Страница 114 из 126
-Нет, - подтвердил Фаргрим и замолчал на мгновение. Икара же поймала себя на том, что любуется его силуэтом на фоне бордово-алого небосклона, - У стихийных магов есть возможность овладеть ей.
Так вот в чем причина, по которой ему понадобилась бродяга? Редкая бродяга. Выходит, Фаргрим что-то знает об этом? Поэтому отбросил гордость и связался с низшей расой? Все ради силы? Это и есть тайна редких?..
-Что мне нужно сделать? - спросила Икара в наступившей тишине.
Налетевший порыв ветра попытался остудить разгоряченное сердце девушки, но безуспешно. Но дышать стало легче, словно ей не хватало именно этого глотка воздуха.
-Ничего, - ответил Фаргрим, - Тебе ничего не надо делать.
-Не понимаю, - покачала Икара головой, - Объясни? Ты ведь пришел к нам с Морзаном, назвал причину в привязанности и сказал, что хочешь научиться сопротивляться этому чувству. Но если дело в силе, в магии крови, то почему ты не сказал об этом сразу? Что с этой причиной не так?
Фаргрим усмехнулся, щелчком пальцев выпустил на волю вспышку крошечной молнии. Нервничает? Смущается? Или считает бродягу глупым ребенком? Что творится в голове у этого стихийного?!
-Причина в том, что Морзан отказался бы иметь со мной дело, скажи я правду, - озвучил Фаргрим, продолжая вызывать крошечные молнии щелчками пальцев, - Ты бы послушала его и тоже отказалась.
-Но меня тянет к тебе магия противоположностей.
-Знаю, - спокойно согласился Фаргрим, - А также отталкивает и пугает. Ты бы легко сказала мне «нет».
-Не хочешь говорить?
-Не хочу.
Вопреки всему Икара улыбнулась, глядя с крыши вниз. Одинокая фигура охранника показалась на углу здания и так же быстро пропала. Кажется, все местные боятся показываться хозяину дома на глаза, когда воздух начинают разрывать молнии.
-О возможности стихийных магов овладеть магией крови стало известно случайно, - произнес Фаргрим спустя время, - У Владыки был такой маг.
Икара взглянула на мужчину: внешне спокоен и даже серьезен. Но ему не нравилось то, что он собирался рассказать. И говорить он не хотел, буквально заставляя себя давать объяснения.
-Одной вспышкой магии он уничтожил целое измерение, - от этих слов у девушки зашевелились волосы на теле, - До сих пор никто не знает причин, но это была магия крови. В результате долгих попыток понять, как такое возможно, была выдвинута теория о том, что для пробуждения магии крови стихийный маг должен испытать огромную боль потери.
А вот теперь Икара ощутила неподдельный страх. Холодок противно забегал по телу, подтверждая худшие догадки.
-Видишь? - Фаргрим безошибочно уловил изменения в бродяге, - Отказаться от меня очень легко, зная причину. В какой-то степени это раздражает. Но я не трону, не бойся.
-Если это так... - собственный голос показался Икаре немного хриплым, - Почему ты не убил меня в Разломе? - добавила едва слышно, - Ведь кроме нас в нем никого не было. Ты бы легко продержался до прихода Жреца, а Седьмой Дом никогда бы не узнал.
Боль потери. В груди у Икары тревожно стучало сердце. Какую же глупость она сделала...
Прав был Фаргрим - зная истинную причину, по которой стихийный маг вступил в группу, Морзан отказал бы ему и не позволил бы Икаре согласиться. Никакая влюбленность не устоит перед мыслью, что она нужна только для того, чтобы умереть возле мага. Абсолютная противоположность магии - это безумное влечение и чувство, подобное любви. Быть может, даже более ощутимое - неискреннее, но невероятно сильное!
Вот зачем Фаргрим искал свою противоположность - ради чувства боли, которое он испытает от ее смерти. Эта боль пробудит магию крови и сделает его еще сильнее.
-Знаешь, сколько стихийных магов погибло с тех пор, как эта информация была обнародована? - Фаргрим перестал вызывать молнии, устремив взгляд к горизонту, - Тысячи. Сотни тысяч. В погоне за силой стихийные маги начали убивать самых близких, невзирая на боль и отчаяние. Отцы, матери, дети - гибли миллионы, и наша раса оказалась на грани вымирания. Видя это, Владыка решил вмешаться и заставил своего стихийного мага раскрыть секрет.
-Нет ведь никакого секрета, - тихо произнесла Икара, - Он бы и без Владыки все рассказал.
-Верно. Но без вмешательства сильнейшего демона в эту историю никто не верил, - Фаргрим резко щелкнул пальцами, но вспышки молнии не последовало, - Эта история о том, как стихийный маг собирал коллекцию редких зверушек, используя один из миров в качестве питомника. Кто и почему убил их - информации нет. Одни говорят, что это сделали жители измерения, за что и были уничтожены. Другие уверены, что так Владыка хотел испытать мага. В тот миг, когда стихийный нашел их мертвыми, магия крови и пробудилась, чтобы разорвать все измерение на куски.
-Так, может, дело в крови редкого зверя? - тихо предположила Икара.
Редкие зверушки... редкая бродяга...
-Нет.
-Нет? - она решилась посмотреть на мужчину, несмотря на страх быть убитой прямо здесь и сейчас.
Никакое чувство противоположностей не спасет ее от мага, жаждущего силы демонов. Это огромная мощь и новые возможности. Никто перед таким не устоит. Поэтому стихийные маги почти истребили сами себя в погоне за магией крови.
-Нет, - так же спокойно, как и раньше, ответил Фаргрим. Его пальцы играли с крошечными шаровыми молниями, - Маг Владыки был сильнейшим из нас. Это и есть первый критерий: достигнуть предела возможностей.
И Фаргрим - именно такой маг. Он может пользоваться всеми стихиями, любым видом магии и делает это так легко и с таким размахом!
-А второй? - спросила Икара с замиранием сердца.
Шаровые молнии замерли возле руки Фаргрима, несмотря на сильные порывы ветра.
-Быть рядом, - прозвучало в тишине, - И не иметь возможности спасти.
От взгляда штормовых глаз у Икары в горле встал ком, мешая дышать. Боль в груди сдавила тисками: он сказал правду. И эта правда была такой, слышать которую не хотелось. Для стихийного мага эти знания - чудовищны!
Он должен охранять бродягу, испытывая к ней сильную привязанность - любовь, рожденную противоположностью магий. Он - один из сильнейших стихийных! - должен оказаться в такой ситуации, когда вся его мощь окажется бесполезной!
-Ты можешь скормить меня очень сильному монстру, с которым не справишься, - тихо проговорила Икара.
-Не могу, - возразил Фаргрим. Впервые за весь разговор на его губах показалась улыбка, - Я же не успел сказать про третий критерий, - он показал три пальца, - Искренность. Буду иметь намерения или отношение к твоей гибели - не получу ничего.