Квартирный вопрос с драконами

Глава 5. Тоска по родине или просто вредность?

Прошло две недели с тех пор, как в квартире поселился Сия. За это время жизнь окончательно вошла в колею. Безумную, хаотичную, но предсказуемую в своём безумии. Алиса уже знала, что по понедельникам Пых готовит плов (потому что понедельник день тяжёлый, надо что-то сытное), по средам они все вместе моются в ванной (Алиса к этому так и не присоединилась, но смирилась с оккупацией), а по пятницам Сия устраивает сеансы светотерапии для Лампусика, который после этого светится особенно ярко и радостно.

Но в последние дни Алиса начала замечать кое-что странное. Пых, обычно активный и шумный, стал каким-то задумчивым. Он мог подолгу сидеть на подоконнике, глядя в одну точку, и не реагировать на происходящее вокруг. Шашлык готовил на автомате, без обычного энтузиазма. Даже когда по телевизору показывали боевик, Пых смотрел его без огонька в глазах. В прямом смысле. Из его ноздрей не вылетало ни дымка.

— С ним что-то не так, — сказала Алиса Сию, когда они остались вдвоём на кухне. Пых ушёл в комнату и, кажется, опять уставился в окно.

— Я заметил, — кивнул Сия, переливаясь задумчивым голубым. — Он тоскует.

— Тоскует? О чём?

— Не о чём. О ком. Или о где. Драконы существа территориальные. Мы привыкли к своему пространству, к своим горам, к своему небу. Пых живёт здесь пятнадцать лет, но это не его родной мир. Он отрезан от дома. Иногда это даёт о себе знать.

— Думаешь, он хочет вернуться?

— Не знаю, — честно ответил Сия. — Я сам ищу новый дом. Я не тоскую по старому, там погас свет. А у Пыха всё иначе. Его мир существует, но он не может туда попасть. Это тяжело.

Алиса задумалась. Она как-то не рассматривала Пыха как существо, у которого есть прошлое, есть родина, есть тоска. Для неё он был просто Пых. Вредный, шумный, но уютный дракон, который готовит шашлык и прожигает диваны. А у него, оказывается, есть душа. И эта душа, похоже, болит.

— Что делать? — спросила она.

— Не знаю, — повторил Сия. — Может, попробовать его отвлечь? Занять чем-то? Или поговорить? Я не специалист по огненным драконам. Мы слишком разные.

— Ладно, — вздохнула Алиса. — Попробую сама.

Она зашла в комнату. Пых сидел на подоконнике, поджав лапы, и смотрел на закат. Солнце садилось за домами, окрашивая небо в оранжево-розовые тона. Дракон выглядел таким маленьким и беззащитным в этом свете, что у Алисы сжалось сердце.

— Пых, — позвала она тихо. — Ты как?

— А? — он обернулся, и Алиса увидела в его глазах такую тоску, что чуть не расплакалась. — Нормально. А что?

— Ты какой-то грустный последние дни. Всё в порядке?

— Всё в порядке, — механически ответил он. — Просто задумался.

— О чём?

Пых помолчал. Потом вздохнул, выпустив тоненькую струйку дыма (первую за день).

— О доме, — сказал он. — О своём мире. Знаешь, там горы были. Настоящие, драконьи горы. Мы там летали. Я помню, как впервые поднялся в воздух. Мне было сто лет, ещё молодой совсем. Ветер в крыльях, солнце в глаза, а внизу весь мир как на ладони. Красота неописуемая.

— А потом?

— А потом я сюда попал. Через портал, случайно. И всё. Обратно нельзя. Портал был одноразовый, закрылся. Я пытался найти другой, но здесь, в вашем мире, порталы редки и нестабильны. Варвара Степановна обещала помочь, но... не успела.

Он снова уставился в окно. Алиса подошла и села рядом, на край подоконника.

— Мне жаль, — сказала она. — Правда. Я даже представить не могу, каково это потерять дом.

— Не потерять, — поправил Пых. — Потерять это когда его больше нет. А у меня он есть. Я просто не могу туда вернуться. Это хуже. Понимаешь?

— Понимаю, — кивнула Алиса. — Это как смотреть на витрину с пирожными, когда у тебя нет денег. Они есть, но не твои.

— Именно, — грустно усмехнулся дракон. — Только пирожные это целый мир. Со своими горами, небом, драконами. Я даже не знаю, что там сейчас. Может, война? Может, мир? Может, все мои знакомые уже умерли? У драконов жизнь долгая, но не бесконечная.

Он замолчал. Алиса обняла его за шею. Чешуя была тёплой и гладкой на ощупь.

— Ты не один, — сказала она. — У тебя есть мы. Я, Сия, Лампусик, домовой, феи. Мы все тебя любим.

— Знаю, — Пых ткнулся мордой ей в плечо. — Поэтому я и не сдаюсь. Если бы не вы, я бы давно уже... не знаю. Улетел бы искать портал. Или просто лёг и умер от тоски. А так держусь.

— Молодец, — погладила его Алиса. — Держись дальше. А мы поможем.

— Чем поможете?

— Не знаю. Но что-нибудь придумаем.

Они сидели так, обнявшись, пока солнце не село совсем. В комнату зашёл Сия, увидел их и тихонько вышел, прикрыв дверь. Лампусик, который дремал в розетке, проснулся, подполз к ним и тоже пристроился рядом, мягко светя. Стало тепло и уютно, несмотря на грусть.

_____

На следующий день Алиса решила действовать. Она не знала, как помочь Пыху вернуться домой, но хотя бы попытаться отвлечь его от грустных мыслей это в её силах.

— Пых, — сказала она за завтраком. — А давай я тебя сфотографирую?

— Зачем? — удивился дракон.

— Ну... для истории. Чтобы у меня были твои фото. Вдруг ты когда-нибудь улетишь, а у меня останется память.

— Ты меня выгоняешь? — насторожился Пых.

— Нет! Что ты! Просто... ну, мало ли. Фотографии это важно. Давай?

Пых подумал и нехотя согласился. Алиса достала телефон, включила камеру и приготовилась снимать.

— Встань красиво, — скомандовала она. — Повернись мордой к свету. Улыбнись.

— Я не умею улыбаться на заказ, — проворчал Пых. — Это неестественно.

— Ну хотя бы не хмурься.

Пых попытался изобразить улыбку. Получилось жутковато, драконья морда с оскалом выглядела так, будто он собирается кого-то съесть.

— Нет, не так, — засмеялась Алиса. — Расслабься. Просто смотри в камеру.

Он посмотрел. Алиса нажала на кнопку. В этот момент Пых чихнул, выпустив облако дыма, и снимок получился смазанным и дымным.

— Давай ещё раз.

Они пробовали снова и снова. Пых то отворачивался, то закрывал глаза, то чихал, то зевал. Казалось, он делает это специально, саботирует фотосессию.

— Пых! — взмолилась Алиса. — Ну посиди спокойно хоть секунду!

— Я стараюсь! — обиженно ответил дракон. — Но у меня чешется хвост! И в носу свербит! И вообще, эта ваша фотография штука неестественная. В моём мире мы используем магические кристаллы. Они снимают душу, а не просто картинку.

— А у нас только телефон. Давай, последний раз. Замри.