Страница 19 из 75
- Это всё, что тебе интересно узнать обо мне? - произносит с какой-то обидой.
- Нет, не всё, - отвечаю. Хотя, честно признаться, не слишком желаю вникать в перипетии её личной жизни. Наверняка, у неё тоже всё не так просто, как кажется? У всех есть свои предыстории, драмы и трудности. Мне бы со своими хоть как-нибудь разобраться, не то, что в чужие вникать. А придётся...
- Давай сядем в машину? А не то ты простудишься! - говорю я начальственным тоном.
Ника, хмыкнув кокетливо, соглашается сесть. Уже в тёплом салоне, слегка прогрев его и вытравив влагу, которая вынуждает стекло запотеть, я задаю свой вопрос:
- Сколько лет твоему сыну?
- В прошлом году 18 исполнилось. Я родила в 22, - не стесняется Ника.
Она разомлела, и даже пальто расстегнула. Ремень не стала пристёгивать. Хотя я аккуратно вожу.
- А сколько лет с мужем в разводе? - продолжаю невольный допрос. Ведь не о погоде же разговаривать. После моих собственных откровений...
Она отвечает с усмешкой:
- Семь лет.
Я задумчиво хмурюсь:
- Одиннадцать лет, трудный возраст у парня.
- Справлялась сама! - не без гордости делится Ника, - Наверно, поэтому стала такая.
- Какая? - бросаю я взгляд на неё, удивляясь тому, как сегодня она удивительным образом преобразилась.
- Как в пословице, Марк, - отвечает уже без улыбки, - Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик!
- Нууу, - тяну я с усмешкой, - Это не про тебя! Для этой пословицы ты слишком женственна.
«Чёрт возьми», - осаждаю себя. Только поздно! Комплимент уже лёг, да так лёг, что щёки у Ники зарделись румянцем. А не слишком ли много я себе позволяю на первом свидании? Руки греть, комплименты транслировать? Делиться стихами и чувствами. Хотя... А свидание это? Ведь я же сам обозначил ещё накануне, что — нет. А теперь...
До её дома мы катим под музыку. На улице медленно падает снег. А по радио песня, как раз о любви...
- Я вижу небо - в нём тишина. Я поднимаюсь к небу, еле дыша, И вдруг понимаю - это во мне душа. Странное дело - это моя душа,
- поёт «Авторадио» голосом Александра Иванова.
Когда подвожу её к дому, то Ника не спешит выходить. Она откинулась на сидении, уже не жалея причёску. Фурор произведён, теперь можно и расслабиться! Я представляю, как она входит в дом, открывает квартиру. Сын, наверное, где-то гуляет. С девушкой? Может быть, спит.
Как снимает красивое платье. Затем макияж. Облачаясь во что-то домашнее. Ставит чайник на газ. А в голове продолжает играть эта тихая музыка. И наш вечер, наверное, будет разобран на кадры, и каждый из них досконально изучен придирчивым женским глазом. И что она скажет? Какой вердикт будет вынесен ею? Что он удался. Вот и всё.
- Поднимешься? - вдруг произносит она.
И рука, промелькнув между кресел, неожиданно приземляется прямо ко мне на колено.
- А... твой сын? - я теряюсь, начав не с того.
Она усмехается:
- Он сегодня ночует у друга.
«Подготовилась», - думаю я. И, как в театре, беру её за руку. Только затем, чтобы убрать...
- Ник, мы работаем вместе. Я твой начальник. Наверное, это неправильно.
Я не могу отказать ей, ответив конкретное «нет», и потому подбираю слова, отговорки. И выгляжу, верно, как полный дурак?
- Неправильно, это когда два свободных и взрослых человека проводят ночь в одиночестве, - заключает она, но ладонь убирает. Сама убирает. Надевает перчатки. С улыбкой. Печальной.
Мне стыдно! Сам не знаю, почему. Но, чувствую, что я обидел её этим верным отказом.
- Спасибо за вечер, - Ника смотрит на меня вопросительно.
Я улыбаюсь. «Не вздумай касаться губами», - велю себе мысленно.
- Мне тоже понравилось, - вырывается вместо пожалуйста. Как в извинение за то, что на большее я не гожусь.
Вероника уходит, осторожно хлопнув дверцей машины. А я ещё какое-то время сижу. Пока лобовое стекло не засыпало снегом. Затем лишь включаю дворники и отправляюсь домой.
(В тексте использованы стихотворения автора).