Страница 50 из 62
ГЛАВА 18
ГЛАВА 18
К десяти часам вечера я и плеер полностью выдохлись. Силы продолжать кончились, а потому было принято решение упасть на диван и найти какой-нибудь вдохновляющий фильм. Я так и уснула с пультом в руках, проснувшись лишь в час ночи, когда он с грохотом упал на пол. Пришлось вставать и шагать на кухню попить водички. Машинально бросив взгляд из окна на улицу, застыла: внизу с включенными габаритками стояла машина Коссиги. Значит, ждёт, когда я одумаюсь? Вот гад!
На работу я проспала. Суетясь в ванной, я вдруг увидела, что живот стал выглядеть по-другому. И то пигментное пятно, что заметила Ирка, потемнело и увеличилось в размерах. Замерла перед зеркалом, прислушиваясь к собственным ощущениям. Ну и пусть! У меня есть родители, сестра, уж одного ребёнка мы как-нибудь вытянем. Пока ехала в такси, пыталась записаться к врачу в нашей поликлинике и придумывала оправдания для начальства. Бури не миновать, мало кто нанимает работника с прицелом на длительный декрет и соответствующие финансовые выплаты. Но в этот день на разговор я так и не решилась. А вечером стало совсем не до того – с плохими новостями позвонил Роман.
— Приветствую! — начал он. — Кира, как ты себя чувствуешь? — Нормально я себя чувствую, Роман Николаевич.
Степанов помолчал, как будто раздумывая, но все-таки решился:
— Срочно нужна твоя помощь.
— Я сейчас не могу, Ромыч, я ем! — неловко пошутила, чтобы не так страшно было.
— Ты и в прошлый раз ела, - в голосе собеседника ни тени улыбки, значит, дело серьезное. — Ирина просила денег, и выяснилось, что… Словом, твоей сестре предъявили обвинение, завтра будет избрана мера пресечения. Оказалось, что ей фактически некому помочь, кроме нас.
— Пре… что? Какое обвинение? Ром, объясни попонятнее.
Следующие десять минут будут высечены на граните моей памяти, ибо каждое слово, каждый сдержанный вздох Степанова бил как молотком по камню.
— Как конкретно я могу помочь? Что нужно сделать? Ей можно позвонить?
— Сначала успокойся, не кричи, я оглохну. Так, смотри, ситуация такова, что все зависит от руководителя компании, нанявшей Иришку. Он человек сложный, но я с ним уже поговорил.
— Так. И?
— И он просто следует указаниям настоящего хозяина.
— Коссига…
— Совершенно верно, Кира Сергеевна. Твой возлюбленный. Бывший, как я понимаю, но всё же. Ты можешь поговорить с ним? Попросить? Похлопотать за сестру?
— Мы расстались со скандалом. Я должна подумать, каким образом встретиться и поговорить с ним. Он больной придурок.
— Кира, — Роман снова помолчал, прежде чем продолжить, и мне показалось, что он делает над собой усилие, чтобы быть спокойным. — Опиши мне ситуацию максимально честно. Я прошу потому, что у меня есть некие подозрения. Давай!
— Пообещай, что Алексей ничего не узнает. Иначе я буду все отрицать, ты меня знаешь!
— Обещаю.
— Виктор намеревается каким-то образом подставить и Лёшу. Это первое. Именно поэтому втянул и Иринку. Второе. Он очень жестоко обошелся со мной, Ром. Я такое не могу простить, но если нужно, то…
— Он ударил тебя? Бил? Что он сделал с тобой, Кира? Не молчи!
— Нет, - я замотала головой, отгоняя болезненные воспоминания. — Это лежит в другой плоскости отношений.
— Урод! Так, ты никуда не идёшь, я сам всё решу, слышишь? Никуда не звони и не ходи!
— Спокойно, Ром, я справлюсь. Ради сестры я справлюсь. Что нужно просить? Чтобы отозвали заявление, что?
— Ты тупая, Булкина? Я запрещаю тебе говорить с этим уродом!
— У тебя запрещалка ещё не выросла. Я взрослая, не нужно на меня орать и приказывать, не будь как Виктор! Ты сейчас очень на него похож. До омерзения просто.
Слова мои попали точно в цель: Роман замолчал, но я слышала его шумное дыхание. Кипятится, но молча. Молодец. Уяснил.
— Вернемся к сути. Что мне нужно попросить?
— Чтобы вывел Ирину из-под удара. Как – не так уж и важно. Послушай, если это сопряжено с риском, то не суйся, я прошу, Кира! Попробую подключить все ресурсы, которые есть в моем распоряжении. Кир, пожалуйста.
— Перестань, давай лучше о деле. Скажи, что входит в то имущество «Нордики», которым владеет Лёша.
— Я тоже склонен считать, что через вас с сестрой пытаются давить на него, но никаких лакомых кусков вроде бы не было. Земля есть. Обширный участок. Но он вообще у черта на куличках. Отец его купил сто лет назад, когда все искали нефть газ и руды, но там пусто. Есть карты и отчеты геологоразведки. Просто земля, без перспективы стать золотой жилой.
— Понятно. Давай так: я попробую переговорить с Коссигой и отпишусь тебе. Только ты сам не звони, не дергай меня, ладно.
— Хорошо. Ты сейчас где?
— В нашей квартире.
— Хочешь, я приеду? Может, тебе привезти что-то нужно? Ты голодная?
— Ром, я ем, говорила же, - мне внезапно стало хорошо от того, что взрослый сильный мужчина вот так со мной говорит. Заботливо, как папка. — Все хорошо со мной, не переживай.
— Тогда я жду твоего звонка или сообщения. Прошу, береги себя. Я примчусь если нужно, только позови!
— Хорошо, Ром, до связи!
Примчится он! Подошла к окну, посмотрела вниз – тачка Вито стояла на прежнем месте. На часах десять вечера.
Водитель, который мило спал за рулем, вскочил от стука в стекло и, похоже, ударился головой о потолок авто, но мне было плевать.
— Вези к хозяину.
Не было уточнений или неловких улыбок, мы просто тронулись и поехали. Вот только моя решимость таяла с каждым километром. Что я скажу? Как все это будет?
Дверь открыл сам Виктор. Он стоял передо мной в махровом халате, только из душа, похоже, волосы еще мокрые. За его спиной громко играла музыка, так что я не сразу поняла смысл сказанного.
— Сюрприз! Входи!
Я не стала снимать пальто или разуваться, прошла в гостиную и на короткий миг потеряла дар речи: на том самом диване, где было разыграно множество наших с Виктором половых актов, лежала голая девица и бездумно щелкала кнопками длинного универсального пульта. Лениво повернувшись, она окинула меня пустым взглядом.
Наверняка, пока я поднималась на лифте, водитель сообщил Виктору о моем визите, значит, Коссига решил сделать побольнее, показать, как мало я значила, раз так скоро нашел замену. Паяц придурочный.
— Что будешь пить? Скузи, тебе же, наверное, нельзя? — усмехнулся Вито и плюхнулся на диван. Девица тут же прильнула к его груди, как ластящаяся к хозяину кошка.
— Мне нужно серьезно поговорить с тобой. Это срочно!