Страница 45 из 115
Первый раз Рид удрал из Грааги вместе с будущей женой, какое-то время они переезжали с места на место, потом осели в одном южном городке. Через десять лет, почти сразу после того, как ослепла его дочь, Морган перебрался еще южнее. И наконец, три года назад Риды переместились на север, практически к Геенне под бок, в небольшой поселок Тиль. Пока Кристоф не находил ни одной причины для подобных переездов, и Гектор, признаться, тоже. Люди переезжают с насиженных мест по работе или по состоянию здоровья, но это явно не случай Моргана. Более того, ему было совершенно невыгодно бросать предыдущую работу в престижной городской больнице и срываться в крохотный Тиль, где всего одна ставка врача, и та занята Заком Иниго. Да, кстати, за три прошедших года этот Иниго умудрился написать на Рида штук десять доносов. Их Кристоф тоже прикрепил к делу, и Гектор прочел все, ехидно усмехаясь: от них за километр несло завистью, злобой и желанием насолить удачливому соседу. Он много раз видел подобные доносики, в третьем отделе их называли вшивыми.
Что же касается Амеро Альцириус, умершей в тот же день, что и жена Моргана.. Ее старшая сестра, взглянув на магпортрет Таисии, упомянула, что видела портрет похожей девушки в комнате Амеро после ее смерти. Но он, естественно, не сохранился, как и другие вещи, слишком много времени прошло. А на вопрос, что связывало Амеро с Ридом, женщина ответила и вовсе любопытное: «Влюблена она была в него как кошка. Что у него на душе было, я понятия не имею, но связываться с Ами он не хотел поначалу. Потом то ли передумал, то ли она сумела как-то его заставить. Я не знаю, что там случилось, мы с ней никогда не были настолько близки, чтобы она мне все в подробностях рассказывала».
Гектор задумчиво прищурился, вновь и вновь читая эту фразу: «Она сумела как-то его заставить». Вот интересно: и как же? И почему Морган не пожаловался? Ну ладно, преподаватели и дознаватели, может, он не желал девушку обижать. Но ведь своим университетским товарищам Рид тоже ничего не говорил.
Странно это все. И попахивает методами его высочества Аарона – принц умел заставлять людей делать то, что ему хотелось, так, чтобы никаких жалоб ни у кого не возникало. Может, от Аарона Морган и сбежал куда подальше? Да, это весьма вероятно, но дальше – какая-то бессмыслица..
В общем, без визита в Тиль здесь явно не обойтись.
— Доброе утро!
Гектор поднял глаза от отчета Кристофа и улыбнулся, увидев в дверях Кэт. Яркое солнце, льющееся в окно, освещало ее тонкую фигурку, золотило волосы, делая их светлыми и почти прозрачными, как пух у маленького птенца.
— Доброе, Кэти. Заваришь мне чаю? Я уже выпил одну чашку, но хочу еще.
— Да, конечно, – ответила девушка, подходя к столу. Сегодня Кэт была в обычном повседневном платье серого цвета, которое Гектор видел много раз, и, если бы не солнце, то она вновь превратилась бы в невзрачную мышку. – А.. вы завтракали?
— Завтракал, – кивнул Дайд. – Но если ты принесла с собой что-нибудь вкусненькое, не откажусь.
Кэт явно обрадовалась. Гектор давно понял, что его секретарь обожает опекать окружающих и заботиться о тех, кого любит, и с удовольствием позволял ей делать это. Да и Финли подобная забота нравилась, хотя он иногда взбрыкивал, когда Кэт отказывалась готовить ему кофе, настаивая на том, чтобы он сначала поел.
Через минуту девушка принесла и поставила на стол чашку горячего чая и вазочку с маленькими солеными крекерами из пекарни напротив комитета. Гектор, задумавшись, мог съесть такую вазочку целиком за несколько минут и даже не заметить этого.
— Спасибо, детка, – сказал дознаватель и потянулся за портсигаром. Услышав негромкий сердитый вздох, поднял голову – и наткнулся на укоризненный взгляд.
— Когда же вы наконец бросите курить.. – пробурчала Кэт недовольно и скрестила руки на груди. – Это вредно!
Гектор, в очередной раз умилившись этой заботе о его здоровье, встал из-за стола, подошел к Кэт вплотную, одну ладонь положил на талию, а второй ласково провел по щеке девушки, спускаясь к шее.
— Нет ничего вреднее моей работы, Кэти, – сказал он с улыбкой. – Сигары – это так, мелочи. Но я обещаю, что брошу курить, когда женюсь на тебе.
От удивления она открыла рот и распахнула глаза.
— Да?
— Конечно. – Дайд наклонился и прошептал ей на ухо: – Когда стараешься над зачатием ребенка, лучше не курить и не пить. – Щека рядом с ухом стала багровой, и Гектор, усмехнувшись, коснулся губами виска. – Но это потом. А пока я собираюсь еще немного подкоптить себя изнутри. Не сердись, детка.
Он уже хотел отойти, когда Кэт вдруг повернула голову, подставляя для поцелуя губы, и Дайд воспользовался этим, несколько мгновений ласково изучая маленький рот. От девушки пахло чем-то сладким, напоминающим клубнику, и целовать ее было приятно.
— А вечером.. – выдохнула Кэт, когда Гектор отпустил ее. – Вечером мы с вами?..
— Сегодня – нет. Сегодня у меня дела. Нужно продолжать расследование по линии Императорского театра.
Наверное, зря он это сказал. Кэт неожиданно из ярко-малиновой превратилась в бледно-зеленую, и плечи опустились, и глаза потухли, в них даже появилось затравленное выражение.
— Что такое, Кэти? – Дайд вновь подошел ближе и обнял девушку. – Почему ты расстроилась?
Она опустила голову и пробормотала:
— Нет-нет, ничего.. Все в порядке, правда..
— Я вижу. – Гектор хмыкнул. – Ну-ка, посмотри на меня. Да, вот так лучше. А теперь признавайся. Ревнуешь?
Она вновь порозовела.
— Немного, – прошептала смущенно. – Мы в прошлый раз заходили к Элен и.. Она такая красивая. И она с вами заигрывала, я заметила. Просто я по сравнению с ней..
— И кто вбил в твою прекрасную головку эту неуверенность в себе? – поинтересовался Дайд недовольно. – Кто-то внушил тебе, что ты хуже других. Верно?
Кэт поморщилась и, отведя взгляд, кивнула.
— В приюте. Я влюбилась, а он..
— Ясно. А теперь посмотри на меня, Кэти. Внимательно посмотри. Что ты видишь?
Кажется, она не поняла.
— Вас.
— Понятное дело, что меня. И какой я? Очень красивый? Или все-таки не слишком? Длинный и худой как жердь, еще и бесцветный совершенно. Меня в школе даже глистой дразнили, а в институте – змеей на ножках.
— А мне вы нравитесь.. – сказала Кэт тихо, и Гектор кивнул.