Страница 37 из 74
Глаза мистера Харрисон скользнули по моему лицу, и прежде, чем подняться, он приник к моим губам в коротком поцелуе. У меня перехватило дыхание от неожиданности. И я не могла понять, чего во мне сейчас больше – смущения от его неожиданного проявления своей симпатии или возмущения от наглости. До этого момента я не замечала у него ко мне особого романтического интереса. Я точно его зацепила своими колкими ответами, но почему-то я не допускала мысли что правда могу ему понравиться как девушка.
- А вы своего не упустите, - бормотала я, поправляя пальто и отряхиваясь от снега, когда этот наглец помог мне встать.
- Вы такая хорошенькая, когда злитесь, - с улыбкой сказал мистер Харрисон.
Я приложила холодные руки к пылающим щекам.
- Объясните мне лучше, как отсюда спуститься, - потребовала я.
- Сначала мы потренируемся на учебном склоне, а то мне будет неловко вернуть вас бабушке со сломанной ногой, - сказал мистер Харрисон, поднимая лыжные палки.
Я вздохнула, возвращая себе самообладание, и приготовилась слушать. Правда посмотреть в глаза мистеру Харрисону я смогла не сразу.
Он терпеливо показывал мне правильные движения и радостно хвалил, когда я перестала падать и смогла съехать с учебного склона. Мистер Харрисон остановился рядом со мной. Сейчас он не смотрел со своей обычной снисходительностью и насмешкой. Казалось, что свежий воздух и ветер в лицо сдули с него все наносное. Он был таким живым, растрепанным и раскрасневшимся. Глаза заблестели, усмешка превратилась в искреннюю улыбку, а в движениях исчезла ленца и некоторая резкость. Он уверенно скользил рядом, терпеливо поправлял и подавал руку, помогая встать.
- Теперь можно попробовать и со взрослого склона, - сказал с предвкушением, а затем помог мне снять лыжи, чтобы подняться обратно, - Вам пошло на пользу время на свежем воздухе, - заметил он, закидывая на плечо две пары лыж.
- Вам тоже, - ответила я, - Погреться бы только.
Да, сейчас я себя чувствовала легко и так живо, замерзла правда немного. Юбка намокла и стала тяжелой, про тонкие колготки и говорить нечего. В выданные инструктором ботинки попал снег.
- Для этого надо спуститься к главному зданию, - хитро посмотрел на меня мистер Харрисон, - Не забоитесь основного склона?
- Может и забоюсь, - не стала лукавить я.
- Он плавный, - сказал мистер Харрисон, - Съезжайте постепенно поворотами, как я вас учил. Если по прямой не поедете, все будет нормально.
Вышло немного не так, как должно было. При виде большого склона я снова заволновалась. И на нескольких первых поворотах падала в снег, чтобы притормозить. Мистер Харрисон уже спустился и ждал меня. А я не торопилась. Хотя, когда осталась половина склона, у меня получилось съехать без нареканий.
- Отлично, - похвалил меня мистер Харрисон, - Пойдем, погреемся и еще по разочку.
Я, донельзя довольная своими успехами, напряглась. Я устала и новым испытания была уже совершенно не готова. Мистер Харрисон, заметив мое выражение лица, рассмеялся.
- Ладно, оставим это на следующий раз, - сказал он, подставляя мне локоть.
Я ухватилась за предложенную руку и неспешно пошла рядом.
- Я для вас не самая подходящая компания для подобных развлечений – ни должной физической подготовки, ни умений, - заметила я, - Наверняка вам было скучно.
- Это не то, к чему я привык, - признался мистер Харрисон, - Но учить вас тоже было приятно. И я думаю, что такое свидание больше подойдет нам, чем простая встреча в ресторане.
- Почему? – удивилась я.
- Я увидел вас настоящей, - улыбался мистер Харрисон, причем в его взгляде явственно читалось восхищение, - И у вас волосы немного вьются, это очаровательно.
Я немного сбилась с шага от неожиданных слов. Мельком посмотрела на свое отражение в окне здания, мисо которого мы проходили. Бабушкина укладка растрепалась, волосы на концах завились, но в целом это и правда выглядело неплохо, хотя провести по ним зачарованной расческой было бы не лишним.
Хотя было что-то забавное в том, чтобы услышать про меня «волосы немного вьются». Мы сдали лыжи, и я обула свои выстуженные сапожки. И сразу замерзла.
- А я подумала, что это такой хитроумный план, чтобы побольше узнать об интересующем вас артефакте, - сказала я, когда мы подходили к столовой.
Мистер Харрисон с улыбкой кивнул.
- Он и правда очень интересен. И вы не представляете сколько жизней могли бы спасти такие артефакты! – сказал он горячо.
- Вы не понимаете, о чем говорите, - сухо ответила я.
Мистер Харрисон остановился и взял меня за руки. Его ладони казались такими горячими.
- Не злитесь, - сказал он и поднес мои руки к губам, согревая дыханием, - Я вас позвал сюда, потому то хотел узнать вас получше. Дело не артефакте.
Я смутилась, но слова мои звучали твердо:
- Тогда больше не спрашивайте о нем.