Пёс императора

После посещения Иниго Гектор быстро заскочил в отделение, где его ждал прежний дознаватель, Томаш Кин. Старика временно отправляли в другой поселок, на теплое и беспроблемное местечко, но, несмотря на это, он был недоволен – привык к Тилю, почти всю жизнь здесь жил, и срываться в неизвестность ему не хотелось. Но лишних вопросов он не задавал, понимая, что речь наверняка идет о какой-то специальной операции комитета, в которую лучше не лезть, целее будешь.

Седой и лохматый, как одуванчик, с блестящей лысиной и морщинистым лицом, невысокий, но крепкий старик казался простым и недалеким, однако Гектор прекрасно сознавал, что это впечатление обманчиво. И даже немного завидовал Томашу – ему самому давно не удавалось скрывать собственный интеллект, слишком уж наслышаны были жители Альганны о его успехах. А притвориться дурачком иногда очень хотелось.

— Вот, гляди, – сказал Томаш, проводя Гектора в небольшое помещение, заставленное шкафами, полными книг и папок, – здесь архив. Все накопившееся за время существования Тиля тут хранится. Никаких охранных заклинаний нет, ибо на кой демон это надо, старые уголовные дела воровать.

— Положено, – усмехнулся Дайд. Он прекрасно знал, что дознаватели маленьких поселков и даже городов пренебрегают техникой безопасности, но бороться с этим было бесполезно – все равно что воду в ступе толочь. – По инструкции.

Томаш скептически хмыкнул.

— Если все делать по инструкции, свихнешься. Впрочем, если хочешь, можешь озаботиться и поставить охранку. К Моргану обратись тогда, он тут единственный нормальный маг, остальные..

— А Зак Иниго?

— Ну.. так. – Старик пожал плечами. – На безрыбье, что называется. Пока Рида не было, все к нему обращались, теперь же не советую. Зачем делать плохо, если можно сделать хорошо?

Гектор не выдержал и рассмеялся.

— Согласен. Но что же Иниго тогда ставку врача занимает? Это ведь нарушение.

— Нарушение. Только вот прежде чем что-то предпринимать по этому поводу, ты у Моргана поинтересуйся, надо ли оно ему. Пока Зак числится местным лекарем, он не так воняет, а если его потеснить, дерьмо из всех дырок попрет. Нам всем тут еще жить, знаешь ли. Что такое эта ставка? Оклад небольшой, да и все. У Моргана и так пациенты есть, и без ставок, зачем ему с Иниго ссориться? Тем более Зак к Тайре неравнодушен, еще тронет, не дай Защитник. Он трезвый хоть соображает, пусть с перебоями, но понимает что-то. А ежели выпьет – все, с катушек слетает. Один раз по пьяной лавочке полез к ней, позорище.. Морган потом его перелом лечить отказался.

— Так сам же и ломал, наверное?

— Да щаз, – фыркнул старый дознаватель. – Тайра постаралась. Она ведь тоже маг. Отшвырнула этого дурака от себя, он упал неудачно и руку сломал. Приходил ко мне потом, конечностью тряс, требовал дело против Моргана завести за причинение тяжкого вреда здоровью.

Томаш Кин

Гектору было и смешно, и неприятно. Смешно от нелепости этой истории, а неприятно за Тайру. Почему-то он не сомневался, что ей не нравится внимание Зака Иниго.

— И что же, завели дело?

— Не-а. Я сказал, что если и заводить дело, то на него самого – за домогательства. Он и утих. Ты с ним построже, а то на шею сядет и поедет, натура у него такая.

— Что ж, с Иниго мне все ясно. – Гектор скрестил руки на груди, внимательно глядя на собеседника. – А что о Моргане думаете, уважаемый Томаш?

— А тебе как будто в поселке про них с Тайрой не рассказали все, что только было можно и нельзя, – усмехнулся старый дознаватель. – Ну, не рассказали разве?

— Рассказали. Но мне интересно, что думаете вы.

— А что тут думать? Не преступники они, а остальное – их дело.

— А молодой парень, который с ними живет последнюю неделю? Он кем Риду приходится?

Томаш слегка прищурился.

— Сын его друга из Альтаки. В Тайру влюблен по уши, глаз не сводит. Если наведаешься к ним, сам увидишь.

— А она?

Гектору захотелось треснуть самому себе по лбу, еле сдержался. Вот какое это отношение имеет к расследованию? Можно было бы и не спрашивать!

— Увидишь, – повторил Томаш, улыбнувшись.