Страница 209 из 280
Глава 40
В своих апартаментах я выгнала служанок и, заставив Кенора петь, скинула с себя всю одежду, чтобы как следует отмыть песок и грязь, прилипшую во время сражения. К сожалению, песчаная буря так и не улеглась, и это было единственное, что меня расстраивало в предстоящей прогулке по городу. Это означало, что часть торговцев не откроют свои лавки, и такого выбора, как в обычный торговый день, может и не быть, а я могу не найти того, что хотела.
Горячая вода помогла расслабить напряжённые мышцы и немного привести мысли в порядок. Слишком о многом мне нужно было подумать и сложить в дальнейший план. И это при том, что у меня оставалось не так много времени до отправки учебных кораблей в пустыню.
Во-первых, меня волновали мои странные и немного тревожные сны. Когда я начала размышлять об этом, рука сама потянулась к шнурку на запястье и натянула его, решая, не разорвать ли веревку и тем самым избавить себя от этих терзаний? Желание было сильным, тем более что не все сны были приятны. Элине давая мне этот амулет, говорила, что он избавит меня от кошмаров, а вместо этого призвал во сны другие. Неужели это и есть отражение моих стремлений и чувств? Но, тем не менее, в одном из этих странных снов я узнала о пророчестве ведьм, которое могло меня касаться.
Пальцы отпустили амулет, оставив на запястье красную борозду. Как бы ни были неприятны мне мои сны, не все они были бесполезны.
Второе, что тревожило меня сейчас, это пророчество, которое поведала мне ведьма. Нужно было найти его и узнать о нём подробнее. Но где бы я сейчас нашла книгу о ведьмах? Просить друзей, того же Тирела или Элдрина, сейчас было бесполезно. Я понимала, что они мне не помогут. Вернуться в Гланде и поискать в тайной библиотеке отца? Но дядя не отпустит меня домой без серьёзной причины, назвать же истинную я ему не смогу и не отважусь.
Мне очень хотелось сейчас спросить совета у того, кто смог бы помочь и знал все ответы древности, но Персципиатуса у меня забрали, и спросить его ни о чем теперь я не могла. И это было третьей проблемой, которую мне хотелось решить. Мне нужно было забрать у Тирела и Стомиана обратно алмаз-филактерию с демоном, который был ой как полезен и нужен сейчас.
Размышляя о текущем, я поняла, что не стоит гнаться за несколькими целями и стоит сосредоточиться на основной. Решив так, я наконец-то смогла успокоиться. Филактерию я получу обратно во чтобы то ни стало, ибо к гробницам отправлюсь теперь непременно.
- И долго ты тут будешь киснуть? – раздался рядом ехидный голос.
Вода уже достаточно остыла, чтобы приятно охладить тело. А значит, я просидела в купальне довольно долго.
Открыв глаза, я увидела Алигиэрин, вальяжно развалившуюся на бортике купальни и сидевшую, закинув ногу на ногу. От былой печали на лице графини не осталось и следа, она снова вернулась к своему надменно-издевательскому поведению.
- Через десять минут начинается обед, - напомнила она мне. – Советую поторопиться. Я подожду в комнате.
…
Большой компанией курсантов-счастливчиков, заслуживших увольнительную, мы шли в город. В эту компанию попали и те, кто сегодня подтвердил офицерское звание. Но как только мы вышли за ворота гарнизона, наша компания разделилась. Большая часть адептов, решивших отметить важное событие всеобщей попойкой, устремилась вперед, чтобы арендовать на этот вечер весьма популярную таверну с местными блюдами и деликатесами. Среди них оказались Риф Конвель и Элдрин. Другая часть адептов решила сначала пройтись по городу и заглянуть в лавки, чтобы присоединиться к остальным позже.
Я ранее обещала Тирелу, Стомиану и Алигиэрин небольшую экскурсию по торговым лавкам, и сейчас для этого было весьма удобное время. Услышав обсуждаемые мною и Мерисаэлем планы, к нам робко и вежливо попросились присоединиться гоблины и еще несколько адептов, которые не знали города, но очень хотели увидеть его диковинки и посетить Саранчовый рынок, слава о котором разлеталась по всему королевству. Отказывать гостям Сарнгейта было не в правилах местных жителей в том числе и нас с Мерисаэлем, поэтому, чувствуя себя настоящими гидами, мы отправились в запутанные и замысловатые недра города, куда из приезжих мало кто осмеливался соваться в одиночку.
Мы с Мерисом знали город как свои пять пальцев и, ловко лавируя между существами различных рас, лавками, палатками и тележками с товаром из разных стран и королевств, вели своих спутников по намеченному маршруту.
В «сердце» Сарнгейта в основном продавали контрабанду, происхождение которой было весьма мутным и сомнительным для приезжих гостей. Но местные знали, что обманом в городе заниматься чревато, поэтому, хоть и продавали контрафакт, но контрафакт качественный, который практически был неотличим от оригиналов. А цены на товар были настолько заманчивы, что даже весьма богатый покупатель соблазнялся на покупку. Риск купить некачественную продукцию, конечно, существовал, но сюда шли все равно, ибо товар налогами не облагался, а значит, в любом случае стоил дешевле, чем где бы то ни было в другом месте.
Город я любила, несмотря на его суету и толкотню. Яркие ткани, пестрые и вычурные наряды других стран, ослепляющее сияние бус и украшений, сделанных хоть и из стекла и поддельных кристаллов, но не менее красивых, чем натуральные. Запахи трав и пряностей, звон металла и аромат новой кожи – все это окружало нас и окутало незабываемой атмосферой. Неповторимый образ моих детских и юношеских воспоминаний, дух какой-то прошлой, казалось, уже далекой жизни, охватил меня, заставляя сердце биться чуть сильнее и чаще.
Песчаная буря так и не утихла, и мы все закрыли лица масками-балаклавами, закутавшись в курсантские плащи от песка и зноя. По одежде местные торговцы опознавали в нас принадлежность к гарнизону. Этого было вполне достаточно для того, чтобы нам не досаждали навязчивым вниманием, и не пытались всучить самый ненужный и долго лежалый товар. А я радовалась, что мой внешний вид ничем не выделял меня среди остальных курсантов. Это сейчас было весьма кстати, так как Сарнгейт знал меня, и было бы большой проблемой уходить от ненужного внимания.