Страница 41 из 130
— Фестивале? Разве он не закончился в августе? — удивился Смолев. — Насколько я помню, если это ежегодный фестиваль искусств в Базеосе, то это июль — август? Но через два дня сентябрь закончится!
— В прошлом году так и было, — подтвердила управляющая. — Но в этом семья Базеос согласовала несколько дополнительных мероприятий: там и художественные выставки, и даже костюмированное представление из жизни монахов начала семнадцатого века, что построили этот монастырь четыреста лет назад. Говорят, целый спектакль часа на три! Кажется, это как-то связано с годовщиной основания монастыря. Называется, называется.. Сейчас, подожди, у меня программка есть, Катерина торопилась и оставила впопыхах на столе. Кстати, туда же уехали и Бэрроу. Лили жаловалась, что Джеймс весь август провел на раскопках и они пропустили все мероприятия фестиваля. Но сегодня они отправились туда всей семьей.. Так, я ищу программку, сейчас найду.. А, вот! Называется: «Тайна монастыря..» Э-э-э.. Тут по-гречески! «Тимиос ставрос», кажется!
— Животворящего креста? — пробормотал Смолев, быстро переведя название. — Очень интересно. Ну ладно, с Катериной понятно. Я тебе звоню по другому делу. Помнишь, генерал тебе говорил про Пушкина и Дюма?
— Да уж, — с чувством произнесла Софья. — Такое, пожалуй, забудешь! Кстати, вы оба мне обещали рассказать все в подробностях, а он улетел вчера в Афины, так ничего и не объяснив! Это просто нечестно!
— Так вот, — пропустив жалобу управляющей мимо ушей, произнес Смолев, — послезавтра к нам приезжает из Санкт-Петербурга профессор Крылов Василий Аркадьевич, историк, пушкиновед, известная личность в определенных академических кругах. Вот с кем ты и сможешь обсудить этот вопрос во всех деталях. Кстати, по удачному для тебя стечению обстоятельств из-под его пера вышла и замечательная биография Александра Дюма-отца. Надо сказать, что Крылов еще и блестящий знаток позднего средневековья, начиная с шестнадцатого века.
— Ого! — воскликнула Софья. — Надо же, какое совпадение! Вы знакомы?
— Разумеется, — подтвердил Смолев. — В свое время он меня консультировал по некоторым событиям итальянского позднего Возрождения. Я давно приглашал профессора к нам в гости на остров, но он жаловался, что научные труды не отпускают. А тут, видимо, выдалась оказия. На генерала, кстати, не обижайся, у него и своих дел по горло. Но он обещал, что на следующие выходные они подтянутся всем семейством, с Терезой и близнецами.
— Прекрасно! — обрадовалась управляющая. — Мы будем готовы, я распоряжусь. А Стефания? Она прилетит из Мадрида?
— Не знаю, — несколько сбившись, ответил Смолев. — Пока молчит, но должна быть..
— Не переживай, дядя Саша, обязательно приедет! Куда вы теперь друг от друга денетесь! — весело хмыкнула Софья, сразу же зажав себе рот рукой, но Смолев услышал.
— Так, Рыжая, смешки отставить! Нести службу бодро, ничем не отвлекаясь! Сначала надо доделать дела! — скомандовал он. — Я жду Антонидиса на завтрак, он еще не появлялся? Не звонил?
— Да он со вчерашнего обеда уже раз шесть звонил, дядя Саша, — негромко рассмеялась управляющая. — У него с нашими бывшими постояльцами бюрократической волокиты вагон и маленькая тележка. Вопросы разные задавал, данные уточнял, просил копии паспортов, сроки заезда. Караваеву, Астафьеву и Кондратьева отправили на материк с конвоем, там через наше Консульство будут оформлять их документы на экстрадицию по представлению Антонидиса. Так он сказал. Присмиревший Караваев за женой поехал, бедолага. Истомин в госпитале все еще лежит, и неизвестно, сколько пролежит. Месяц-то уж точно. Антонидис к нему по три раза в день пытается попасть, чтобы получить свидетельские показания, а главный врач его не пускает.. Жаловался, в общем.
— Понятно, — произнес Смолев. — Что остальные?
— Остальные уехали вчера после обеда, — ответила Софья. — Василенко увозили Злату почти под руки. Я ее видела: лицо черное, смотреть страшно. После известия о смерти мужа и обыска в номере она сильно сдала. Особенно, когда нашли портфель Литвинова, взломали кодовый замок и нашли доказательства, что он не только убил юриста, пытаясь отравить Астафьеву, но и от своей жены тоже планировал избавиться. Ты бы видел, как она рыдала! Мерзавец какой, скажи?
— Редкий, — подтвердил Смолев. — Что Василенко?
— У Руслана какие-то дела в Москве, как мне жена его сказала, а Злату они боятся одну оставлять, везут ее с собой в Москву, а оттуда уже домой. А Ильич и второй механик возвращаются в Питер. Через месяц Василенко приедут за Истоминым, надеются, что врачи его к тому моменту уже отпустят и он сможет сесть в самолет. Вот такой получился невеселый отпуск!.. А вам с Антонидисом завтрак на нижней террасе давным-давно уже накрыт, так что не знаю, где он ходит.. Ой, погоди, босс! Вспомни про старшего инспектора — он и появится!
И Смолев услышал, как перейдя на английский, Софья поприветствовала Антонидиса, видимо, появившегося у стойки ресепшн, и предложила пройти на нижнюю террасу, заверив, что хозяин виллы будет через три минуты.
«В самом деле, чего ждать!» — подумал Алекс, отключил телефон, сложил документы в две аккуратные стопки на столе и, покинув хозяйскую половину, отправился на террасу.
— Доброе утро, Теодорос, — бодро поприветствовал Смолев своего гостя, неловко переминавшегося у накрытого стола с ноги на ногу, словно не решаясь сесть за стол в отсутствие хозяина. — Присаживайтесь уже, давайте позавтракаем! Сегодня у Петроса, говорят, особенно удалась выпечка!
Антонидис, с несколько замученным и несчастным видом, поблагодарил его и занял место за столом.
«Укатали, похоже, Сивку крутые горки! Что-то он паршиво выглядит!» — подумал Алекс, искоса наблюдая за старшим инспектором, намазывая сливочным маслом горячий круассан и нацеливаясь на омлет с копчеными колбасками, пока подошедшая официантка Артеми разливала им в кружки дымящийся ароматный кофе из кофейника.
Какое-то время мужчины завтракали в молчании. Выпив пару кружек кофе, задумчиво раскрошив булочку над нетронутой рисовой кашей, старший инспектор вяло орудовал ложечкой в стеклянной пиале с белоснежным йогуртом, щедро политым тимьяновым медом.
— Вас можно поздравить с завершением дела, Теодорос? — наконец нарушил затянувшуюся паузу Смолев, вытирая замасленные пальцы бумажной салфеткой. — Я слышал, что вы отправили подозреваемых на материк? Ваша версия полностью подтвердилась?