Страница 53 из 60
Они полетели в обратную сторону. Это было сложнее, встречный ветер сбивал, крылья Пыха работали на пределе. Но Лампусик светил так ярко, что, казалось, сам ветер расступался перед ними. Первый круг против часовой. Второй. На третьем у Алисы закружилась голова от высоты и скорости, но она зажмурилась и продолжала держаться.
— Последний рывок! — крикнул Пых. — Лампусик, свети!
Лампусик выдал максимум. Его свет стал ослепительным, и в этот момент купол над домом сомкнулся, засиял золотом и погас, став невидимым, но ощутимым как тёплое одеяло, укрывшее дом.
— Есть! — выдохнул Пых. — Получилось!
Он начал снижаться, плавно, осторожно, чтобы не уронить Алису. Они приземлились на балкон, точнее, Пых приземлился, чуть не сломав перила.
— Осторожнее! — закричала Алиса.
— Прости, — виновато сказал он. — Тяжело с пассажиром.
— Я тяжёлая?
— Нет, просто непривычно.
С балкона высыпали все. Клава, Пушистик, феи, Кузя, Сия. Они обнимали прибывших, хлопали крыльями, светились от радости. Пых уменьшился до своего обычного размера и обессиленно рухнул на пол.
— Я устал, — простонал он. — Так устал, что даже чесаться лень.
— А я? — Лампусик тоже уменьшился и подкатился к нему. — Я тоже устал. Но это того стоило.
Они лежали на полу в обнимку уставшие, счастливые, свободные. А над ними сиял невидимый купол, который теперь никто не мог пробить.
— Знаешь, — сказал вдруг Пых. — А ведь я никогда раньше не летал с пассажиром. Это было... страшно и круто одновременно.
— Для меня тоже, — призналась Алиса. — Но я ни за что не променяла бы этот полёт ни на что другое.
— Правда?
— Правда. Я сидела на спине у дракона и летела над городом. Это же мечта любого ребёнка!
— А ты уже не ребёнок.
— В душе да, — улыбнулась Алиса. — С вами я снова чувствую себя ребёнком. Который верит в чудеса.
— Чудеса есть, — подтвердил Лампусик. — Мы и есть чудо.
— Точно.
Они лежали молча, глядя в потолок. Где-то там, за стенами, город жил своей обычной жизнью. Люди спешили по делам, не подозревая, что над ними только что пролетел дракон с девушкой на спине и светящимся шаром на хвосте. Они разошлись по местам. Алиса легла на диван, Лампусик устроился рядом, Пых привалился с другой стороны. Им снились сны о полётах, о свободе, о золотых куполах над домом. И это были самые лучшие сны в их жизни.
________
Утром Алису разбудил странный звук. Кто-то скрёбся в дверь. Она подскочила, вспомнив, что двери вообще нет, но потом увидела на пороге стоял Кузя и пытался приладить обратно сломанные петли.
— Ты чего? — спросила она.
— Дверь чиню, — ответил домовой. — А то не порядок. Дом без двери не дом.
— Помочь?
— Сиди, отдыхай, — махнул он лапкой. — Я сам. Я домовой, моё дело дом в порядке держать.
Алиса улыбнулась и откинулась обратно на подушку. Её дом был в порядке. Лучше, чем когда-либо. Потому что у него была защита. И потому что в нём жили те, кто любил друг друга.
— Пых, — позвала она. — Ты спишь?
— Уже нет, — проворчал дракон. — Твой домовой так стучит, что мёртвого разбудит.
— Он дверь чинит.
— Похвально. Но шумно.
— Потерпи.
— Терплю.
Из угла донёсся тихий писк. Лампусик просыпался, переливаясь от голубого к розовому.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе, — ответили Алиса и Пых хором.
— Как спалось?
— Отлично, — призналась Алиса. — Мне снилось, что мы снова летим.
— И мне, — удивился Лампусик. — И Пых тоже храпел во сне и махал лапами, наверное, тоже летал.
— Я не храплю! — возмутился дракон.
— Храпишь, — подтвердила Клава из угла. — Как старый трактор.
— Предательница, — проворчал Пых, но без злобы.
Алиса смотрела на них и думала о том, как ей повезло. Да, жизнь была безумной. Да, в любой момент могли нагрянуть новые враги. Но у неё была семья. Самая лучшая семья в мире. Которая умела и летать, и светить, и защищать.
— Знаете что? — сказала она. — Я вас люблю.
— Мы знаем, — ответил Пых. — И мы тебя тоже.
Алиса рассмеялась. Счастливым, свободным смехом. И этот смех разносился по всей квартире, смешиваясь с драконьим урчанием, лампусиковым свечением и тихим стуком домового, который чинил дверь. Хороший был день. Самый хороший.