Страница 4 из 73
Вера посмотрела на него внимательнее. За спокойствием впервые обнаружилось напряжение, которое нельзя было списать на государственную ответственность. Он знал этих женщин? Встречался с ними? Считал ли себя причиной их смерти? Вопросов становилось слишком много, и каждый новый менял смысл предыдущего.
— Почему именно я? — спросила она.
Кайрен ответил без задержки:
— Вы нашли вмешательство в распределённую медицинскую сеть Каллисто, которое четыре официальных аудита считали аппаратной ошибкой.
— Это было три года назад.
— Также вы отказались подписывать заключение корпорации «Нейронекс», когда вам предложили контракт в семь раз дороже первоначального.
— Откуда у вас эта информация?
— Из отчёта службы безопасности.
— Они изучали мои финансовые предложения?
— Мы изучали вас.
Формулировка прозвучала неприятно личной. Вера медленно положила ладони на стол.
— Насколько тщательно?
— Достаточно, чтобы пригласить сюда.
— Это не ответ.
— Другого пока не будет.
Она собиралась возразить, но Сайра неожиданно поднялась.
— Прежде чем вы получите доступ, нужно закончить идентификацию.
Вера задержала на ней взгляд.
— Опять?
— В шлюзе была только первичная проверка.
— И что осталось?
— Полный центральный профиль.
— Тот самый брачный индекс?
— В том числе.
Вера рассмеялась без веселья.
— Нет.
Сайра удивилась.
— Почему?
— Потому что я приехала проверять систему, а не позволять системе подбирать мне супруга.
— Никто не собирается использовать результат для подбора.
— Вы только что показали мне шесть мёртвых женщин, чьи результаты были связаны с мужчиной, сидящим напротив. После этого фраза «никто не собирается использовать результат» звучит не особенно убедительно.
Кайрен сказал:
— Она права.
Сайра повернулась к нему.
— Без полного профиля я не допущу её к центральному ядру.
— Тогда объясни, зачем профиль необходим технически.
Сайра несколько секунд молчала, затем взглянула на Веру.
— Центральное ядро использует биометрическую авторизацию не как пароль, а как постоянно пересчитываемый набор признаков. Ваш земной профиль содержит только базовые медицинские маркеры. Этого недостаточно для допуска.
— Можно создать временный ключ.
— Можно. Но он даст вам урезанный доступ.
— Который вы и собирались мне дать.
Он едва заметно прищурился.
— Уже нет.
Она не ожидала ответа и не сразу нашла, что сказать.
— Значит, полный доступ?
— Если вы соглашаетесь на идентификацию и подписываете отдельный протокол неразглашения.
— Я уже подписала три.
— Будет четвёртый.
— У вас фетиш на документы?
Рейнар отвернулся к окну. Сайра прикрыла рот рукой, но поздно.
Кайрен смотрел на Веру с тем выражением, которое она пока не умела читать.
— Госпожа Арден, вы всегда разговариваете так с людьми, которые командуют объединённым флотом?
— Только с теми, кто заставляет меня подписывать четвёртый договор за сутки.
— Я временный регент, а не глава государства.
Вера знала эту оговорку ещё из подготовки к поездке. По конституции Содружества регент на переходный срок возглавлял исполнительную власть и командовал объединённым флотом, но гражданские решения оставались связаны Советом и судами. Кайрен мог изменить курс эскадры одним приказом и всё же не имел права единолично переписать закон. Теперь эта разница перестала казаться ей формальностью.
— Отлично. Тогда дипломатического скандала не будет.
Несколько секунд он молчал, затем сказал:
— Проводите тест.
Вера повернулась к Сайре.
— Результат брачной совместимости остаётся закрытым.
— Согласна.
— Даже для него.
Она указала взглядом на Кайрена. Сайра уже открыла рот, но регент ответил сам:
— Даже для меня.
— И никаких автоматических заявок, рекомендаций, внесения в реестры и прочего государственного сватовства.
— Не будет.
— Я хочу это письменно.
— Конечно, — сказал Кайрен. — Четвёртый договор.
На этот раз Вера улыбнулась первой. Диагностический зал находился через два уровня от кабинета. Он оказался меньше, чем Вера ожидала: круглая комната, три прозрачные панели и кресло в центре, слишком похожее на стоматологическое, чтобы внушать доверие.
— Вы специально делаете медицинские приборы угрожающими? — спросила Вера.
Сайра активировала консоль.
— Люди считают сложную технику надёжнее, если она выглядит дорого.
— А если страшно?
— Это бесплатно.
Кайрен остался у входа. Рейнар стоял рядом с ним и изучал сообщения на наручном терминале.
Вера села в кресло и положила ладонь на матовую пластину.
— Что именно происходит?
— Сканирование генетических маркеров, нейронной реакции, иммунного профиля и нескольких адаптационных параметров. Боли не будет.
— Эту фразу всегда говорят перед тем, как становится больно.
— Я врач, а не следователь.
— Пока это единственное, что меня успокаивает.
Над ладонью прошёл мягкий голубой свет. Сайра следила за показателями.
— Не двигайтесь.
— Я и не двигаюсь.
— Вы постукиваете пальцем.
Вера посмотрела на свою руку и прекратила. Нервничает.
Признание было неприятным, но спорить с собственным телом бессмысленно.
Она находилась в центре правительства, за несколько десятков световых лет от дома, перед ней стоял мужчина, с которым связывали смерть шести женщин, а машина собиралась решить, насколько полно она существует в государственном реестре. Нервничать в таких условиях было скорее доказательством здравого смысла. Первый этап завершился.
На панели появились строки. Имя. Возраст. Земля. Медицинский код. Затем экран погас. Сайра нахмурилась.
— Что?
— Ничего. Повторю.
— Это технический термин?
— Сейчас — да.
Она запустила анализ снова. Вера взглянула на Кайрена. Он уже не казался расслабленным. Руки были опущены, но всё внимание сосредоточилось на панели.
Второй анализ дошёл до восьмидесяти двух процентов и остановился. Экран снова погас.
— Сайра, — сказал Кайрен.
— Я вижу.
— Что именно?
— Пока не знаю.
Вера подняла ладонь.
— Мне продолжать сидеть или начинать беспокоиться?