Страница 46 из 83
Глава 14
Несколько дней до праздника урожая, пролетело рутинно быстро, серо и смазано.
Нет, я вставала, как и всегда, встречала солнце, заряжалась энергией и вроде всё хорошо. Адепты всё также называют меня ваше мегерство; это прозвище стало уже уважительной формой, не иначе. Мои отношения с ребятами приняли другую форму: более теплую, доверительную, да и сами адепты уже привыкли к постоянным нагрузкам и изощренным «упражнениям». С интересом ждут «чего-то новенького», а после занятий приходят ко мне в комнату послушать рассказы. Много спрашивают о войне, как там на поле боя, с кем воюем, как будто им истории не хватает.
А Ланэр.. ну, он ведёт себя обычно. Это-то и странно. Словно вообще ничего между нами не было. Он не избегает меня, не игнорирует, спрашивает, как и все, но вечерами в комнату не приходит. Отвечает, как и все, в своей привычной дерзкой манере и я могу только догадываться, что происходит в его голове. Может, всё было для него игрой? Обычным интересом, который быстро перегорел.
Больше меня волновало собственное состояние, почему я так странно на это реагирую. Так же лучше для всех. Так же правильно? Но как бы я не бодрилась, в душе царила зыбкая пустота, навалилась апатия, которая впрочем, всегда была со мной и помогала проживать дни.
В праздничный день, я отменила вечернюю тренировку по искусству темной материи и не скажу, что адепты обрадовались.
Ближе к вечеру, вся академия собралась во внутреннем дворе, где мы установили алтарь Благородному и устроили подношения. Рядом с алтарём установили большую металлическую чашу для записок. По традиции, в чашу сбрасывается всё плохое, от чего человек хочет избавиться. Потом записки сжигаются и устраиваются гулянья.
Адепты с энтузиазмом кидали свои записки в чашу и оставляли фрукты, овощи и хлеб на алтаре.
— А не маленькая у тебя записка, Бродвик? — поинтересовалась я у адепта, который подошёл с целой стопкой бумаг.
— Я не очень хороший человек, ваше мегерство. А мне хочется стать лучше, — важно ответил парень.
— Похвальное желание, — согласилась я.
— А если нет в жизни ничего плохого? — поинтересовался Адриан, протягивая мне цветок, который мне захотелось опустить в чашу. Плохо так думать, но я немного устала от навязчивого внимания.
— Значит, вы счастливый человек, господин Алерод, — улыбнулась я.
— А если я напишу, что хочу избавиться от вас, вы сгорите, когда будут сжигать записки? — спросил рыжий Марко.
Мои губы дрогнули в улыбке.
— Боюсь, что нет.
Проходящий Ланэр отвесил адепту легкую затрещину.
— Ай! — рыжик присел, держась за голову. — Я же пошутил, что сразу драться? Все знают, что истинные ведьмы в огне не горят, — почти обиженно добавил он и получил ещё одну оплеуху, но уже от Адриана. Ребята дружно рассмеялись. Все уже привыкли к вечному недовольству Марко, но так же все знали, что парень говорит не всерьёз, просто у него жизненный образ такой. Ворчливый.
— А вы уже бросили свою записку, господин ректор? — раздался бархатный голос Ланэра, от которого кожа покрывается мурашками, и я ничего не могу поделать.
— Я буду последней, — улыбнулась, показав зажатую между пальцев бумажку.
— Было бы интересно узнать, что там, — Ланэр продолжал улыбаться, но глаза оставались серьёзными с серым налётом грусти. Всё-таки что-то его гнетёт.
— Это узнает только Благородный, — невозмутимо отозвалась я и сильнее сжала записку.
«Хочу избавиться от одиночества..» — всего одно предложение на полоске желтоватой бумаге, которое много значит для меня. Я устала быть одна.
Я поняла это внезапно и с появлением Ланэра в моей жизни, снова стала мечтать о семье и простом человеческом счастье. Вечерами я представляла себя обычной женщиной, не воином, не дроу, просто женщиной. Мне приятно думать о подобном, но понимаю, что никогда не стану такой. Тяжелая жизнь, сражения и запах смерти, покалечили меня..
Ланэр молча бросил свою записку и вернулся к друзьям. К нему сразу подскочила темноволосая Анита: девушка, что-то оживленно говорила, вцепившись в руку парня. Я отвела взгляд, сердито выдохнув.
Когда все записки были собраны, я произнесла торжественную речь и пожелала всем в новом году, богатого урожая и избавления от всех бед. Все похлопали, друг друга поздравили и отправились в торжественный зал, где ребят ждали угощения, танцы и развлечения. Преподаватели кинулись мне помогать перенести собранные подношения и убрать алтарь, как подоспели мои пятикурсники.
— Позвольте? — галантно обратился Бродвик, берясь за край стола.
— Позволяю, — улыбнулась и отошла, беря корзину с едой, но и её забрали.
— Уверен, я справлюсь лучше, — вежливо произнёс Адриан.
— Даже не думайте, — усмехнулся Ланэр, стоило мне коснуться чаши. — Вы наш лучший и единственный ректор, дайте нам немного почувствовать себя мужчинами.
Дрожащая улыбка коснулась моих губ, а я поспешно отвернулась, чтобы никто не увидел блеск моих глаз. Я не представляю, как смогу оставить своих учеников, свою академию и вернуться в отряд. С каждым днём, мне всё меньше этого хочется.
В зале, мы устроились за отдельным столом: мы — это я и преподаватели. У нас было вино и закуски, а ребятам предложен компот, чай, закуски и десерты для девочек.
Вечер вела Иарина и неплохо с этим справлялась. Ребята отгадывали загадки, решали головоломки и получали за это призы в виде венков на голову, медали из фольги и цветные ленточки. А в перерывах между игр — были танцы.
— Когда вы расскажите им о «магик»? — наклонившись, поинтересовался декан моих пятикурсников. — Думаю, они уже готовы.
— Не совсем, магистр Дореас, — возразила я. — Но непременно сообщу эту новость на будущей неделе.
— Позвольте пригласить вас на танец? — вежливо обратился магистр Сеорка, единственный мужчина без бороды.
— Почту за честь, — так же учтиво произнесла я и поднялась.
Коснулась шероховатой теплой руки и внутренне поморщилась. Даже не знаю отчего.
Вокруг уже кружили пары молодых и счастливых адептов. Девушки в нарядных и ярких платьях, юноши в светло-кремовых мундирах, на них приятно смотреть. Весёлая, непринуждённая атмосфера праздника, призвана расслаблять, а я почему-то напряглась ещё больше.
— Вы сегодня великолепно выглядите, — произнёс мой партнер по танцу. — Голубой цвет очень идет вашим глазам.
— Благодарю, — натянуто улыбнулась, не чувствуя должного удовольствия. Я знала, что где-то в этом большом зале танцует и Ланэр. Анита наверняка вытащила его, а парень не смог отказать.