Страница 202 из 280
Как я поняла, Стомиан уже имел звание сержанта, а полученные награды, похвальные грамоты и заслуги давали ему возможность перешагнуть сразу несколько ступеней армейской иерархии. Всего таких адептов было четверо, и, к моему большому удивлению, из академии столицы – двое. Вторым был Нагас, староста-орк стихийного факультета и мой бывший инструктор по боевой магии.
Том вышел на поле в обмундировании и с уже обнажённым мечом. Новую форму, подаренную нашей команде, мы надели все. Зачарованная ткань, крепкая, искусно выделанная броня, дополнительная защита от холода, жары, дождя делала её удобной и незаменимой сейчас. Курсантам разрешалось в бою использовать всё, что они считают необходимым для победы: усиливать тело магией, применять трансформацию, использовать зелья и амулеты, выбирать любое оружие. Главным правилом было победить всех своих противников. И поскольку в бою нужно было врагов убить, то артефакторы и иллюзионисты постарались создать как можно более качественные иллюзии. Поле не преобразовывалось, как во время тренировок, просто на нём появились воины-противники.
Перед Стомианом встали с десяток воинов, будто собранных из разных кланов и банд. Пешие и верховые, разных рас и уровня магии, с разнообразным оружием в руках.
Обычно на бой выставляли существ одной расы. Их техника боя и стратегия определялась по внешнему виду, ведь в каждом клане были свои традиции, а детей учили практически одинаково. Так, орки в своём большинстве были малограмотны, но весьма воинственны. Их детей редко отдавали учиться в учебные заведения, большая масса постигала военное искусство у старших в самом клане, практически с самого рождения. Редкое исключение составляли дети вождей и шаманов.
Точно так же у людей большая часть наёмников были выходцами из трущоб, где драться учились самостоятельно, следуя законам выживания. Наёмник-человек, не умеющий читать, был не менее опасным противником, чем опытный родовой гвардеец. Клановые и родовые воины изучали военное искусство и сражались в группах, наемники же чаще действовали в одиночку или малыми отрядами. И если воины никогда не шли на бой сами, то наемник продавал своё мастерство за монеты, зачастую с риском для собственной жизни.
Собрать и выставить воинов, владеющих разнообразным стилем сражения, оружием и техникой боя, значило усложнить курсанту задачу максимально. Тут нельзя было предсказать, как обернётся бой, и как они будут действовать вместе.
«К бою!» – прозвучала команда, и орда иллюзорных противников ринулась на дракона.
Первыми его настигли верховые. От копья первого всадника Стомиан уклонился, и оно воткнулось в землю рядом. От удара цепью второго отскочил, и тот пронёсся мимо. Третьего воина на ящере светлый маг убил копьём, которое выдернул из песка и метнул в него. Пронзённый насквозь всадник свалился с ящера, замертво рассыпавшись искрами. И только после этого его настигла основная масса пеших противников.
Про то, что Стомиан имел хорошую военную подготовку, я знала, но только теперь увидела, насколько. Мало кто даже из опытных солдат мог так сражаться. У него будто был дар предвидения, что могло появиться только при долгих и усердных тренировках.
Я сама не заметила той стрелы, что полетела в дракона, выпущенная кем-то из его противников, и поняла это только когда он, немного развернувшись корпусом, отбил её мечом. Раздался лязг металла, и оружие со свистом и треском дерева, воткнулось в балку заграждения, сместив траекторию полёта.
Отбив меч одного из нападающих, дракон тут же сделал обратное движение, пробивая остриём доспех на животе, и добил, вонзив меч в шею, когда тот упал на колени. Следующий меч Стомиан отбил в развороте и полоснул эльфа по груди. Третий противник напал на него с топором, но, занеся оружие для удара и промахнувшись, открылся, и дракон обезвредил его, перерубив мышцы на ноге. Следующая атака была парирована, и Том вырвал у атакующего меч, сбив его ударом кулака. Стоящего за ним дракон пронзил в грудь, швырнув меч противника, как копьё.
Боевые заклинания, выпущенные залпом по стихийному магу, были быстро блокированы щитом. Это не замедлило Стомиана, продолжавшего идти вперёд на своих врагов уверенной поступью.
Уже почти подойдя к сгруппировавшимся полукругом остаткам противников, Стомиан припал на колено, уходя от всадника, который успел развернуть лошадь и теперь скакал на него сзади. Выставив меч в бок, он перерубил ноги лошади, отчего она вместе с седоком полетела вперёд и завалила ещё нескольких противников.
Следующий наёмник в маске на лице напал на него с алебардой, прикрываясь щитом. Дракон резко уклонился вправо от стрелы, ударил эфесом по щиту, от чего нападавший пошатнулся, и в следующую секунду голова атакующего отлетела после неуловимого взмаха руки.
Наскок следующего противника Том просто блокировал, придержав его за руку, и вонзил меч в живот, вырывая его оружие, когда тот стал падать. Этот меч дракон использовал для боя со следующим нападающим. Длинным топором орк размахивал весьма уверенно. Взмах оружия… уклон дракона… звон металла, встретившегося в блоке, и два меча разом перерезают незащищённое горло орка.
Стомиан резко развернулся, уклонился от последней стрелы и на последок швырнул меч, будто нож, в последнего всадника, пронзив насквозь его доспехи и грудь. Лошадь проскакала мимо уже без своего седока.
Бой был окончен.
Сколько прошло времени с момента его начала? Минута? Пять? Время никто из нас не засекал, но всё произошло так быстро и стремительно, что мы только и успевали наблюдать за падающими, как трава на сенокосе, телами. И вот больше никого не осталось… Те воины, что не были убиты, были ранены настолько серьёзно, что продолжать бой не могли. Добивать их уже не имело смысла, как бы это сделали в настоящем сражении. Лечить врагов, держать в плену и кормить, было для любой армии ресурсозатратно и бессмысленно, поэтому так никто не поступал, и тяжело раненных просто добивали на поле. Этих добивать было не нужно, так как их образы исчезли, как только всем стало понятно, кто тут победил.
Стремительно, безоговорочно и без особого преимущества – так как использовать магию Стомиан практически не стал – дракон в этом бою показал все, на что был способен. Тот щит, что он выставил против атаки, едва ли можно было принять за серьёзную магию.
Толпа молчала какое-то время, а потом взорвалась аплодисментами и криками. Хлопала и я, восхищаясь другом и его мастерством.