Страница 4 из 8
— В прямом, Егор. Вот тот здоровый дом, на который я тебе жаловалась, построил твой отец.
— Да ну!
— Вот тебе и да ну!
— Мам, подожди… — кажется, ему надо переварить полученную информацию.
— Хочешь сказать, что ты не знала, кто твой сосед?
— Нет! А сегодня он заявился… — на языке вертится масса оскорблений, но я не стану озвучивать их сыну. — Словно он тут хозяин поселка. Ты представляешь, у него будет четыре комнаты с кондиционерами! Четыре!
— В нашем доме тоже было четыре… — внезапно говорит сын. И я это прекрасно помню. — В наших спальнях, в вашей и в гостиной.
Мне хочется закричать, что тогда у нас была семья. А сейчас это бессмысленно, как и его уродский дом.
— Ты что, его защищаешь?
— Нет, что ты! Просто пытаюсь понять, что происходит.
— А происходит то, что твой отец построил гигантское чудовище, куда привез свою новую подружку, с которой собрался рожать новых детей.
— Так, стоп, — прерывает меня сын. — Ты ничего не путаешь?
— Нет! Я только что была в его доме и видела, как приехала его Мариночка, — не выдерживаю и снова кривлюсь, произнося имя нового увлечения бывшего.
— Мам, но папа говорил, что до сих пор один.
— Получается, что либо он тебе лгал, либо ситуация очень быстро изменилась.
Я даже не хочу думать о том, какой из вариантов верный. Ведь все, что касается бывшего мужа, вызывает у меня приступ дикой злости. А я не хочу злиться и жить в напряжении. Поэтому мне очень нужно, чтобы он исчез с моего горизонта.
— Ерунда какая-то.
— Кстати, почему ты не сказал, что Влад продал наш старый дом? — этот вопрос беспокоит меня больше всего.
— Мам, — слышу, как сын шумно втягивает воздух. — Так он продал его еще год назад.
— Что? И ты молчал?!
— Поэтому и молчали. Боялись тебя расстраивать.
— Знаешь что, сынок? — грудь сдавливает так сильно, что мне тяжело дышать. — На этом мы и закончим наш разговор.
— Ма, подожди…
— Я сама позвоню, когда буду готова.
Сбрасываю вызов.
В горле встает ком, и по языку растекается горечь. Кажется, что весь тот хрупкий мир, что мне удалось обрести после развода, внезапно обвалился. И теперь я снова, совершенно одна, сижу на его развалинах.
Мне так больно, что хочется выть в голос. Но я держусь, потому что поздно страдать по ушедшему. Вот только боль не спрашивает, когда ей приходить. Она раздирает меня, заставляя жалеть себя и впустую прожитые годы.
Поэтому, даже когда мне перезванивают из фирмы по установке кондиционеров и обещают приехать через два дня, я не испытываю радости.
До вечера я делаю все на автомате. Собираю огурцы, помидоры, зонтики укропа, чеснок и острый перец и сразу же приступаю к мариновке, чтобы хоть как-то отвлечься от тяжести, засевшей в груди.
А вечером падаю без сил, желая забыться. Но сон не идет. И я почти до рассвета ворочаюсь с боку на бок и думаю, чем сейчас занимается Влад со своей куклой. Воображение подсовывает картинки, от которых становится тошно, и я снова начинаю себя жалеть.
Уснуть получается лишь под утро. Из тяжелого забытья меня вырывает какой-то жуткий шум и звук, похожий на отбойный молоток.
Я вскакиваю, выглядывая в окно, и ахаю, потому что мой забор падает.
Глава 4
— Что здесь происходит? — запыхавшаяся, стою напротив рабочих бывшего мужа, что упорно выкорчевывают столбики, на которых крепится мой забор.
Мой!
Поставленный на мои деньги! Да он мне обошелся в целое состояние, а теперь какие-то варвары беспощадно сносят его?
— А ну, прекратили немедленно! — кричу я что есть мочи, и мне удается со своим выпадом как раз попасть в момент затишья.
Двое мужчин оборачиваются ко мне и смотрят с какой-то тоской.
— Вы что творите? — подхожу ближе. — Почему вообще трогаете мой забор?
— Женщина, мы всего лишь выполняем свою работу. Сказано было убрать — мы и убираем.
От возмущения у меня застревают слова и воздух в горле.
— Это мой забор! Стоящий на моей территории! — уже не стесняясь, разговариваю на повышенных тонах. — Еще один столбик тронете — и я вызываю полицию!
— Женщина, но от нас это совершенно не зависит, — басит один из рабочих и, приподняв козырек кепки, чешет лоб.
— Где ваш хозяин? — оборачиваюсь к дому, осматривая территорию.
Красного “мерседеса” нет, но это не значит, что Мариночка находится не здесь. Она просто могла загнать машину в гараж. Вон он какой здоровенный. Будто построенный под грузовик. Впрочем, как и дом.
И вообще, мне начинает казаться, что у бывшего после развода появилась мания к гигантизму. Кто-то сказал, что, возможно, таким способом он пытается что-то компенсировать. Но я-то знаю этого мужчину как облупленного, и ему есть чем гордиться в этом отношении.
Тем не менее я не собираюсь спускать ему все его выходки только за былые заслуги. Я не стану терпеть подобное отношение. И если он немедленно не договорится со мной по-хорошему, то я начну с ним разговаривать совершенно по-другому.
Влада нет в поле зрения, и я понимаю, что похоже, действовать придется сразу по-плохому.
Только один из рабочих снова берется за перфоратор, я останавливаю его рукой.
— Не сметь! Я иду за телефоном и звоню участковому.
— Ну ё-моё, — бросает инструмент второй и отходит в тенек. — Думал, быстро тут справимся и в баньку с мужиками успею.
— Тут парься, — бросает ему второй. — Та же баня, — обмахивается он. Потому что солнце жарит нещадно.
Я понимаю, почему они начали работать с утра. Видимо, рассчитывали по прохладе успеть. Но прохлады этим летом не дождаться даже ночью.
И я бы уж точно не выгнала людей работать под раскаленным солнцем, чтобы снести забор бывшей.
Чем больше думаю обо всей это ситуации, тем больше злюсь.
— Я сейчас вернусь! Будем дожидаться вашего хозяина, — бросаю мужчинам и поворачиваюсь к воротам, утыкаясь в широкую мужскую грудь, покрытую жесткими волосками.
— Не меня ли потеряла, Женечка? — раздается бас бывшего.
Он стоит предо мной в льняных светлых брюках и расстегнутой льняной рубахе.
На пару мгновений я, кажется, теряюсь и смотрю на его накачанный торс изумленно. А он и правда подкачался. Поэтому теперь щеголяет почти голым на глазах у посторонних людей.
— Неужели с утра решила забежать по-соседски? — слышу усмешку в его голосе.
— Что? — пытаюсь собрать мысли в кучи и медленно поднимаю глаза к его лицу. — Это ты мне?
— У меня тут пока только одна соседка.