Страница 70 из 280
Королева и леди Миарани смотрели на меня сочувственно, но ничуть не заступились, а это значило, что на их поддержку мне сейчас рассчитывать не стоило. Я бы очень хотела сказать, что это не моя вина. Меня так и подмывало это сделать. Но, понимая, что это вызовет еще больший гнев короля, молчала. Мне следовало учиться молчать, несмотря на то, что это было трудно.
- Проводите нас, леди Лейяна? – задал вопрос Флегонт, обращаясь ко мне. – Лорд Сорель, вы же разрешите?
Хозяину герцогства не оставалось ничего другого, как взять под руку королеву. Я же повела короля к праздничному шатру, шествуя медленно и аристократически степенно, раскланиваясь с встречными гостями.
- Леди Лейяна, - тихо произнес Флегонт Фрель, как только мы вышли из здания адмиралтейства. – Ваше негодование мы понимаем, как и помним о том, что вы делаете для нас. Однако помните и о своем статусе, дорогая девочка. Лишать вас титула я не намерен, ибо территория вашего герцогства весьма важна. А мне бы хотелось, чтобы хозяином на ней стал подданный, который сможет управлять твёрдой рукой и в верности которого мне бы не стоило сомневаться. Учтите это. Понимая ваше негодование произошедшим на балу, а так же учитывая вашу молодость, импульсивность и некоторые особенности наложенного на вас ментального заклинания, я дам вам время, чтобы все обдумать, взвесить и принять правильное решение.
«Правильное решение»! Как же было неприятно от этого. Как я и предполагала, в расчет мое мнение особо не бралось. Конечно, королю был выгоден мой союз с Тенебреем, и я расстроила его, разорвав помолвку. Обращение «дорогая девочка» лишь подчеркивало, насколько мой поступок считают детским и незрелым. К аристократическому браку принято было относиться расчетливо и холодно. В этом свете причины разрыва отношений с герцогом Тенебреем выглядели для всех глупо.
«Интересно, - подумалось мне, - насколько мой договор на помолвку защитит меня от навязанного брака в будущем?» Мой отец не делал ничего не надёжно. И в том, что в документ вписать никого без моего согласия будет нельзя, я не сомневалась. Но и король славился своим упрямством. Возможно, данное мне время даёт и ему срок для решения этой проблемы. «Нет ничего невозможного», - повторял всегда мой родитель. И видя, что решение даже самой сложной задачи в его руках становится возможным, я понимала, что рано или поздно, но с договором разберутся или королевские проклятийники, или кто-то другой.
Придя к неутешительным выводам, я ещё раз убедилась в том, что к гробницам мне попасть жизненно необходимо. И плевать было уже на то, что меня там ждет… Либо я решаю проблему, разрушаю проклятие короля и получаю обещанную свободу, либо для меня уже ничего не будет иметь смысла. И в этом контексте ставка на жизнь мне уже не страшна.
Остается сыграть ва-банк – всё или ничего!