Страница 14 из 56
Я не помнила, чтобы говорила ему именно это сегодня. Но за последние дни мы наговорили столько, что я могла забыть. Я сжала ручки пакета и посмотрела на мужа внимательнее.
— Ты знаешь, как зовут человека, которого я записывала в воскресенье?
Он задержался с ответом.
— Ты много кого записываешь.
— Сейчас одного.
— Я не обязан помнить все имена.
— Не обязан, — согласилась я.
Денис отвернулся. За воротами грузчик уронил пустой ящик, тот громко ударился об асфальт. Мы оба вздрогнули, потом замолчали ещё сильнее.
— Давай поужинаем, — предложил он. — В городе. Без выяснений. Я отвезу обратно, если захочешь.
Я представила, как сажусь в машину. Привычная музыка, мой платок в бардачке, его рука на коробке передач. Он закажет то, что мы всегда заказывали, расскажет про работу, и на короткое время мне станет легче. Потом мы вернёмся в разговор, из которого я уехала.
— Нет.
— Ты даже попробовать не хочешь.
— Сейчас не хочу.
— А что мне делать?
Он спросил без раздражения. Я услышала растерянность, которую знала слишком хорошо: так он спрашивал, когда Ася болела и не засыпала, когда приходила неприятная бумага, когда его мать отказывалась идти к врачу. Я обычно начинала придумывать.
На этот раз я сказала:
— Не приезжать, если я прошу не приезжать.
Денис посмотрел на меня долго. Потом кивнул и потянулся забрать пакет.
— Кофту оставь, — сказала я. — Раз привёз.
Он отдал. Мы не обнялись. Я прошла через проходную и обернулась только у поворота. Муж всё ещё стоял возле машины, как будто я могла передумать на обратной дороге.
Роман был у автомата с кофе. Я заметила его уже изнутри холла, когда он поднял стаканчик. Притвориться, что не вижу, было поздно.
— Всё в порядке? — спросил он.
Я показала пакет.
— Доставка домашнего быта. Муж приезжал.
Роман поставил стаканчик обратно под носик автомата, хотя кофе уже налился.
— Вы с ним уезжаете?
— Нет.
Он кивнул. Я ждала ещё одного вопроса, какого-нибудь осторожного выяснения. Он вместо этого посмотрел на пакет, который я всё ещё держала на вытянутой руке.
— Тяжёлый?
— Нет. Просто дурацкий.
Мне хотелось рассказать ему про тапочки. Услышать, что я имела право не сесть в машину. Он стоял близко, в обычной футболке, с недопитым кофе, и выглядел тем человеком, которому сейчас можно было бы всё сказать.
Я вспомнила, кому именно он должен был передать мои слова, и сама не заметила, как прижала пакет к животу.
— Вы знали, что он приедет?
Роман поднял на меня глаза.
— Почему я должен был знать?
— Вы спросили, уезжаю ли я.
— Вы сказали, что муж приезжал.
Он ответил ровно. Я не могла поймать ни одной лишней паузы. Значит, умел, когда хотел.
— Да, — сказала я. — Глупый вопрос.
Я обошла его и пошла к лестнице. Роман не последовал. Это тоже можно было считать хорошим приёмом: дать женщине отойти, чтобы она вернулась сама.
В номере я вытряхнула пакет на кровать. Кофта пахла домом. Я прижала её к лицу, рассердившись на себя за это движение, потом всё-таки надела. Рукава были длинные, на локте маленькое пятно, которое я так и не вывела. За дверью кто-то катил чемодан. Мне захотелось собрать свой и уехать к Тане, не объясняя никому, почему.
Я открыла расписание автобусов. Ближайший уходил через двадцать минут, следующий — через два часа. Времени хватало. Вместо того чтобы складывать вещи, я достала ноутбук и переслушала два утренних варианта вступления. Они были плохие, но хотя бы принадлежали мне.
Ни один мужчина не мог закончить их вместо меня.
Я надела наушники и начала заново.