Страница 57 из 60
— Это на удачу, — объясняла она. — Разбить и желание сбудется. Только осторожно, чтобы не наоборот.
— А как не наоборот? — спрашивали гости.
— Желать надо чётко, — наставляла Клава. — Без двусмысленностей. И с добрыми намерениями.
— Понятно, — кивали гости и бережно убирали яйца в карманы (или куда они там складывают подарки).
Пушистик носился по квартире, собирая комплименты. Его пушистая шёрстка и большие глаза приводили всех в умиление.
— Какой милый! — восклицали гости. — Чей это?
— Наш, — отвечала Алиса. — Тоже член семьи.
— У вас тут целый зоопарк!
— Не зоопарк, — поправлял Пых. — Семья.
— Семья, — соглашались гости. — Очень необычная семья.
Кузя сначала прятался за печкой, но потом, увидев, что гости добрые, осмелел и вышел. Его сразу окружили. Феи из фикуса устроили настоящее воздушное шоу. Они кружились под потолком, рассыпая блёстки, и перезванивались так красиво, что гости замирали от восторга. Сия с балкона освещал всю эту суматоху мягким серебристым светом. Он не спускался вниз, ему было хорошо наверху, наблюдая за праздником со стороны. Но все знали, что он здесь, и это добавляло уюта. Праздник набирал обороты. Гости ели, пили, общались, танцевали. Лампусик был звездой, он переливался, подстраиваясь под настроение каждого, и все хотели с ним сфотографироваться (ну, или что там у них вместо фотографий). Пых не слезал с плеча Алисы. Он сидел как изваяние и сверлил взглядом каждого, кто подходил к Лампусику. Особенно он напрягался, когда кто-то пытался дотронуться до светящегося друга.
— Руки, — рычал он. — Не трогать.
— Да я просто погладить хотел, — оправдывались гости.
— Нельзя. Он нежный. Мне потом его успокаивать.
Лампусик слышал это и засветился розовым от удовольствия. Ему нравилось, что Пых так о нём заботится. К концу вечера все устали, но были счастливы. Гости расходились, обнимались, благодарили, обещали заходить ещё.
— Замечательный праздник! — говорили они. — Прекрасный дом! Чудесная Хранительница!
— Спасибо, спасибо, — отвечала Алиса, провожая последних.
Наконец дверь закрылась. В квартире воцарилась тишина. Только тихонько светился Лампусик да посапывал уставший Пых, который наконец слез с плеча и растянулся на диване.
— Ну как? — спросила Алиса. — Всё хорошо?
— Хорошо, — выдохнул Пых. — Устал только. Столько народу, столько эмоций. Я чуть с ума не сошёл, следя за всеми.
— Ты молодец, — погладила его Алиса. — Настоящий Страж.
— Я знаю, — пробормотал он, закрывая глаза.
Алиса смотрела на них и чувствовала, как сердце переполняется теплом.
— Ладно, — сказала она. — Давайте спать. Завтра убираться.
Они разошлись по местам. Алиса легла на диван, Лампусик устроился рядом, Пых привалился с другой стороны. В комнате было тихо и уютно. Только Лампусик тихонько светил ровным золотым светом. И заснули. Счастливые. Уставшие. Вместе.
________
Утром Алису разбудил грохот. Она подскочила на диване, думая, что опять нападение. Но это был всего лишь Кузя, который пытался приладить отвалившуюся дверцу шкафа.
— Прости, — пискнул он. — Нечаянно.
— Ничего, — выдохнула Алиса. — Ты завтракал?
— Нет ещё.
— Сейчас Пых встанет, приготовит.
Пых уже не спал. Он сидел на подоконнике и смотрел на улицу.
— Там птицы, — сказал он задумчиво. — Красиво поют.
— Это воробьи, — объяснила Алиса.
— У нас в Драхейме другие птицы. Огненные. Они поют так, что пламя зажигается.
— Красиво?
— Очень. — Пых вздохнул. — Но здесь тоже хорошо. По-своему.
— Скучаешь?
— Немного. Но меньше. Вы теперь мой дом.
Алиса подошла и обняла его. Они стояли у окна, обнявшись, и смотрели на просыпающийся город. Лампусик подкатился и пристроился рядом, светясь ровным золотым. Клава квохтала на кухне, готовя завтрак (да, она тоже умела готовить, хоть и не так хорошо, как Пых). Пушистик носился за феями. Кузя возился со шкафом. Сия медитировал на балконе.