Страница 247 из 280
Глава 50
Мы оставили Стомиана спать в артефакторской. Через пару часов он должен был прийти в себя и оклематься сам. Я же поддержал предложение Леи отправиться на площадь у гарнизона, чтобы посмотреть ещё одно ритуальное действо пустыни. Оно называлось «освящение оружия». Мне были безразличны странные обряды Сарнгейта; гораздо важнее было побыть с любимой рядом.
Военные и курсанты группами стекались к костру на площади. В руках каждый нес меч, топор или оружие, которым владел лучше всего. Торжественность и некоторая скорбность этого действа говорили о том, что финальное событие вечера было действительно значимым для военных пустыни.
Жена коменданта, полная и уже довольно возрастная гнома, раздавала желающим какие-то кушанья. Скорее всего, это были очередные местные мерзкие деликатесы. Но военные с удовольствием ели нарезку, обжаренную и облитую соусом, снимая её со шпажек зубами.
Обещанное действо началось с прибытием герцога Сореля и его супруги. Элине сияла от счастья и улыбалась всем вокруг. Кузина переоделась в национальный халат Сарнгейта и теперь выглядела вполне прилично. Она прошла мимо нас и вышла к костру в центре.
- Уважаемые солдаты и офицеры, сложите оружие для ритуала освещения острием к кострищу, - улыбаясь, обратилась она к окружению.
Герцог Сорель шел медленнее супруги и, поравнявшись с нами, неожиданно по-свойски положил мне руку на плечо, притянув к себе, как старого знакомого.
- Веселитесь, детки, предчувствуя вкус самостоятельности? – едко спросил он.
- Я уже давно «навеселе», – спокойно ответил на нападку, имея в виду, что вполне самостоятелен.
Лея искоса посмотрела на любимого дядюшку. Лорд Сорель отпустил меня, не смея острить при племяннице, и призвав свой меч, пошел к костру, чтобы положить его рядом с остальными.
- Тебе не нравится Сарнгейт и его обычаи? – спросила меня Лея, нахмурившись. Она расстроилась потому, что я пренебрегаю местными ритуалами.
Мне хотелось бы сейчас соврать, так как правда расстроит любимую сильнее (я чувствовал, что Сарнгейт для нее многое значит), но был и другой выход.
Вздохнув и вспомнив мудрые наставления дяди Миарани о том, что с женщинами ссориться нужно лишь в крайних случаях, ибо это недостойно и порой опасно, а с любимыми — себе дороже (по его словам, в этом случае лучше было сразу притвориться мертвым). Призвал свой меч и пошел чтобы положить его в общую кучу. А на обратном пути, видя улыбающуюся Лею, подумал, что следовало вспомнить эти мудрые слова раньше.
Встав около герцогини, я начал наблюдать за представлением. К костру вышли женщины, в национальных одеждах и встали кругом. Зазвучала странная монотонная музыка, где лидировали барабаны, бубны и странный струнный инструмент, на котором играл орк[1]. Женщины начали танцевать, исполняя синхронные движения по направлению к костру. Запела старуха, одетая в накидку с капюшоном, и танцовщицы хором начали вторить ее словам.
Это выглядело необычно и странно, но, как бы то ни было, огонь костра вспыхнул, ярко осветив всю площадь, и затанцевал почти синхронно с танцующими. Лица воинов озарились всполохами, а я ощутил тепло, словно проходящее сквозь тело. Несмотря на зной ночи, жар не причинял дискомфорта, а был весьма приятным.
Мужчины, сидящие вокруг, наблюдали серьезно и молча. Одни жевали неведомое угощение, другие задумчиво смотрели на огонь и на танец женских тел, которые кружились, то приближаясь к огню, то отдаляясь от него, и мерно раскачивали руками. Мелодичный напев и бормотание старухи будто вводили в транс.
— В этом танце много взято из ведьмовских ритуалов, — задумчиво поделилась с нами мыслями Лея.
Фельдмаршал скосил глаза на племянницу и нежно притянул ее к себе за плечи.
- Откуда ты знаешь, Лея?
Девушка не стала отвечать и признаваться в преступном общении с морской ведьмой, которое я когда-то ей устроил. Она положила голову на плечо своего дяди и обняла его в ответ.
- Почему ты не пошла танцевать со всеми? Тебе же раньше нравился этот обряд, — спросил фельдмаршал Сорель.
Лея неопределенно пожала плечами, отпустила дядю и пошла к остальным танцовщицам.
— А ты делаешь успехи, как я погляжу, — процедил сквозь зубы герцог Сорель, когда Лея отошла на достаточное расстояние, чтобы не слышать.
— Я учитываю ошибки, — ответил фельдмаршалу. – Вы ведь тоже не идеальны.
У герцога Сореля было не самое мерзкое настроение этим вечером, поэтому он промолчал.
- Как бы то ни было, я должен тебя поблагодарить за сегодня. Ты быстро соображаешь, герцог Тенебрей. Ситуация получилась нелепой.
Я не стал отвечать, глядя на женский силуэт, который просвечивал сквозь полупрозрачную одежду. Музыка набрала интенсивность, и старуха руководящая ритуалом, выкрикнула что-то на незнакомом языке, воздев свои скрюченные и тощие длани вверх. Женщины синхронно шагнули следуя за ней, и плавно подняли руки, а оружие засветилось желтоватым свечением неведомой магии. Я так и не понял, что сделала эта старая ведьма, но окружающие восприняли знак доброжелательно и радостно.
Музыка отыграла последние аккорды и стихла. Герцог Сорель решительно приблизился к старухе, поклонился ей, поднял свой меч и мой, развернулся и направился ко мне. Уже на подходе он бросил мне мое оружие. Я поймал.
- На полигон, - скомандовал он мне, проходя мимо.
Мне предстояло последнее сражение с Темным лордом перед его отъездом к границам королевства. Воины, женщины и все кто был на площади, наблюдали за своим господином с благоговением.
Я не собирался отказываться. Мне нравились тренировки сами по себе, даже без учета того, что они оказались весьма полезны в моем «затруднении». Поэтому развернувшись, я пошел следом за Сорелем.
…
За время тренировок с лучшим военным генералом нашего королевства неплохо изучил его основную манеру боя. Даже иногда мог предугадать его следующие действия без своего кулона предвидения. Однако к моему большому огорчению, фельдмаршал умел неожиданно и резко менять стиль боя. Это ... качество несомненно прекрасное для воина-союзника и совершенно отвратительное для его противника. Победить его в личной схватке без каких-либо особых уловок было бы величайшим достижением для любого бойца.