Страница 79 из 149
Глава 22
Уснуть удалось всего на несколько часов. Решение пришло само собой: ни во что не вмешиваться и ждать развязки. В конце концов, Ноксус редко ошибается в выбранных мастерах. Точнее — никогда.
Два дня тишины и спокойствия оборвались неожиданно и резко. Джокер обходил ночной корабль, проверяя, надежно ли затянуты крепления. У рулевого колеса дежурил Галл — его фигуру в сумерках ночи Джокер определил безошибочно. Дергать парня не стал, направившись к носовой части. Неплохо бы смазать несколько скрипящих креплений на мачте, раздражает противный звук в тишине ночи.
-Ну что ты упрямишься? Такая красивая, что я теряю голову, - слух уловил развязный голос Яхне, - Мне никто не нужен, кроме тебя. Ты же знаешь!
Пьяный?
Возня доносилась с самого носа корабля, скрытого от глаз рулевого и случайных свидетелей. Джокер остановился в тени, наблюдая за тщетными попытками пьяного мужчины облапать девчонку. Стоило отдать должное: Колючка пыталась отстраниться без резких движений, стараясь не давать Яхне повода пойти на крайность.
-Вам надо выспаться, пожалуйста, - ее негромкий голос звенел отчаянием, - Завтра. Поговорим завтра днем.
-Мне нужна ты! - упрямый пьяный разум не отпускал пленника. Яхне сумел разорвать ворот тонкой рубашки на Колючке, - И я сказал звать меня мастером. Ну, давай, скажи это!
-Пожалуйста, вам надо спать...
В каком месте он оступился? Яхне имел все задатки мастера тогда и не имел ничего нужного сейчас. Он так и не смог научиться видеть в подростках чемпионов, зверей Ноксуса в той или иной степени. В каждом из пробудившихся — уникальная черта характера, непередаваемая внешность и манера поведения. Это восхищает и привлекает одновременно. Словно неограненный драгоценный камень, способный сиять лишь в руках мастера.
Именно такими были мастера, которых знал в свое время Джокер. Восхищался даже в моменты ненависти, ведь только в их руках чемпионы находили себя и сверкали не хуже звезд в ночном небе. Во время Лиги и после, купаясь в лучах победы и прячась в тени поражения. Ими восхищались не просто так. Не так просто ждали каждой Лиги, с упоением наблюдая настоящее сражение, когда желание смотреть за чемпионами вечность тесно переплеталось с предвкушением победы одной из сторон.
Это нельзя передать словами, только почувствовать. Мастера видели в чемпионах все сразу: всегда рядом, умело направляя даже собственным бездействием. Ловко тасовали карты, словно играли. И только чемпионы оставались победителями в этой игре.
Но здесь? Джокер видел пьяного мужчину, лапающего девчонку, которая не могла даже защититься. Яхне блокировал навыки дриады, повалив ту на доски палубы. Впрочем, стоит отдать должное: несмотря на видимое преимущество, Колючка до сих пор не позволила ему обладать собой.
Мужской стон и звук пощечины. В незавидном положении Колючка продолжала сопротивляться, не желая сильно шуметь. До последнего надеялась решить все тихо, не привлекая остальных чемпионов. Хекка обещал убить своего будущего мастера и взорвать корабль в случае чего. Но что именно должно было произойти, чтобы подростки решились на массовое самоубийство? Ненависти к себе Джокер не испытывал, хоть его и игнорировали все последнее время. Только полный дурак будет тешить себя иллюзиями убить Джокера с подобным количеством смертей взамен. Могли сделать это ночью или со спины, хотя бы попытались.
Врагов в пробудившихся чемпионах Джокер не видел. Тем более меньше месяца оставалось до того, как их дороги разойдутся. Чемпионы окунутся в мир Ноксуса, а Джокер будет искать себе новое место в жизни. Все упиралось в танцующую с кинжалами. И что с ней делать, Джокер представлял с трудом. Без связи Катая свободна. Проблема в том, что дать эту свободу ей Джокер не мог. Не хотел.
-Черт! Й! Стой!
Оказалось, достаточно было оцарапать плечо Яхне кинжалом, чтобы тот на секунду ослабил хватку. Колючка воспользовалась этим, с силой врезав мужчине коленкой между ног — полулежавший на ней он давал такую возможность. Дернулась в сторону кают, едва получила толику свободы. Слезы блестели на ее щеках в свете луны.
Так не должно быть.
Джокер дождался ухода крохи, после чего медленным шагом направился к кряхтящему и ругающемуся телу на досках палубы. От мастера гильдии в том не осталось ничего. На каком-то этапе все пошло наперекосяк и вверх ногами. Этот снежный ком недоразумения с каждым днем становился только больше.
-А? Кто здесь? - пьяный Яхне сумел встать на колено, а затем подняться на ноги, хватаясь руками за борт корабля, - Джокер, ты? Будь другом, помоги вернуться в каюту. Эти чемпионы совсем распоясались, прибью завтра. Или сегодня.
Ни сожаления, ни других эмоций. Ни слова не сказав, Джокер взял мужчину за горло рукой и начал медленно поднимать. Сил хватит. И завтра для Яхне не наступит никогда.
-А!.. аа...
Хрип скатывался в шепот. Тщетные попытки разжать руку Джокера успехом не увенчались: Ноксус сохранял часть сил чемпиона всем, кто приходил к нему однажды. В тишине ночи раздался едва уловимый хруст шейных позвонков одновременно с тем, как Джокер сжимал руку в кулак.
Последний, третий мастер пробудившихся чемпионов.
Тело рухнуло за борт, едва Джокер ослабил хватку. Неспокойное море поглотило его беззвучно, ничем не выдав окончание казни. Интересна другая причина: Ноксус. И если Джокер был готов понять, почему дух не явился останавливать чемпионов от убийства одного мастера и не вмешался, когда второй отказался от них, то его отсутствие в момент казни третьего было необъяснимо. Не восстановился? Верилось с трудом. Занят другими чемпионами и мастерами? Более вероятно.
Размышляя об этом, Джокер вернулся в каюту. Неплохо бы принять душ и лечь спать, иначе возможные разборки с чемпионами завтра могут выйти всем боком. Интересная мысль — взорвать корабль, чего хотелось бы избежать по возможности. Утонуть он, может, и не утонет, а вот проблем с Ноксусом после этого прибавится. Духу Лиги не объяснишь собственный просчет, слушать не станет.
Обжигающий душ оказался кстати. Джокер вышел из ванной в клубах пара, в одних штанах и с полотенцем на голове. Неспешно вытирал волосы, ощущая прохладу досок под босыми ногами. Выпить бутылку вина? Заманчиво.
Не успел он достать из шкафа темную бутыль и откупорить ее, как входную дверь распахнули с такой силой, что та грозилась отвалиться. Оборачиваться не стал, занимаясь пробкой.
-Выйди и зайди, как положено, - спокойно произнес Джокер.