Страница 33 из 115
— Посмотри на меня, – перебил ее Дайд, придвигаясь ближе. – Сейчас же, Кэти. – На щеках девушки появилось два красных пятна, но теперь она послушалась. – Я хочу поцеловать тебя. Сейчас. Я должен стыдиться? – Пятна начали увеличиваться, и распахнувшиеся глаза – тоже. – Ответь мне. Я должен этого стыдиться или нет?
Гектор услышал, как упала на пол оторванная пуговица, а затем почувствовал ладони Кэт на своей груди.
— Нет.
На этот раз он целовал ее гораздо дольше и глубже, чем в театре, а она гораздо смелее гладила его по спине и волосам, тихонько то ли всхлипывая, то ли постанывая, и сердце ее колотилось еще быстрее, еще взволнованнее.
Отстранившись, Гектор с улыбкой взглянул в абсолютно малиновое от смущения лицо девушки, и подумал, что Урсула права и ждать не стоит. И дело не в том, что Кэт могут увести, это как раз не проблема. Просто с ней нельзя делать то, что сейчас делал Гектор, не рассчитывая потом жениться.
— Я опять как вата, – прошептала девушка и тоже улыбнулась. – Это я так работать не смогу.
— Сможешь. Но прежде чем мы с тобой вернемся на рабочие места, я хочу задать тебе вопрос, Кэти. Когда я закончу расследовать дело о заговоре против императора, ты выйдешь за меня?
Глаза у Кэт полезли на лоб, и дышать она перестала вовсе. И не отвечала ничего секунд пятнадцать, глядя на Гектора так, словно увидела спустившегося с неба Защитника.
— Мне повторить? – поинтересовался он иронично и, чтобы привести девушку в чувство, опустил ладонь с ее талии на бедро. – А то ты, кажется, не расслышала.
— Рас.. Я..
— Можешь ответить не сегодня и даже не завтра. Думай хоть до окончания расследования. Я просто решил озвучить вопрос.
Кэт кашлянула, опустила на мгновение глаза, а потом, подняв их вновь, тихо поинтересовалась:
— Вы правда этого хотите?
— Правда.
— Но..
— Кэти, детка, – Гектор засмеялся и покачал головой, – не надо никаких «но». Либо «да», либо «нет». И не обязательно сегодня, можно..
— Да, – перебила она его. – Если вы правда этого хотите – да. Тут и думать не о чем.
— Не о чем? – Дайд шутливо поднял брови. – А как же Роджер?
Кэт насупилась, сразу став похожей на маленькую девочку, и у Гектора защемило в сердце. Защитник, ну какое ей замужество, тем более – главный дознаватель Альганны.. На что он ее обрекает?
— А Роджер пусть идет к демонам. Я на него обиделась, – буркнула Кэт.
— Я понимаю. И вот еще что, Кэти. Никому ничего не говори до окончания расследования. Я скажу своим родным, но больше..
— Разумеется. – Она важно кивнула. – Ни одной живой душе не скажу. Честное слово.
— Очень хорошо. – Гектор поцеловал свою новоиспеченную невесту в щеку и отпустил ее, отсев на прежнее место. – Давай теперь к делу. Я вчера просил подготовить мне документы на мужское имя. Сделала?
— Да, конечно, – ответила Кэт, почему-то вновь смутившись. – Сейчас принесу.
Через полминуты Дайд понял, отчего девушка так смущалась – на удостоверении личности и корочке Дознавательского комитета значилось имя Джона Эйса.
— Джон Эйс? – спросил Гектор изумленно, поднимая голову и изучая розовое лицо секретаря. – Кэти?!
— Ну, вы сказали – любое имя. Так моего отца звали, и я подумала..
— Ах вот оно что. – Дайд фыркнул. – Что ж, принимается. Только обещай мне одну вещь.
— Какую?
— Обещай, что никогда и ни при каких обстоятельствах ты не будешь называть меня папочкой.
Пару секунд Кэт молчала, удивленно хлопая ресницами, а потом громко рассмеялась, закрыв рот ладонью, и глаза ее радостно светились.
Следующие несколько часов Гектор разговаривал с сотрудниками первого отдела по поводу происходящего в Императорском театре, изучал отчеты третьего отдела и слушал доклад по арестованным подозреваемым, в том числе по Арвену Асириусу. Тот, как оказалось, полдня терпел и не просил помочь ему зажечь оставленную Дайдом сигару, но потом все же не выдержал. И это было отлично. Значит, подозреваемый впервые проявил слабость, пошла первая трещина, и в дальнейшем она будет только расширяться. Впрочем, Гектор не сомневался, что с Арвеном он и его коллеги еще хлебнут проблем.
Примерно через три часа явился Роджер. Хмурый и мрачный, совсем непохожий на себя обычного, он прошел в кабинет Гектора, отчитался по текущим делам, не глядя на начальство, и уже хотел удалиться, когда Дайд спокойно приказал:
— Погоди, Роджер. Еще два слова. – Финли напрягся и все-таки кинул на Гектора настороженный взгляд. – Насчет нашего секретаря. Впредь, пожалуйста, я прошу тебя держать язык за зубами и обращаться к Кэт только по рабочим вопросам. Если ты желаешь обсудить ее или мое поведение – милости прошу в этот кабинет, я дам тебе возможность высказаться. Но если я еще раз увижу ее расстроенной по твоей вине – приму меры. Все понятно?
Роджер, явно сжавший зубы во время этой отповеди, кивнул.
— Тогда можешь идти.
Он встал, несколько мгновений медлил, не отходя от стола Гектора, а потом выпалил с отчаяннем человека, который ждет, что ему вот-вот дадут в морду:
— Зачем тебе Кэти, Гектор?
Дайд, все это время с интересом изучавший физиономию своего заместителя, поднял брови.
— Если тебе нужно было попасть в театр и пустить определенный слух, для этого отлично подошла бы сотрудница первого отдела. А ты повел туда Кэт, и теперь все газеты смакуют, как главный дознаватель развлекался в театре с неизвестной девушкой.
Гектор чуть не засмеялся. Развлекался в театре с неизвестной девушкой – звучало это так, будто он не всего лишь ухаживал и поцеловал один раз, а по меньшей мере задрал ей юбку.
— И я не понимаю. Ты бы не стал использовать Кэт просто для того, чтобы запустить сплетни. Но в чем тогда дело? Ты же.. – Финли сжал кулаки. – Гектор, я прекрасно знаю, где и с кем ты проводишь время.
— Прекрасно знаешь? – хмыкнул Дайд, доставая из нагрудного кармана портсигар. – Серьезно?
— Ну хорошо, это слухи, но я им верю. Верю, что ты посещаешь заведение в переулке Магнолий.
— Верь. – Гектор пожал плечами, раскуривая одну из сигар и не отрывая взгляда от постепенно багровеющего лица Роджера. – И при чем тут Кэти?
— А при том, что она не шлюха! – чуть не заорал Финли, но в последний момент понизил голос: – Ее нельзя просто поиметь и оставить!
Гектор вновь чуть не засмеялся, удивляясь тому, что Роджер от ревности совсем с ума сошел. Не зря говорят, что от любви даже самые умные голову теряют. Вот что Финли ему сейчас тут нагородил? Ну бред же полнейший!