Страница 125 из 184
Глава 10
Юниль Вагни
Интересно, сейчас утро нового дня или уже, собственно, сам день? Я лежала на подушках и пыталась собрать разбегающиеся мысли в кучу и выстроить их по порядку. Память подсовывала события вчерашнего дня.
Я ещё и первого истинного не переварила, а тут ещё один обожатель на мою бедную голову.
Нет, ладно один, но два — это уже как-то неприлично.
Поморщившись, зыркнула в сторону двери, ведущей на террасу. Именно оттуда являлось его высочайшее драконье величество.
Являлось без стука и предупреждения.
Голова не болела, и очень уж хотелось ополоснуться, но сделать это так, чтобы у меня вдруг свидетель не обозначился или, ещё хуже, помощник.
Кому же я так хорошо сделала, что боги меня таким истинным осчастливили?
Император! И попробуй такому откажи. И за нос не поводишь.
Цыкнув, села и, откинув одеяло, свесила ноги с кровати.
Нужно осмотреться. Я же в Драгонесте никогда не была. Отец всё обещал свозить, да никак.
Встав, я неспешно, чуть шатаясь, отправилась к балкону. Открыла дверь и вышла. Лёгкий ветерок вмиг забрался под подол платья, лаская кожу. Взявшись за перила, осмотрелась. И правда, огромный замок. Вокруг — высокая стена, башни. Снизу мельтешат люди. Сад. Аромат цветов такой пьянящий, сладкий.
Птицы поют.
Моё внимание привлёк лёгкий шум. Обернувшись, я сообразила, что здесь действительно вторая дверь.
Стало любопытно, кто это там так громыхает в соседней спальне. Подкравшись, прижалась к стене и слегка потянула дверь на себя, чтобы появилась щель.
Кровать просто неприлично огромных размеров — это первое, что предстало взору.
Шаги. Я затаила дыхание. Он вышел откуда-то со стороны. В горле ком встал.
Одни подштанники и более ничего.
Моргнув, смекнула, что подо мной тёмная дымка расползается.
Встрепенувшись, быстро взяла магию под контроль.
Вот это тело! Сплошные мускулы, а когда в одежде, совершенно не кажется мощным. Но, боги, спасите мою невинную фантазию!
И это вот мой истинный? И я ему «да» не сказала?
Как это я так?
Льюис остановился и размял плечи, поигрывая мускулами. Мой взгляд скользил по его торсу, подмечая красивые изгибы, и, наконец, замер на его животе. Две полоски по бокам, уходящие под пояс его подштанников, заинтриговали. А ещё эта дорожка тёмно-рыжих волосков от пупка и ниже...
Вроде шатен же... а...
Моргнула и залилась краской.
Что я вообще, болезненная, делаю?
Мне что, той веткой не только память, а ещё и стыд отбило? Похоже, что ещё и наглухо.
Мысленно дав себе подзатыльник, я попятилась в сторону своей двери. Проскользнула в комнату и — на кровать с ногами.
Сижу на одеяле вся такая правильная, ничего не видела и не знаю.
И вообще, ни о каких императорах не думаю. Вот ни разу, нисколечко.
А фантазия так и подсовывает мне образы увиденного.
Выдохнув, растерла лицо ладонями, прижав пальцы к вискам. Любая попытка хоть что-то вспомнить вызывала глухую боль.
Поднявшись, я всё же отправилась в купальню.
...Набрав в таз тёплой воды, я спустила платье на талию и принялась обмывать плечи и грудь мягкой ветошью. Она приятно скользила по намыленной коже, принося приятное чувство чистоты.
Взглянув на подол, сообразила, что изрядно его промочила. Хотя да какая разница...
— Юниль, мы ведь вроде договорились, что тебе становится чуточку легче, и я готовлю тебе купель. К чему вот это всё?
Не ожидая такого подвоха, я взвизгнула и мгновенно дёрнула платье на грудь. Обернулась, готовая в пепел обратить наглеца.
— Пошёл вон! — зашипела на него. — Да какое право ты имеешь врываться сюда! Да хоть четырежды истинный, я тебе дозволение давала?
Маленькую комнатку наполняла моя тьма, всколыхнувшись, она обратилась огромным питоном. Приподняв голову, он высунул раздвоенный язык, ища свою жертву.
— Во-первых, — Льюис спокойно поднял руку и выставил указательный палец, — это моя купальня; во-вторых, — он разогнул ещё один палец, — я понятия не имел, что ты здесь. Думал, что спишь. В-третьих, — ещё один палец, — я не имею привычки подглядывать, зашёл, увидел и обозначил своё присутствие. Я как бы тоже не в официальной форме одежды.
Он развёл руки, демонстрируя себя.
Открыв рот, я снова потеряла дар речи.
На нём теперь и подштанников не было, только полотенце, обёрнутое вокруг бёдер.
Выпрямившись, я хлопнула ресничками и, придерживая платье одной рукой, другой указала на него:
— Хочу комнату подальше отсюда, — выдавила из себя.
— Ага, даже мыши подпольные в этом замке знают, что ты моя истинная и моё единственное уязвимое место, а я отправлю тебя в дальнее крыло, дабы твои щёчки не краснели.
— Я никогда не краснею, — процедила, чувствуя, что никуда меня не отпустят.
— Правда? — он картинно удивился и пошёл на меня.
Не зная, куда себя деть, таращилась на это полотенце и полоску рыжих волосков над ним.
— Юниль, ты, конечно, отчаянная ведьма, но всё же невинная. И да, — он склонился и шепнул мне на ушко, словно великую тайну раскрывая, — ты красная, как варёный рак. Щёки, уши, шея и... — его пальцы коснулись ложбинки между грудью, — и здесь тоже...
— Да как ты смеешь! — прошипела, чувствуя, что моя упитанная магическая змейка оплетает его ноги, только вот непонятно, то ли чтобы задушить, а то ли ластиться, мерзавка такая.
— Смею, — он провёл губами по моей шее. — Я много чего смею, Юниль. И да, мерзавец, не отрицаю. Наглый, да... есть такое, но только с тобой. Могу себе позволить.
И снова лёгкие поцелуи на моей коже.
Втянув воздух через нос, схватила его свободной рукой за плечо, чтобы оттолкнуть, и тут же оказалась в плену мужских объятий.
— Нужно только попросить, Юниль, и я дам тебе всё. Полную купель тёплой, приятной воды — легко. Новый гардероб — уже сделано. Прогулка — только пальчиком укажи, куда вести.
— А с чего вы, ваше наглейшее драконище, решили, что мне что-то от вас нужно? — я высокомерно задрала подбородок.
— А с того, что между нами связь.
— Нет, я ведьма...
— Тем хуже для тебя, прелесть моя тёмная. Хочешь, расскажу, что чувствую к тебе? Какие сны меня посещают с твоим участием? М-м-м? Если я открою рот, то ты покраснеешь вся от макушки до кончиков мизинчиков на твоих нежных ножках.
— Оставь это при себе, — я дёрнулась и выскользнула из его объятий.
Отошла в сторону и, развернувшись, позорно сбежала.