Страница 181 из 198
Холодные. Скользкие. Живые.
Десятки змей поползли вверх по моим ногам — призрачные, неестественные, их чешуя холодила кожу словно лёд. Я закричала, но не издала ни звука. Рот не слушался меня, словно какая-то невидимая сила намертво запечатала его.
Змеи сжимались всё сильнее, обвивая руки и талию, поднимаясь к горлу. Их головы тыкались в мои губы, шипели, напирали, пытаясь проскользнуть внутрь.
Паника взорвалась в груди словно бомба. Я стиснула зубы, зажмурилась, пытаясь справиться с кошмаром, скользившим по каждому сантиметру моего тела, — но всё было тщетно. Я тонула в клубке их извивающихся ледяных тел.
Лазарус стоял посреди бушующего пламени — неподвижный, невредимый, словно сам огонь склонялся перед ним.
И в этот миг меня словно молнией пронзило осознание.
Он не был учёным.
Он был монстром, носившим маску разума.
Его глаза блестели ненавистью, когда он заговорил.
— Я создал тебя, Алина. Я сделал тебя Рождённой временем. И твои жалкие попытки подделать этот дневник, стереть правду о том, кто ты такая, обречены на провал. Можешь сжигать страницы, искажать историю, но я помню всё. — Он шагнул вперёд, и его голос стал ещё холоднее. — Ты самая мерзкая, коварная змея, с которой мне когда-либо выпадало несчастье встретиться вновь. Каждое слово, слетающее с твоих губ, пропитано ложью — и я вижу тебя насквозь.
Мысли закружились. Он создал меня? Нет… нет, это произошло из-за Eclipsarum Obscura. Так и должно было быть. Он лгал… ведь так?
Змеи сжались ещё сильнее. Моё тело дрожало, задыхаясь под их чешуёй. Я не могла пошевелиться. Не могла дышать. Сердце бешено билось, грозя проломить рёбра.
Лазарус спокойно стоял передо мной, почти забавляясь тем, как моё тело корчилось от невидимой агонии.
А потом он исчез с того места, где стоял, и возник прямо передо мной. Одно мгновение — он был в нескольких метрах. В следующее — его руки уже сдавливали моё горло словно железные оковы.
Змеи стиснули меня одновременно с ним, повинуясь словно гончие своему хозяину.
Я пыталась закричать, сопротивляться, но не смогла издать ни звука. Сил не осталось.
— Расплата близка, — прошептал он. В его глазах мерцала злоба — древняя и бездонная. — Думала, Сальваторе сможет тебя защитить? Что ж, пусть начнутся его извращённые игры.
Он сильнее сжал пальцы на моём горле, наслаждаясь страхом в моих глазах.
— Я буду смотреть, как он падёт, — прорычал он. — И когда опустится последняя тень, я буду ждать в конце туннеля — с улыбкой. Я увижу вас обоих сломленными, и последнее слово останется за мной.
Его взгляд пронзил меня, словно раскалённое клеймо ненависти. Он выжигал мою душу обещанием мести.
— Я буду наслаждаться твоими страданиями, — пообещал он.
А затем — словно дым, подхваченный яростным ветром, — исчез.
И я рухнула в оставленной им тишине, всё ещё окутанная эхом его ярости.