Страница 38 из 66
Понятно, почему Бернард злится. Он изо всех сил пытается ее уберечь, а она упорно не желает покидать Ирбуг.
— Но это же предварительное заключение? – тихо спросила она.
— Предварительное, – кивнул Бернард. – Расэк еще не закрыл расследование, но он, похоже, не сомневается, что отца убил именно я.
Они помолчали. Лулула прошла в центр беседки и остановилась. Ее и без того большие глаза были широко распахнуты, руки продолжали сжимать плечи.
— Таруз сегодня встречается с адвокатом, – проговорила она. – Они что-нибудь придумают.
— Знаю, Лу, – делано улыбнулся Бернард. – По сути, что против меня есть у Расэка? Отпечатки и пара блесток.
— А еще мотив и отсутствие алиби, – раздраженно добавила Алиса. – Какого черта, Бернард? Не мог соврать, что потерял эти блестки раньше?
Ирбужец сдвинул брови.
— Не мог, – отрезал он.
— Алиса права, – поддержала Лулула. – И насчет алиби мы вот могли бы что-нибудь.. – она опасливо огляделась и одними губами добавила: «придумать».
— Нет, – резко заявил ирбужец. – Я не собираюсь врать полиции!
Алиса мрачно уставилась в пол. Когда дело касалось ее свободы, друг врал, не задумываясь.
— Вот вечно ты так, – Лулула поджала губы. – Таруз из кожи вон лезет, чтобы выгородить тебя перед детективом Расэком. А ты..
— Уперся, как баран, – вместо нее закончила Алиса.
Лулула благодарно улыбнулась. Бернард поднялся с пуфа и облокотился на перила беседки.
— Я не хочу врать, – негромко сказал он. – Я хочу, чтобы Расэк нашел убийцу.
Лулула подошла к Бернарду и положила ладонь ему на спину.
— А я хочу, чтобы ты вернулся домой.
— Знаю, – Бернард обернулся и заглянул ей в глаза. – Прости, Лу, я понимаю, как вам тяжело. Но считаю, что так будет правильно.
Лулула покачала головой. Бернард сделал шаг вперед и дотронулся губами до ее лба.
— Не волнуйся, – подмигнул он. – Все образуется.
Лулула вздохнула.
— Я подожду в машине, – сказала она, обращаясь к Алисе.
Большие глаза девушки блестели от слез. Алиса прекрасно понимала ее чувства. Но она также знала: если этот упертый ирбужец что-то вбил себе в голову, переубедить его совершенно невозможно. Бернард снова опустился в пуф и произнес, задумчиво глядя вслед Лулуле:
— Расэк спрашивал о тебе, Алиса.
Она поерзала. Чертов пуф отказывался работать, спинка никак не хотела становиться вертикальной.
— Что ты ему сказал?
— Что ты вернулась на Землю, – Бернард помолчал, а потом ядовито добавил: – Видишь ли, Алиса, я на самом деле считал, что ты давным-давно дома.
Алиса прекратила сражаться с пуфом. Она встала и облокотилась на перила беседки.
— Откуда у тебя шишка на лбу? – спросил Бернард.
— Издержки профессии, – усмехнулась Алиса. Повернулась к другу и с заговорщическим видом сказала: – Я кое-что выяснила.
Бернард предупредительно поднял ладонь и одарил ее выразительным взглядом.
— Я бы на твоем месте не стал говорить о чем-то личном.
Алиса кивнула. Хорошенькое дело.. Она подумала пару секунд и спросила:
— Помнишь того умника, который знает все на свете?
Бернард недоуменно сдвинул брови.
— Ты рассказывал мне о нем тогда в кафе. Его имя еще начинается на «То», – Алиса пощелкала пальцами, делая вид, что пытается вспомнить. – Томас!
— Ах, Томас! – Бернард криво улыбнулся. – Мне кажется, я просил тебя с ним не встречаться.
— Прости, не сдержалась. Очень хотелось познакомиться с таким эрудированным ммм.. созданием.
— Угу, – хмыкнул Бернард. – И что он тебе поведал?
Алиса прислонилась спиной к деревянному столбу и посмотрела на друга.
— Ты не поверишь, – сказала она. – Оказывается, Томас очень хорошо знаком с твоим братом.
Лицо Бернарда приняло каменное выражение. Он помолчал мгновение, а затем спокойно сказал:
— Ты что-то путаешь. Они никогда не встречались.
— Встречались, Бернард, – Алиса продолжала смотреть другу в глаза. – Я точно знаю, что Таруз уже десять лет регулярно ходит к Томасу в гости. У них много общего. Томас, как и твой брат, очень хороший аналитик. Он помогает Тарузу с расчетами, дает советы относительно бизнеса. Кстати, именно Томас подсказал Тарузу идею открыть ресторан межпланетной кухни.
Бернард поднялся. Подошел к Алисе, сжал руками перила и процедил:
— Он врет.
Алиса смотрела прямо перед собой. Синие деревья склонялись над тропинкой, ведущей к янтарному домику. Белые облака плыли по оранжевому небу. Если не приглядываться, купола совсем не видно. Мнимая свобода, ненастоящая.
— Ты прекрасно понимаешь: ему незачем врать, – сказала она.
— Значит, есть причина, – отрезал Бернард. – Он врет! Таруз не стал бы скрывать от меня такое.
Куда делась его выдержка? Прошло всего два дня, а он уже успел измениться.
— Близкие не всегда честны друг с другом, – мягко заметила Алиса.
Бернард резко повернулся.
— Судишь по себе? – рявкнул он.
Алиса стиснула зубы. Пальцы сжали маленький серебряный домик. Бернард стукнул кулаком по перилам.
— Меня бесит все вокруг, – прорычал он. – Прости. Я не должен был на тебе срываться.
Алиса старательно изучала синюю листву.
— Уж лучше на мне, чем на Дароде, – пробормотала она.
Шутка вышла вялой. Бернард коснулся плеча Алисы.
— Прости, – повторил он. – Я бездушная сволочь.
Алиса повернула голову. На лице друга читалось сожаление.
— Мне тоже не нравится эта история, – сказала она. – Однако То.. Томас прислал ту записку сразу после встречи с Тарузом.
Бернард покачал головой. Он повернулся спиной к перилам, и теперь они с Алисой вместе смотрели в сторону его временного жилища.
— Что еще сообщил Томас? – ровным голосом спросил Бернард.
Алиса замялась. Пришел черед рассказать о самом важном – о мотиве Таруза.
— Говори уже, – попросил ирбужец.
Алиса посмотрела на друга.
— Это касается.. ммм.. Анастасии, той полной женщины.. – Бернард наморщил лоб. Алиса поняла, что ему нужно больше деталей. – Ну.. она еще запустила в тебя салатом.
Бернард кивнул. Его кулаки снова сжались. Алиса направила все усилия на то, чтобы голос звучал легко и беззаботно. Тот, кто их слушает, должен принять новости за обыкновенные сплетни.
— Представляешь, оказывается, бывший муж Анастасии повел себя не очень красиво во время развода.
Алиса стояла достаточно близко, чтобы увидеть, как напряглись мышцы на лице Бернарда. Но тем не менее продолжила.
— Он сделал вид, что переписал на нее дом, но при этом сам всегда оставался его законным владельцем.