Страница 52 из 55
Стас обвел всех немигающим взглядом, а, увидев Алину, сгримасничал.
— Пошли домой, — спокойным, но жестким голосом приказал он.
Даже с отцом не поздоровался. Злится, наверное, что тот скрыл факт нахождения Алины.
Сестра молчала, и я ответила за нее.
— Она не пойдет.
Стас даже голову в мою сторону не повернул.
— Ты ее адвокат?
— Я ее сестра.
— В таком случае не вмешивайся в семейные разборки.
Он сделал шаг навстречу. Сергей инстинктивно тоже подался вперед.
— Только не говори, что снова спуталась с этим неудачником? — Стас усмехнулся, глядя на свою жену как на пустое место. — Хотя, я не удивлюсь. У тебя всегда был дешевый вкус.
— Я не поеду к тебе домой, — неуверенным голосом проговорила Алина.
— Это не обсуждается, — резко оборвал ее Стас.
— Алина никуда не поедет, — в голосе Сергея звучал металл.
— Думаешь, сможешь мне помешать? — хмыкнул Стас. — Алина пока еще моя жена, с ней наш общий ребенок, который должен жить дома и посещать занятия, за которые я, между прочим, выложил кучу денег.
— Сейчас лето. Ребенок должен отдыхать во время каникул, — возмутилась я.
— Ребенок должен совершенствовать свои знания независимо от времени года. Верно говорю? — Стас посмотрел на моего отца.
— Перегружать организм занятиями тоже вредно, — не согласился отец, и я возликовала.
Сейчас как никогда я была горда за его твердость. Не представляю, что бы мы сейчас делали без его поддержки.
— Я забираю Алину, — повторил Стас теперь уже отцу.
— Алина останется здесь! — папа сегодня был великолепен.
Стас удивленно вскинул брови.
— Я видел на ее теле следы побоев. После такого я обязан вмешаться.
Стас занервничал. Он влиятельный человек, но и мой отец не простой обыватель. На такого как Сергей можно легко надавить, но на Ростовцева не надавишь. Нужны веские аргументы, чтобы увезти Алину из родительского дома.
— Тогда я заберу Артема, — Стас кивнул своей охране, и они двинулись вперед.
— Артема ты тоже не заберешь, — спокойным голосом продолжил мой отец.
— Это еще почему? Он мой сын.
— Он не твой сын.
— В смысле не мой? — Алинкин муж начал заводиться. — Хочешь сказать, что эта сучка нагуляла мальца, когда я сутками вкалывал на работе?
— Выбирай выражения. Алина моя дочь и я не позволю так о ней отзываться. А что Артем не твой сын имеется экспертиза ДНК, с результатами которой ты легко можешь ознакомиться, открыв сейф в комнате дочери в вашем доме.
Стас заскрежетал зубами, но знак остановиться охране не подал.
— Я все понял, — он бешеным взглядом посмотрел на Алину. — Выйдя за меня замуж ты продолжала крутить шашни со своим босяком. Мне докладывали, что он крутился рядом, но я не придавал этому значения. А зря. Я, конечно, тебя уважаю, — Стас повернулся к моему отцу, — но сейчас я заберу Алину и сына. И ты не сможешь мне помешать.
Отец, конечно, не позволил. Стас бесился, грозил судом, но он был на чужой территории. Отозвав своих амбалов, он удалился, но вернулся позже, когда мы уже думали, что страсти улеглись.
Артем успокоился благодаря заботе моей матери, Алину поддерживали двое: отец и Сергей. Напряженная обстановка помогла этим троим найти точки соприкосновения. Матвей нашелся, и мы опять продолжили прерванный разговор о предстоящей свадьбе.
— Не думаю, что Ростовцев будет против, — прошептал он мне на ушко, — гляди как дочерью и потенциальным зятем воркует.
И на фоне этой идиллии вдруг раздался звонок в дверь.
— Петров Станислав, — доложила горничная.
Отцу ничего не оставалось, как распорядится открыть дверь.
Стас сейчас выглядел более собранным и уверенным в себе. В дорогущем костюме, волосы гладко прилизаны назад. Чем не глава бандитского клана. Отец говорил, что Петровы давно отошли от нечистоплотных дел, но я была уверена, что это далеко не так.
Вслед за ним вошли двое уже других охранников. Остальные уверена. Остались на улице.
— Со мной десяток моих лучших парней, так что лучше мне не мешать, — сходу предупредил он, подтвердив мои опасения. — Собирайся! — рявкнул на Алину, и сестра побледнела. Уцепилась в локоть Сергея, но с места не сдвинулась. — Значит, будет по-плохому, — предупредил Стас.
— Не волнуйся, — отец погладил Алину по плечу, — он тебя не заберет.
— Еще как заберу! Я ведь могу и силу применить, просто из уважения к хозяину дома соблюдаю приличия.
Не знаю, сколько в доме охраны, но думаю, не меньше десятка. Поэтому отец так спокоен и расслаблен. Но это только внешне. Мне ли не знать, какой отец бывает в гневе, особенно, когда страдает кто-то из членов его семьи.
Приказав нам с сестрой, Артемом и матерью идти наверх, отец с мужчинами остался внизу. Мы пробовали возразить, но отец так рявкнул, что мы бегом вбежали по лестнице. Заперлись у родителей в комнате и выглянули в окно.
Людей Петрова и правда было много. Даже больше десяти. Из окна была видна одна сторона двора и немного угол дома, где тоже были люди Петрова.
— Мам, все будет хорошо? — Артем прижался к Алине и вздохнул. — Папа такой злой. Почему он ругается? Мы ведь просто гостим у бабушки с дедушкой.
— Все будет хорошо, обещаю, — сестра погладила сына по голове. — Папа просто расстроен, что мы не поехали с ним.
— Мы ведь не поедем? — с надеждой в голосе спросил Артем.
У меня от жалости сжалось сердце. Ребенок не хочет ехать домой со Стасом, значит знает, какой он. Представляю, как тяжело все это время им обоим жилось в золотой клетке.
— Не поедем, — вымученно улыбнулась Алина и с тревогой посмотрела на меня.
Нам ничего не оставалось делать, как ждать. Спуститься вниз мы не могли, а время тянулось мучительно долго. Пятнадцать минут казались вечностью.
Только бы все было хорошо!
Мы заламывали руки и нервничали. Когда мы снова выглянули в окно, охраны Петрова уже не было. Значит они все в доме. Мы ждали, что в любой момент на лестнице могут появиться шаги, и это будут шаги не наших мужчин.
В доме прекрасная шумоизоляция. Внизу могло случится что угодно, мы бы наверху не услышали. Спустя еще четверть часа на лестнице действительно послышались шаги. Мы замерли, боясь издать хоть звук.
Неизвестный открывал двери поочередно, значит, это точно человек Стаса. Когда дошла очередь комнаты матери, дверь дернули, и она не поддалась. В дверь негромко постучали. Мы испуганно дернулись. Артем прижался к матери и зажмурил глаза.