Страница 25 из 41
– Леди Алексия, ну неужели, – сказал управляющий вместо приветствия. – Какое счастье, что вы живы! С вами всё хорошо?
Я утомлённо улыбнулась и шагнула внутрь – в нашу всё ещё бедную, неприлично обшарпанную обитель. Обернувшись, махнула Майгору, и тот, пожелав доброй ночи, тут же откланялся. Мы остались одни.
– Всё в порядке, – сказала Хайсу я. – Насколько это вообще возможно в таких обстоятельствах.
– Да, я слышал. Это огромное чудовище, это… – Мужчина запнулся. Смутился и спросил: – Но леди Алексия, как вы вообще выжили? Что там произошло?
Тут выяснилось закономерное – в массы ушла лишь часть информации. При этом упорно ходили слухи, что мы с Дрэйком погибли, что нас накрыло лавиной камней.
Хайсу было проще, с ним поделились информацией спецы господина Майгора – по его же, Майгора, приказу. Это случилось после того, как растащили камни и убедились, что мы действительно прыгнули в карман.
В общем, управляющий и обитатели особняка меня ждали – это было приятно.
Ещё приятнее – спустя несколько минут в холл выбежали практически все. Народ услышал стук, и вот. Я, учитывая поздний час, хотела отправить всех обратно, спать, но взгляд зацепился за Виргила, за нашего безопасника. Мужчина выглядел странно воодушевлённым. А потом в холле появились ещё пятеро, и всю радость с меня сдуло…
– А это кто? – обращаясь к Хайсу, выдохнула я.
Управляющий обернулся на незнакомых мне плечистых-здоровенных и сказал:
– Это отдельная тема.
Пауза, и продолжение:
– Лучше объяснит Виргил. Кстати, у него несколько новостей.
– Несколько?
Наш разговор слышали все. При этих словах на лицах обитателей особняка проступила тревога, и я едва не взвыла. Что ещё? Что опять происходит? Неужели нельзя прожить спокойно хотя бы один день?
– Что. У вас. Случилось. – Стараясь не рычать, громко спросила я.
– Всё хорошо, леди, – поспешил заверить Хайс. – Полагаю, вы будете рады.
Чему именно следует радоваться выяснилось через четверть часа – прежде, чем разговаривать разговоры, я затребовала кофе. Здесь, в особняке, он по-прежнему был мерзким, но я не роптала. Просто выпила эту чашку и, расправив плечи, отправилась в гостиную – я велела Виргилу подождать там.
Касательно незнакомцев – они ждали вместе с ним. Оказалось, что это такие же бывшие безопасники. Двое когда-то служили вместе с Виргилом, а трое состояли в личной гвардии лорда Рэйдса. В той самой, которая, по какой-то странной причине, сидела в особняке пока лорд погибал.
Я ещё не знала новостей, но от понимания с кем предстоит говорить, стало чуть легче. Хотя доверия эти вояки не вызывали.
Войдя в гостиную, я, для начала, кивнула всем собравшимся, а потом обратилась к Виргилу:
– Что за новости?
Их оказалось довольно много.
Во-первых, безопасник, выполняя моё поручение, побеседовал с каждым из обитателей дома, и слуг у меня стало меньше. Нежно любимая мною “грымза” попала под увольнение первой. Вместе с ней вылетела подружка, которую я помнила по пренебрежительному отношению, и двое мужчин.
Виргил категорически не верил в их лояльность, а при обыске личных вещей и комнат нашёл несколько ценных мелочей, которые однозначно принадлежали моему роду. А самое вопиющее – никто из этой четвёрки не приносил присягу. Этих слуг когда-то наняла Офелия, и служили они, прежде всего, ей.
– Я настаиваю на продолжении расследования, касательно этих людей. Они должны быть наказаны – хотя бы для того, чтобы другие знали и опасались.
Я медленно кивнула, и Виргил перешёл ко второй важной новости.
– Ваши счета, леди. За последние сутки на них поступили ощутимые суммы, в банке вам выделили отдельного клерка. И это, как понимаю, только начало. В вопрос вмешались правящие, и они не намерены отступать.
Тут я не выдержала и хищно оскалилась. Очнулись. Неужели!
Подумала, и тут же на себя прицыкнула – сколько можно держать обиду? Когда я уже угомонюсь?
“Когда правящие искупят все свои грехи?” – предположил невидимый Арти.
Вот уж не знаю. В отношении Рэйдсов они грешили слишком часто.
С другой стороны, и добра сделали немало. Без их поддержки мне бы было гораздо тяжелей.
– То есть у нас есть деньги? – резюмировала я.
Виргил кивнул.
– Нужно нанять людей и привести в порядок особняк.
– Сделаем, – отозвался безопасник. – Всё сделаем.
Вот и хорошо.
У Виргила оставалось что-то ещё, что-то мелкое, но я отмахнулась и уставилась на стоявшую в отдалении группу. Мужчины сразу приосанились и посерьёзнели, а сказал за всех высокий седеющий брюнет:
– Леди Алексия, если это возможно, мы бы хотели вернуться на службу.
К этому моменту я успела немного успокоиться, уровень подозрительности стал ниже. Но бывших сотрудников я буравила взглядом очень долго.
“Да ладно глупостями заниматься, – подал голос Арти. – Нормальные парни, и вылетели отсюда не по своей воле. Бери”.
Взять-то действительно можно, но личная гвардия мне, например, пока не нужна. Или нужна? Зато верные, преданные люди требовались однозначно. Без хорошей команды большую систему не построить.
Я заколебалась, а в итоге ответила:
– Хорошо. На испытательный срок.
Повисла пауза, а следом случился эффект дежавю. Такое уже было с Виргилом – меня видели, но не узнавали. Мужчины стояли и это самое неузнавание переваривали.
Я молчала, позволяя им принять новую реальность, и одновременно думая о другом.
Собственно о том, что я, во всей этой истории, упускаю. Вероятно это просто совпадение, а возможно и нет.
Рэйдсы. Род начал вырождаться довольно давно, но процесс, как по мне, шёл стремительно. И вот вопрос – если Рэйдсам “помогли”, то… почему выбрали именно их?
Занимайся нашим истреблением правящие, я бы поняла. У них был мотив в виде гигантской неприязни. Но правящие ничего не делали, просто “не мешали”. А тот, другой враг… почему выбрал именно нас?
Что в Рэйдсах такого особенного? Ведь богатых и магически одарённых родов много.
Я не планировала обсуждать вопрос с кем-то кроме Арти, но думала настолько активно, что с языка само по себе слетело:
– Что такого особенного в Рэйдсах? Почему нас убивали?
Мужчины пусть не сильно, но удивились. А седеющий брюнет даже ответил:
– Я не знаю, но у нашего командира была одна версия.
Я вскинула бровь, требуя продолжения, и мужчина сказал:
– Командир считал, что род владеет некой очень ценной вещью, или знанием. Скорее всего древним.