том числе, и о детях. А дети здесь, на втором этаже. И если малыши уже спят, то старший сын обычно так рано не засыпает…
- Максим? – шепчу я одними губами. Прочитав по губам, Димка тоже поворачивает лицо к двери.
Там Макс, застывший в проёме. В свободных домашних штанах и без майки. Он, приоткрыв рот, смотрит, то на меня, то на папу.
- А ты… по-чему не спишь? – глупо хмыкаю я, в тщетной попытке стереть всё, что было озвучено.
Максим сглатывает и проводит рукой по животу, как будто у него там спазм какой-то:
- Зашёл пожелать спокойной ночи.
Я смотрю на мужа. Мой взгляд умоляет: «Скажи что-нибудь».
- Макс, - произносит он, - Всё, что ты слышал сейчас…
- Я ничего не слышал, - настойчиво говорит Максим.
Но ведь слышал! Он, наверняка, слышал всё? По глазам вижу…
- Максиш, - начинаю, пытаюсь подняться с кровати. Запуталась в пододеяльнике.
Макс хмыкает и опускает глаза:
- Спокойной ночи, - бросает он и уходит.
Я опускаю лицо в ладони.
- Довольна? – слышу Димкино.
- Что? – шепчу еле слышно.
И, когда поднимаю глаза, то он уже встал и, в обнимку с подушкой, выходит в открытые двери.