Страница 19 из 84
Она на секунду будто не верит своим ушам. Брови взлетают вверх, глаза округляются. Она явно ожидала, что я сейчас начну её успокаивать, уговаривать, извиняться за то, что не поддержал. А я не извиняюсь.
– Ты при всех меня… – она запинается, ищет слово попроще, но не находит. – Ты меня выставил…
Я бросаю быстрый взгляд на неё.
– Я тебя не выставлял, – говорю ровно. – Я тебя вывел. Потому что мне не десять лет, и я сам вполне могу урегулировать любые вопросы.
Ксюша поджимает губы, напрягается и картинно отворачивается к окну. Вся такая обиженная и красивая, как умеют только женщины, привыкшие, что за ними сейчас начнут бегать и вымаливать прощение.
Но мне на её капризы сейчас глубоко плевать.
И не потому, что я сухарь, а просто все мысли забиты другим.
Самое паршивое, что мне до дикости захотелось перед Томой оправдаться. А оправдание — это очень плохое решение.
Я ведь реально надеялся, что больше никогда её не увижу. И дело вовсе не в том, что мне пофиг. Равнодушие — это когда смотришь на человека и чувствуешь пустоту, когда внутри вообще ничего не ёкает.
А у меня ёкнуло так, что я забыл обо всём на свете. И это, блин, и есть ответ. Мне не плевать. Как бы я ни корчил из себя невозмутимого, внутри всё кипит, и от этого накрывает бешеная злость. В первую очередь на самого себя.
Ведь я столько лет строил эту бетонную стену внутри, убеждал себя, что веду себя правильно. Что выбрал единственный способ не сломать ей жизнь рядом с собой. Стал для неё чудовищем, чтобы она ушла, возненавидела и наконец перестала ждать...