По моим правилам

Глава 29

Марина Хомяк

— Как же все бесит! — рявкнула я, в последний момент успевая все-таки затормозить руку и не швырнуть о стену колбочку с испорченным составом — Бесит!

И это злосчастное «бесит» за последние несколько дней я повторяла не впервые.

Бесило и правда многое.

Первым делом, бесило затишье. потому что что-что, а терпение в мои добродетели вовсе не входило. ну не умею я выжидать! Уж лучше пусть грянет буря, чем томительное ожидание, полное неизвестности.

А именно в этом треклятом ожидании я теперь и находилась, не понимая, когда-же все-таки разверзнется небо и земля содрогнётся от ярости капитана.

И пусть под ногами была и не земля вовсе, а металл и пластик пограничного корвета, но вряд ли это как-то влияло на градус злости соторнца. Однако-ж…

С того самого мгновения, как я, притиснутая к стене и раздавленная собственными неконтролируемыми эмоциями, нашла-таки в себе силы произнести всю ту непролазную чушь, он… просто пропал! Хотя, после всего сказанного, я ожидала совсем другого.

'Это белье не для Вас! Это… просто. На всякий случай. Да! Потому что я тут надолго, а на корвете, между прочим, толпа привлекательных мужчин! Не в пример Вам…'

Недоверие в неоновых глазах сменилось подозрительностью. Затем напряжением. А затем… затем выражение его лица скрылось за нестерпимым миганием хромодермы. Только пальцы сильнее сжались на моих плечах, а нос с громким свистом втянул в себя наэлектризованный воздух. И все.

Тишина. Ни слова больше. Ни одного упрека. Ни единого вопроса.

Кажется, именно эта тишина и стала катализатором для моей злости.

'Узнавала о Вас⁈ Готовилась к встрече⁈ Не слишком ли Вы высокого о себе мнения, капитан Со-Тан? Да даже на этом корвете я найду два десятка куда более интересных мне мужчин, нежели Вы, с Вашим навязчивым… преследованием! Или думаете, что предъявляя мне все эти обвинения Вы загоняли меня в угол? А там, перед судом, я не откажусь напоследок, слегка пошалить? Не брезгуя предложенным «некондидом»? С надеждой на понимаение и поблажки? У нас, на Земле, порой тоже такое случалось. Но раньше я такое только в криминальных сериалах видела. Как какое-нибудь местечковое руководство чего-то-там, вместо того, чтобы проводить расследование, решает просто списать все внештатные ситуации на… ну, в нашем случае на землянку. Ну и самому напоследок с ней развлечься…'

— М…м…м… — вслух застонала я, припечатывая кулаком металл лабораторного стола — Вот же…

От стыда щеки нестерпимо пылали. Вспоминать все, что я успела наговорить, было по меньшей мере неприятно. И вот теперь, когда я ждала вполне заслуженного возмездия, вместо оного я получила… тишину.

Не вязалась эта тишина и с обвинением меня во всех происходящих на борту в неприятностях. После услышанного в вентиляции, я бы больше была готова к усугублению ситуации, однако, вместо этого неожиданно ощутила легкое потепление со стороны негативно настроенной части команды.

Голодать мне больше не позволили. Теперь трижды в день кто-то из службы безопасности корректно стучал в лабораторию и очень вежливо провожал до столовой. И вот там, внезапно, вместо полных презрения взглядов и демонстративного пересаживая за соседние столы, я столкнулась со слегка виноватыми улыбками, проявлениями галантности и робкими попытками наладить общение. Все были предельно вежливы, внимательны, предупредительны и дружелюбны!

Понимаете, насколько это все меня напрягало? Особенно в условиях того, что я — то прекрасно знала, как на самом деле относятся ко мне соторнцы. ' Во всем виновата Хомяк' — это я помнила отлично. Так что, всеобщее резкое любвеобильное состояние нестерпимо попахивало либо двуличностью, либо каким-то очередным планом. Тем самым, по которому ' просто наблюдаем, загоняем в ловушку и ждем'. Жаль только посоветоваться мне было не с кем.

Со-Хан куда-то пропал. Не появился ни на следующий день, ни через сутки. Ни даже три дня спустя. А идти его искать в инженерный отсек я не рискнула, боль привлекать к нашему общению лишнее внимание.

Зато хомяк настойчиво крутился под ногами, отказываясь куда — убегать по своим извечным хомяковым делам. Теперь юркое животное почти все свое свободное время проводило подле меня, начиная, кстати, слегка напрягать своим вредительством. Всего за несколько дней я уже трижды активировала экстренную очистку воздуха, из-за разбитых им опасных реагентов. Дважды он разливал по столу опасные яды, которые доведись мне вляпаться в них рукой, убили бы меня прямо через кожу. Куда-то вечно девалась коробка с респираторами и перчатками. Оказывались не на своих местах колбы и баночки с реагентами. Причем в наглом утаскивали последних я даже буквально за лапу поймала рыжего наглеца. Но как с ним при этом с ним быть просто не представляла. Чужой питомец был не просто непоседливым, но и излишне навязчивым. Лез под руку, залезал на столы. Отказывался сидеть в коробке. Как изолировать шебутного зверька я придумать не могла. Размером больше земной кошки, он без лишних усилий выбирался из ящиков. А никакой клетки у меня под рукой просто не было. Как и хозяина негодника, которому я бы теперь с превеликим удовольствием вернула безобразника.

— Вот куда ты опять влез? — ахнула я, едва успевая подхватить пушистую попу и с усилием вытаскивая из цепких лапок маленькую колбочку с опаснейшим ядом цветов укары — Откуда ты это вытащил? И… кстати, прочему она была в этом контейнере? Черт… не понимаю. Как будто кто-то хозяйничает без меня в лаборатории. Меняет этикетки, переставляет ингредиенты… У меня же всегда во всем был неукоснительный порядок. А из-за этих нервов, не иначе…

Да-да. Из-за нервов. Точно. Ну, и из-за гормонального сбоя, судя по всему.

Последний был прямо вишенкой на торте моей неадекватности. Еще бы! Мои долгожданные критические дни задерживались на добрые пару недель!

Нет, особо я не нервничала. Когда удаляла противозачаточный имплант перед полетом на Соторн, меня предупреждали о возможных сбоях. Но не избавиться от него все равно было нельзя — законы Соторна строжайше запрещали любые препараты, препятствующие возрождению расы.

'Имейте в виду, что после удаления цикл может скакать в пределах полугода' — увещевал меня доктор — землянин на Фирби. Которого я через третьи руки с трудом нашла на планете, где оканчивала Университет.