Страница 65 из 129
Глава 40. Этого не может быть!
Открылась дверь, и по палате на миг брызнул свет. Вновь сомкнулся ночной сумрак, лишь приборы неровно считывали стук моего умирающего сердца. Да боль вновь сковала мышцы, как бывало днем, в промежутке между регулярным снотворным и обезболивающим.
Моменты бодрствования становились все короче, и я стала путать их со сновидениями — обычно кошмарами, в которых я горела. Лекарственный запах погружал в депрессию.
Вошедший гость неспешно подошел к кровати, присел на стул.
Не сестра, не мама, не бабуля. Мужчина с лицом друга. Мой браслет противно запищал: я пыталась вспомнить сквозь усталость, что должна в этом случае сделать.
Гость сжал мою ладонь, вырвав у меня вздох внезапного физического облегчения и на глазах слезы. Страх отступил, накатила слабость и почти ушла боль.
Я повернула голову, но из-за медикаментов зрение было замутненным.
Светло-золотистые волосы, лицо красивое, как у ангела. Белого халата нет, значит, не врач. Молодой мужчина знакомой наружности. И почему-то от него веяло холодом смерти.
— Ты пришел забрать меня на небеса?.. — сухость в горле мешала говорить.
Брови гостя удивленно взлетели вверх.
— Пока нет, но уже скоро, прелесть моя, — очаровательно улыбнулся он, и его имя заплясало на кончике моего языка. — Я пришел забрать кое-что другое. И тебе ведь уже полегчало, верно?
Верно. Он забрал мою боль. И, кажется, страх, потому что внутри разливалось спокойствие, которого так мне не хватало. Я все время боялась смерти, а теперь уже нет.
— Я должна буду отдать за это душу?.. — прошептала я, потому что вспомнила, что браслет сигнализирует о приближении демона. У меня есть около десяти минут, чтобы отойти на безопасное расстояние или сообщить Совету.
Ангел тихо рассмеялся.
— Ты уже даешь мне все, чего я хочу. Я облегчу твои последние дни, ты не будешь страдать, — пообещало сновидение перед тем, как тихо и ненавязчиво исчезнуть, растворившись в пространстве.
Браслет умолк. Я провалилась в сон, больше напоминающий кому.
Утром я всегда думала, что мне всё приснилось. Если б демон решил меня навестить, это был бы Викто́р.
Но он не знал, что я здесь. Я ничего ему не сообщила, сделала другой выбор. Должна же я была, наконец, сделать правильный.
Я лежала в самой обычной больнице под капельницами, получая стандартное человеческое лечение, которое, разумеется, не помогало.
Эх, как же мне хотелось, открывая глаза по утрам, увидеть обои в цветочек в собственной комнате. Услышать счастливое пение Олеськи с кухни и безмятежный смех Сонечки. Учуять запах свежих блинов и выпить шоколадного молока.
Но запах лекарств, электронный писк приборов и воткнутые иглы жестоко возвращали меня в реальность: я все еще в больнице, все еще больна и, вероятно, скоро умру.
Скоро — значит очень скоро. Я думала, у меня есть еще несколько недель, но жизнь вдруг стала уходить из меня с огромной скоростью.
Как будто действие лекарства Азавеля здорово замедляло процесс, даже останавливало его на время. И теперь, без него, проклятие набирало обороты вдесятеро быстрее.
Я поступила в больницу неделю назад и отсчет моей оставшейся жизни шел уже на часы. Никто не ожидал, что болезнь так стремительно мной овладеет.
И каждую ночь меня навещал ангел, будто предвестник смерти.
— Проснулись, дамы? — доброжелательный голос медсестры окончательно вырвал меня из сна.
Яркий солнечный свет залил помещение, когда девушка в светло-кремовой униформе раздвинула портьеры, заставив меня сощуриться. Из коридора повеяло хлоркой: уборщица интенсивно мыла полы.
Когда медсестра поставила мне новую капельницу, выдала по градуснику мне и моей соседке и ушла, старушка Вера Степановна, лежавшая в одной со мной палате, заворочалась и ворчливо закряхтела:
— Берегись, девочка, ночного гостя. Он же всю душу из тебя выпьет, гони его…
— Что вы сказали?.. — удивленно посмотрела я на старую женщину.
Она что, видела моего белокурого посетителя? Так он был реален?
Вера Степановна тоже доживала последние дни, но, в отличие от меня, ей было уже за восемьдесят. Желтоватые волосы когда-то, наверное, были рыжими, но теперь поблекли и поредели.
Старушка грустно улыбнулась мне.
— Я по больницам уже не первый год кочую! Сплю плохо, так что наблюдала порой странности вроде твоей. Приходит сам дьявол в разном обличии и забирает жизнь тех, кто не сопротивляется, — Вера Степановна нравоучительно подняла указательный палец, придавая вес словам. — Обещания у него такие сладкие, обволакивающие. Пациентам вроде даже легчает вначале… — она обвела взглядом стены, словно в них затаился враг, — но затем они очень быстро умирают.
Противные щупальца страха вновь сжали мое горло.
— Вы видели ночью кого-то возле меня, да?
— Будь уверена, если он явился тебе, значит, жить осталось считанные дни, — посмотрела на меня старушка поверх очков, крючок и наполовину связанный носочек в ее руке задрожали. — На твоем месте я бы попросилась в другую больницу.
Похоже, Вера Степановна верит, что стала свидетелем чего-то сверхъестественного. Кто же это мог быть?
Мне было трудно мыслить: лекарства дурманили голову будьте-нате. Но, опустив глаза на браслет, я осознала, что меня мог навещать демон, причем, похоже, не Азавель.
Кто он и что ему было нужно? Опять вертелся ответ на кончике языка, но сосредоточиться в моем состоянии стало так трудно…
В следующий раз… нужно нажать на кнопку в следующий раз, когда демон появится. Вызвать Стража, заявить о нарушении границ. Совет не помог мне убрать метку, но уж от демона-то они меня защитят?
И, словно Вселенная услышала мои стенания, после завтрака медсестра сообщила, что ко мне посетители.
Когда в палату степенно вошла полнощекая Василиса Борисовна в сопровождении Стражей, я похолодела. Веру Степановну как раз увезли на МРТ, так что время для разговора о сверхъестественных вещах было выбрано идеально.
Да черт бы их подрал! Неужели сигнал с браслета все-таки им поступил? Я и так умираю, неужели они и теперь предъявят мне обвинение в сговоре с демонами?! Я никого из чертей не звала!
Василиса Борисовна скептически оглядела меня и подняла бровь при виде капельницы.
— Помогает? — кратко спросила она, как-то позабыв, что можно и посочувствовать умирающей.