Страница 77 из 148
А мне хотелось этого? Ну.… да, наверное. В конце концов, она моя жена, мне не сложно сделать что-то, что доставит ей удовольствие.
Или сказать, что мне понравилось смотреть, как она варила кофе, склонившись у плиты?
Нет, ерунда. У меня пока ещё осталось достаточно здравого смысла, чтобы не нести подобную чушь.
Аврора тем временем в последний раз проводит пальцем по краю панели и поднимает на меня глаза.
— Спасибо, — говорит сдержанно.
Вежливо. Мило. Именно этого, по логике, я и ждал. Чего ещё надо? Она заметила, поняла, поблагодарила, не устроила скандал, не заявила, что я пытаюсь купить её кофемашиной, не обвинила в очередной попытке контроля. Нормальная реакция. Более чем нормальная.
Но почему-то мне этого мало.
Хочется, чтобы она улыбнулась. Хочется увидеть в её глазах не осторожность, не вежливую настороженность, а что-то живое, тёплое, настоящее. И это желание раздражает настолько сильно, что я тут же меняю тему.
— Ладно, — говорю, проходя к холодильнику. — Посмотрим, что здесь есть.
Открываю дверцу. Так, что тут у нас... Сыр. Яйца. Контейнеры с чем-то, видимо, готовой едой, но без подписи она не представляет для меня никакой информативной ценности. Овощи. Холодное мясо. Банка с чем-то зелёным. Соусы, бутылки, ещё какие-то коробки. В общем, всего полно, но что с этим делать, я представляю слабо.
— Что именно ты ищешь? — спрашивает Аврора за моей спиной.
— Еду, — отвечаю сухо.
Она подходит ближе, и я мгновенно чувствую её рядом. Не касание даже — просто тепло, запах, движение воздуха... Приходится сделать вид, что меня занимают исключительно контейнеры. Аврора протягивает руку мимо меня, достаёт сыр, потом упаковку с чем-то мясным, затем какой-то контейнер с уже нарезанными овощами.
— Отойди, — велит спокойно.
— Что? — поворачиваю к ней голову.
— Отойди от холодильника, ты стоишь перед ним уже минуту и ничего не делаешь.
— Я вполне мог бы сам разобраться.
— Уверена, что мог бы. Но мне хочется поесть сегодня, а не к утру понедельника.
Отхожу чуть в сторону, Аврора достаёт что-то ещё, закрывает холодильник бедром и проходит к столешнице. Я остаюсь стоять с пустыми руками и некоторое время смотрю, как она двигается по кухне. Не суетится, не торопится, просто спокойно достаёт хлеб, нож, доску, включает маленький гриль или тостер — чёрт его знает, как называется эта штука, — раскладывает ломтики, добавляет сыр и мясо, сверху кладёт тонко нарезанные помидоры.
Смотрю на её спину, на небрежно собранные волосы, на тонкую шею… и у меня снова, как и утром, пересыхает в горле.
Женщина, которую я хотел сделать своей женой, потом ненавидел и презирал, потом всё-таки сделал, стоит на моей кухне, делает мне чёртовы горячие бутерброды. А я чувствую себя так, как будто получил что-то… что-то несоразмерно большее. Что-то не то, что я хотел, но при этом то самое — и, чёрт подери, я не могу понять… мне не хватает слов, чтобы объяснить самому себе, что именно я ощущаю в этот момент.
— Ты так часто делала? — спрашиваю неожиданно для самого себя.
— Что именно? — спрашивает Аврора, не поворачиваясь.
— Ну, готовила вот так, по-быстрому?
Она же росла, ни в чём не нуждаясь — богатая семья, помощницы по хозяйству. Сомневаюсь, что кто-то из тех женщин, с которыми я спал время от времени в последние годы, знает, с какой стороны подходить к плите.
Аврора кидает на меня косой взгляд, потом перекладывает бутерброды на тарелку.
— После того как осталась без привычной жизни, довольно быстро выяснилось, что еда не появляется из воздуха, — отвечает суховато. — Научилась.
— Ясно, — коротко киваю.
Жена ставит передо мной тарелку, потом садится напротив со своей. Беру, откусываю кусок…
— Вкусно, — поднимаю на неё глаза. — Правда. Спасибо.
— Не за что, — Аврора неловко пожимает плечами.
Повисает тишина, но не враждебная, а спокойная. Я смотрю, как девушка напротив меня, чуть нахмурившись, собирает пальцем крошки на столе, и думаю, как бы нам спокойно поговорить? Может, не начинать сразу с договора, а… не знаю… Чёрт! Как вообще люди начинают нормальные разговоры с собственными жёнами?
— Аврора, — произношу наконец.
Она поднимает на меня взгляд.
Именно в этот момент за дверью раздаются шаги, и на кухню заходит Альберт.
Как же невовремя, чёрт подери!
— Феликс Эдмундович, Аврора, — кивает нам обоим. — Простите, не знал, что вы уже вернулись. Что же вы не сказали, что нужно что-то приготовить!
Аврора мгновенно меняется в лице, чуть распрямляет спину, потом поднимается из-за стола.
— Всё в порядке, Альберт, спасибо, — отвечает тут же. — Я как раз собиралась к себе! Доброй ночи!
— Аврора… — начинаю, глядя, как она берёт свою тарелку.
— Я доем у себя, — качает головой жена и выходит из кухни.
— Простите, — доносится негромкое от Альберта, но я не слушаю.
Нет, я не могу её сейчас вот так отпустить! Встаю и быстро иду следом за ней.