Страница 127 из 148
Глава 43
Аврора
В машину я сажусь всё ещё не до конца пришедшая в себя.
Нет, не только из-за того, что произошло утром. Наверное. Хотя, конечно, в первую очередь из-за этого. Тело до сих пор кажется как будто немножко не моим. Каким-то слишком уж чувствительным, слишком взбудораженным… и одновременно отдохнувшим, как после отпуска.
Я то и дело ловлю себя на том, что смотрю на Феликса, который сегодня снова сел за руль сам.
А он, как назло, выглядит невозмутимо. Ну, почти. Может, черты лица чуть помягче. И взгляд другой — особенно когда он задерживает его на мне, останавливаясь перед светофорами.
— Тебе не холодно? — спрашивает, когда мы съезжаем с кольцевой.
— Нет, — отвечаю, натягивая на кисти рук длинные рукава свитшота. — А ты мне не хочешь сказать, куда мы едем?
— За город.
— Это я уже и сама догадалась, — хмыкаю, сгорая от любопытства. — А поподробнее?
— Не переживай, скоро узнаешь, — он улыбается, но почти сразу, вздохнув, снова сосредотачивается на дороге.
Мы едем не слишком долго, но город постепенно остаётся позади, спальные районы сменяются коттеджными посёлками, редкими лесополосами, широкими участками с заборами и воротами. Я уже собираюсь ещё раз спросить, далеко ли нам ещё, но тут Феликс сворачивает один раз, другой, и тормозит перед высоким деревянным забором. Глушит мотор, и я только тут замечаю, что у него немного изменилось выражение лица, а пальцы как-то слишком уж крепко сжимают руль, особенно если учесть, что машина уже не двигается.
А потом до меня доносится лай!
Громкий, густой, многоголосый.
— Феликс?! — резко поворачиваюсь к нему.
— Я говорил, что хочу подарить тебе собаку, — он наконец снимает руки с руля, откидывается на сиденье.
— Ты серьёзно? — во все глаза смотрю на него. — Ты привёз меня выбирать собаку?!
— Щенка, если точнее.
За забором снова раздаётся лай, поближе, а потом — совсем близко — какое-то низкое, басовитое «вуф», от которого даже у меня внутри всё подпрыгивает. Мне на секунду кажется, что и Феликс вздрагивает, хоть я не могу утверждать наверняка.
— Послушай… Мы можем уехать, — говорю тихо.
— Я не для того ехал сюда почти час, чтобы развернуться у ворот, — качает головой он.
— Ты боишься собак.
— Я не люблю собак.
Закатываю глаза и вперяюсь в него скептическим взглядом, сложив руки на груди.
— Ладно. Хорошо. Боюсь, — говорит коротко. — Но это не повод лишать тебя того, чего ты хочешь.
У меня от этой фразы всё внутри сжимается от такой нежности, какую я по отношению к этому человеку ни разу ещё не испытывала.
— Я не собиралась требовать у тебя щенка, — произношу мягко.
— Я знаю, — слегка улыбается Феликс, наконец поворачиваясь ко мне. — Поэтому мы приехали не покупать, а смотреть. У тебя будет время подумать, выбрать другую породу или другого заводчика.
— А что за порода? — теперь меня накрывает нетерпением.
— Пойдём, сейчас всё узнаешь, — он вылезает из машины, обходит её, открывает мне дверь, подаёт руку.
Я сжимаю его ладонь и не отпускаю, когда выхожу. У меня такое ощущение, что ему, кажется, самому сейчас нужен этот контакт, только просить об этом он, конечно, не будет никогда в жизни.
Мы подходим к открывающимся воротам, где нас встречает женщина лет пятидесяти, мне сразу же как-то импонирует её открытое приветливое лицо.
— Добрый день, добрый день! — говорит дружелюбно. — Вы Феликс Эдмундович? И Аврора? — переводит взгляд на меня.
Я киваю, улыбаюсь.
— Очень приятно, — улыбается она в ответ. — А меня зовут Лидия Павловна, можно просто Лидия! Проходите. Только не торопитесь, ладно? Мои красавчики, конечно, добрые и воспитанные, но иногда уж очень громко встречают гостей. Берны вообще считают, что любой человек появляется тут исключительно ради них. Хотя в целом так оно и есть, правда? — весело фыркает.
— Берны? — переспрашиваю я.
— Бернские зенненхунды, — поясняет Лидия. — Вы пока только знакомитесь с породой?
— Да, — кивает Феликс. — Окончательное решение будет принимать моя жена.
Женщина переводит на меня взгляд и улыбается.
— Ну что ж... тогда пойдёмте, посмотрим!
Территория за забором оказывается большой и удивительно уютной — аккуратные дорожки, широкий газон, просторные вольеры, крытая веранда, несколько деревянных лежаков в тени. И собаки! Огромные, чёрные, с блестящей на солнце шерстью, белыми «манишками» на груди и рыжими подпалинами.
Одна взрослая собака лежит у крыльца, подняв голову. Другая стоит у ограждения и машет хвостом так, что вся задняя часть ходит ходуном. Третья подходит к хозяйке, важно садится рядом, глядит на нас умными карими глазами.
— Какие они… — начинаю восхищённо, но не могу подобрать слова. — Они как… медведи…
— Только любвеобильные и воспитанные, — шутливо говорит Лидия. — Ну, в основном.
Феликс напряжённо косится на ближайшую собаку.
— В основном?
— Ну, тапки иногда не выдерживают такого количества любви, — весело сообщает женщина, и я невольно прыскаю.
— Сначала познакомлю вас с Норой, — говорит Лидия и кладёт ладонь на голову сидящей возле неё собаки. — Ей уже пять лет, она спокойная, очень деликатная. Без команды не полезет, не прыгнет. Можете подойти, поздороваться.
Я крепче сжимаю руку Феликса, кидаю на него короткий взгляд, но лицо у него ничего не выражает. Во всяком случае, никаких негативных эмоций или опасений.
— Можете ей ладонь протянуть, если хотите, — подсказывает заводчица. — Только не сверху опускайте, а снизу подносите. Она понюхает и сама решит, как знакомиться.
Феликс отпускает мои пальцы и отступает на шаг — словно давая мне свободу действий. А я протягиваю ладонь Норе, которая деликатно тычется носом мне в пальцы.
— Какая же ты хорошая девочка, — говорю мягко, присаживаясь перед ней и аккуратно почёсывая шею. — А какая красивая!
Нора, словно согласившись с моими словами, довольно вываливает язык, и я смеюсь, не удержавшись, а потом оборачиваюсь на Феликса.
Он продолжает стоять на месте. Как будто бледнее обычного, очень собранный, руки убраны в карманы, взгляд прикован к собаке. Но не отступает и не уходит.
— Подойдешь? — спрашиваю у него тихо, тем более что заводчица отвлеклась на ещё одного подбежавшего к ней пса.