Страница 29 из 55
— А мы не за едой, — Матвей жадно целует меня и просит подождать, а спустя полчаса возвращается с полным пакетом. Интересно, что он набрал? Григорьев убирает покупки в багажник и снова садится за руль. — Теперь можно и на природу, — загадочно заявляет он.
В центре парков хоть отбавляй, но повсюду камеры, поэтому мы выезжаем за город. Сворачиваем с трассы на грунтовую дорогу, машину начинает потряхивать. Меня тоже трясет от раздирающего любопытства. Никогда здесь не была, но тем интересней наша поездка.
В городе всегда светло от неоновых огней, но здесь, вдалеке от цивилизации, настоящая темень. Матвей останавливается посреди поля и выключает свет. Впереди чернеет лес, на небе миллиарды мерцающих точек. Я раскидываю руки, смотрю вверх и громко кричу от радости.
Природа наполнена не гулом машин и человеческой речью, а стрекотом кузнечиков и цикад. Вдыхаю воздух, напоенный ароматом пряных трав, и дурею от ощущения свободы.
— Прошу, — Матвей тянет меня на расстеленный на траве плед. Не за ним ли он забегал в магазин?
— Какой ты предупредительный! — восхищаюсь я и ойкаю, укушенная комаром.
— Очень предупредительный, — Матвей распыляет в воздухе баллончик с инсектицидом.
— А ты занимался сексом на природе? — становлюсь на колени на плед и снимаю топ.
— Уже не помню, — Матвей повторяет мои действия, опускаясь на землю. Стягиваю с него футболку, следом за ней мою бюстгальтер. Прижимаюсь к нему всем телом, чувствуя биение его горячего сердца.
Это настоящее единение душ, тел, ощущений. Мы наощупь изучаем друг друга, исследуем жаждущие нежности тела. Выдыхаю его имя, когда Матвей входит в меня. Дрожу от ночной прохлады и остроты чувств. Мы целуемся, безумно много целуемся, а потом просто лежим и смотрим на звезды.
— Не могла даже себе представить, что этот учебный год закончится так, — я наощупь нахожу его ладонь и сжимаю.
— Согласен, — Матвей сжимает мою руку в ответ, и мы молчим дальше.
Не хочется, чтобы Григорьев думал, будто я блатная. Мой предок и декан, конечно, друзья, но учусь я сама без каких-либо поблажек.
— Я не сдаю экзамены, не потому что родитель замолвил за меня словечко перед ректором. У меня медотвод.
— У тебя проблемы со здоровьем? — слышу в его голосе беспокойство.
— Зрение было ни к черту. Месяц назад меня прооперировали.
Рассказываю Матвею об операции, опуская возникшие после нее странности. Достаточно, что ребята косятся, не хватало еще, чтобы Григорьев считал меня ненормальной.
Матвей слушает, не перебивая, а потом поднимается на локтях и целует мои веки. Я замираю, застигнутая врасплох душевным смятением и неописуемой радостью. Заветные слова едва не срываются с моих губ.
Черт! Между нами только секс, какая нафиг любовь! Но признание так и рвется из груди.
Это миг, только миг. Волшебный и неописуемый. Может быть, завтра все изменится. Мир рухнет, наступит апокалипсис, Матвей решит меня оставить. Но сегодня я счастлива.
— Спасибо, — шепчу я, ловя его губы своими.
— За что? — мы одни, но Матвей тоже шепчет.
— Мне сейчас так хорошо.
— И мне хорошо. — Мы целуемся и снова ложимся на плед. — Снеж?
— Ммм? — мычу я.
— Скажи, сколько у тебя было мужчин? — интересуется Матвей.
Улыбаюсь от его вопроса. Видимо, не я одна ревнивица.
— Только один — ты, — закидываю ногу, сильнее прижимаясь к его обнаженному телу.
— Я серьезно, — Григорьев настойчив.
— Ты первый из взрослых мужчин, до этого были зеленые пацаны, — юлю я.
— Сколько? — с нажимом повторяет Матвей.
— Двое, — вздыхаю, неохотно признаваясь. Лучше бы у меня никого не было. Ради Матвея я согласилась бы немного подождать и достаться ему невинной. — Первым был Антон, одноклассник Руси. Какое-то время мы тусили в одной компании. Антон слыл бабником с богатым сексуальным опытом за плечами, и я решила попробовать. Мы неплохо проводили время в постели, потом он встретил другую. Второй был настоящим качком. Я клюнула на его мышцы и упругую задницу. Но, блин, какой он был скучный. Одни разговоры, что о протеине и тренировках, поэтому с ним тоже пришлось расстаться.
— Завтра состоится очередной байкерский съезд. Если есть желание, можем заглянуть, — предложил Матвей.
— Очень хочу. А тебе не надо в универ? — я сладко потянулась, чувствуя, что начинаю замерзать.
— Нет, — Матвей поднялся и подал мне руку.
— Твоя сестра не будет против? — уточнила я, не желая ссориться с Ритой.
— А кого интересует мнение моей сестры. К тому же есть большая вероятность, что ее там не будет.